📚 О романе Дмитрия Лагутина «Платон мне друг». Финал

🟤Казалось бы, в таких обстоятельствах должна зародиться первая влюбленность. И она правда возникает. Только не у Платона, а у его приятелей по учебе – неугомонного Сергеева и гения шахматных партий Вали. Каждый из них переживает свою счастливую и несчастливую историю первой любви. И каждый из них становится отражением вечных типов русской классической литературы – скучающего лермонтовского героя и рефлексирующих типов Достоевского.

🟤Но не волнуйтесь, на долю Платона тоже хватит приключений, которые ему будет устраивать скучающая Аня, пробуя его на прочность и испытывая придуманные ей же самой чувства. Она то представляет себя Настасьей Филипповной, одаривая юношу ежом, с которым он не знает, что делать, то вовлекает его в любовный треугольник со странным «Желтковым», от притязаний которого Платону нужно ее постоянно спасать.

🟤Платон в романе выходит за пределы героя-наблюдателя. С одной стороны, он достаточно отстранен, чтобы анализировать происходящее, но и достаточно чуток, чтобы пропускать чужую странность через себя. Его эволюция от скучающего студента к человеку, способному на тихий, почти невидимый подвиг ради красоты момента, составляет стержень повествования.

🟤Аня – главный двигатель сюжета и воплощение романтического хаоса. Она живет в мире прочитанных книг, смешивая реальность с литературой. Ее перепады настроения, театральные монологи о предназначении мужчины или будущем человечества постоянно держат нас в напряжении. Автор блестяще избегает штампа «манерной барышни», наделяя Аню подлинным, хоть и скрытым трагизмом (чего стоит ее ночной плач или внезапная ярость после поцелуя).

🟤Коля же выступает генератором местного, а скорее им выдуманного фольклора. Истории про аптекаря-отравителя, блуждающие статуи и двойников работают как фольклорная подкладка реальности, размывая границы между правдой и вымыслом. Что так резонирует с миром его сестры и добавляет психологической правдоподобности героям.

🟤Главное достоинство романа — авторская интонация. Здесь и уникальная сенсорность языка - читатель буквально чувствует запах осенней листвы, слышит шорох платья Ани, ощущает тяжесть утреннего кофе в местном кафе. Автор мастерски работает с ритмом фразы. Монологи Ани представляют собой длинные, синтаксически сложные предложения, имитирующие поток сознания человека искусства. В противовес им речь Платона короткая, несмелая, полная самоиронии. Роман полон мягкого, интеллигентного чувства юмора. Яркий пример — диалоги Сергеева и Вали в Праге, которые оттеняют основную сюжетную линию своей приземленной комичностью.

🟤Дмитрий Лагутин не просто так вовлекает нас в игры с Платоном, которые устраивает взбалмошная и экзальтированная Аня. Благодаря этому мы будем постоянно задаваться вопросом о том, что такое реальность и чем она отличается от иллюзии. При этом роман полон ироничными отсылками к другим текстам – от ходячей статуи из «Чудесного путешествия Нильса с дикими гусями» Сельмы Лагерлёф до загадочного астронома из «Маленького принца» Антуана де Сент-Экзюпери. Эти отсылки становятся теми хлебными крошками, которые не дают нам запутаться в иллюзорной реальности Ани и найти путь к настоящему.

🟤В итоге роман, начинающийся как забавная история о барышне, сошедшей с ума на почве любви к русской литературе, превращается в ироничную и грустную историю одиночества и взросления. Герои ее переступают за границы сюжета романа и продолжают жить – кто в вечно спешащей и опаздывающей Москве, а кто в маленьком чешском городке. И кто знает, что будет с ними, когда они внезапно встретятся снова. А они обязательно встретятся. Литература всегда продолжает и изменяет привычную нам реальность. В этом ее главная мистерия и особенность.

#esdrin_рецензии #рецензии #современнаяпроза