Потрясающая история связана с фильмом Hail Satan, который мы скоро покажем на @beatfest. Герои картины, американские сатанисты, несколько лет боролись за свое право установить в Детройте памятник Люциферу.

В процессе они ссылались на первую поправку к Конституции: согласно ей Конгресс не может официально поддерживать какую-либо религию, но при этом где-то с 50-х годов во многих американских штатах, в парках и библиотеках, появляются монументы с 10 заповедями, и Конгресс этому никак не препятствует. Собственно, герои фильма пытаются добиться какого-то равноправия: раз можно раскидать по всей Америке гранитные таблички с заповедями Моисея, то и с памятником Бафомету не должно быть проблем.

Первые таблички начали устанавливать в 1953 году по общенациональной программе одной религиозной организации, которая считала, что эти памятки, расположенные в школах, зданиях судов и других общественных местах, помогут в моральном воспитании молодежи. И здесь всплывает любопытное: выясняется, что в их установке был лично заинтересован Сесил ДеМилль, который как раз в начале 50-х снимал свой блокбастер «Десять заповедей».

ДеМилль позвонил идеологу программы (и по совместительству судье из Миннесоты) и предложил, как бы сейчас сказали, партнерство: организация теперь производит гранитные таблички, которые выглядят точно так же, как в фильме ДеМилля, а он помогает им собрать необходимые средства и организует торжественные открытия монументов, на которые приглашает своих звезд, Чарлтона Хестона и Юла Бриннера. Paramount с радостью поддерживает эту инициативу, таблички появляются в десятке штатов (и даже в Канаде), а фильм становится кассовым хитом.

В 2005 году Верховный суд постановит, что раз таблички были установлены для промо фильма, никакого нарушения Первой поправки тут нет: причины чисто экономические и с религией никак не связаны. О том, что происходит после, как раз рассказывает Hail Satan, гомерически смешной фильм с Сандэнса, в котором сатанисты неожиданно оказываются единственно разумными людьми.

Ребята, такое дело: в ближайшие две недели тут будет много информации про лучший российский фестиваль документального кино Beat Film Festival, которому в этом году исполняется 10 лет, и про мою авторскую программу на нем под названием «Новые люди». Извиняться мне тут не за что, поскольку это все проходит буквально по ведомству этого канала; просто имейте в виду. Ну и, собственно, начнем.

Осенью 2015 года с журналистом Wall Street Journal Джоном Каррейру связался источник и сообщил: в компании Theranos что-то нечисто. Theranos к тому времени по общему признанию стал очередным единорогом среди стартапов: под проектом создания технологического устройства, которое расскажет вам про все ваши потенциальные болезни по одной капле крови, подписались куча влиятельных людей, включая бывшего госсекретаря США. Инвесторы вкладывались в Theranos, оценивая общую стоимость компании в 10 миллиардов долларов, а ее основательница Элизабет Холмс смотрела с обложек журналов про технологии и деньги. И тут вылезает источник Каррейру и говорит: все это липа. Устройства нет — и, видимо, не будет; полученную кровь компания отсылает в обычные лаборатории; точность анализов крайне сомнительна — и так далее.

Вы наверняка знаете, что было дальше: книга Каррейру «Bad Blood» с момента выхода торчит в списке лучших по продажам на Amazon. Разумеется, про эту историю должно было появиться кино; более того, я почти уверен, что фильмов будет много, включая художественные. Но пока есть документальное — оно называется «The Inventor», его снял Алекс Гибни, и оно откроет мою программу «Новые люди» на десятом, юбилейном Beat Film Festival в этом году.

Некоторых из тех, кто раньше слышал имя Алекс Гибни (он снимал, например, «Going Clear» про саентологов, который показывали в России, и «Zero Days» про то, как американцы взломали иранскую ядерную программу), оно, наверное, может оттолкнуть. Гибни много снимает — и, вероятно, добивается продуктивности отчасти за счет того, что не сомневается в проверенных и привычных документальных методах: говорящие головы + архивные съемки + натурные съемки, ну как обычно. Но «The Inventor» — все-таки особая история. И вот почему.

Во-первых, сама главная героиня, Элизабет Холмс. Я рискну сказать, что вы не поняли историю Theranos, если не увидели, как Холмс говорит и общается с людьми. «The Inventor» уделяет ей очень много времени — потому что у нее есть какой-то удивительный технологический магнетизм, одновременно притягательный и отталкивающий. Она смотрит, не мигая; она разговаривает так, будто все время немного удивляется собственной гениальности. Неслучайно героями фильма являются в том числе журналисты The New Yorker и Fortune, пожилые белые мужчины, написавшие про Холмс и Theranos восторженные профайлы: один из главных вопросов тут — почему все эти достойные, умные и профессиональные люди ей поверили. А один из возможных ответов — да вы сами на нее посмотрите.

Во-вторых, Гибни добавляет к и без того впечатляющей истории одного бесславного бизнеса дополнительную рамку. Еще один сквозной герой тут — ученый Дэн Ариели, изучающий природу и механику лжи (про него пару лет назад показывали тоже неплохой фильм «(Бес)честность» на фестивале 360). Ариели призван, чтобы попытаться понять не только то, как Холмс удалось то, что удалось, но и зачем она это сделала, что у нее в голове. Сказать, что фильм дает внятный ответ на этот вопрос, было бы преувеличением, но важно, что он его ставит, — и ближе к финалу он затмевает собой все остальные.

«The Inventor» легко можно было бы превратить в обвинительное заключение для всего технологического пузыря Кремниевой долины, где развито беспочвенное мессианство, а огромные деньги тратятся на утопические идеи, в то время как реальный Сан-Франциско наводнен бездомными, и нормальной программы помощи нет (простите, больной вопрос). К его чести, Гибни от этого воздерживается. Режиссеру интереснее природа лжи и доверия — но у зрителя не может не возникать вопросов про то, насколько эта ложь характерна именно для этой индустрии. Theranos — это аномалия или просто Холмс была наглее других таких же? Значит ли эта история, что в этой истории мошенникам легко прийти к успеху, — и как этого избежать? Тут есть, о чем поговорить, — и после показа мы это сделаем в компании людей, которые испытали это все на собственных жизнях и кошельках. Участвуют Николай Ковтуненко, который делал биотехнологический стартап Gero, Валерий Ильинский, основатель компании Genotek, занимающейся генетическими тестами — и это, скорее всего, еще не все, но я решил, что пора уже анонсировать.

Произойдет все это в пятницу, 31 мая, в 20.15 в кинотеатре «Октябрь». Билеты еще есть, но уже не так много.

NB: В переводе фильм у нас называется «Изобретатель: Жажда крови в Силиконовой долине». Конечно, по-русски правильно было бы «Изобретательница» и «в Кремниевой долине». Но так фильм будет называться в «Амедиатеке», и по ряду причин сделать с этим ничего нельзя. Прошу прощения.

https://beatfilmfestival.ru/movies/the-inventor/