​24 октября Beat Festival выпускает в прокат документальный фильм Raving Riot. Его сняли молодые российские режиссеры, которых, вообще-то, интересовало техно в Грузии: оно сейчас переживает расцвет и играет для грузинской клубной и молодежной культуры примерно то же (колоссальное) значение, что электронная музыка для России 1990-х.

Когда съемочная группа оказалась в Тбилиси, грузинская полиция совершила спонтанный рейд на клуб «Бассиани», который часто называют «грузинский «Бергхайн». Назван он в честь битвы при Бассиани (1202 год), когда армия Грузинского царства отстояла независимость в схватке с объединенной армии Конийского султаната и Аббасидского халифата. Молодежь, которой сорвали праздник в «Бассиани», пошла на парламентскую площадь защищать независимость в лучших традициях толстовства и принципа непротивления злу насилием: устроила там массовый рейв.

Российскому зрителю, который уже несколько лет следит за опытом постсоветских стран, выбравших (или пытающихся выбрать) либерализм, в частности, Грузии, Армении и Украины, фильм представится не столько развлекательным, сколько провоцирующим на рефлексию. В России также есть молодежь, которая выбрала свободу, музыку и откровенность, но считаться с ней пока никто не собирается.

В какой-то степени Raving Riot рифмуется с другой нашумевшей документальной картиной — «Рейв в Иране» (Raving Iran). В обеих электронный бит отсчитывает последние дни автократии (либо вашего пребывания в ней, как в менее оптимистичной ленте про Иран).

Молодые и красивые герои Raving Riot — не только коренные тбилисцы, но и очарованные романтикой Сакартвело экспаты — проповедуют любовь к ближнему и гедонизм. Один говорит, что очень любит грузинского царя Георгия IV Лаша, известного свободолюбивым нравом: в XIII век в пику аристократии и вопреки традициям он женился на простолюдинке. Еще один молодой человек придумал афоризм о судьбах родины: «Грузия — это борьба, танцы и еда».

Можно многое списать на молодость или обилие в кадре травки, алкоголя, а то и чего покрепче, но протестная традиция здесь сильна еще с советских времен. Грузия добилась поправки в Конституцию Грузинской ССР, закрепляющей статус грузинского как второго официального языка, в застойном 1977 году. Этот опыт был закреплен в начале 1990-х, когда Грузия одной из первых покинула СССР, до 1993 года не вступала в СНГ и все равно в итоге покинула его в 2008 году после известных событий.

Если же все-таки отбросить политику, фильм интересен тем, что можно бесконечно вглядываться в эти красивые одухотворенные лица. Даже если вас не захлестнула волна повального постколониального увлечения Грузией и грузинской кухней, вы увидите в этих молодых людях потомков царицы Тамары и либерального Георгия Лаша. Прошлое Грузии и одновременно ее будущее.

(Анна Филиппова)

Знаете, что раздражало больше всего, когда смотришь старые записи Каннингема?

Как будто ты нелегально пробрался куда-то, ты не принадлежишь этому месту, но вот идёшь и подсматриваешь. Эти все ютюбные архивы ни о чем не говорят, только о том, что где-то тут мелькает Каннингем, а тут вон красотка Браун пробежала.

Сценический вариант его работ — это вообще какой-то дистиллят, музейный экспонат, помещённый под бронебойное стекло. Не цепляет. Просто радует, что ты увидел историю на сцене. Но Каннингем не про это. Не про выйти на поклоны из-за кулисы.

И вот я доперлась-таки до фильма Аллы Ковган. Сидела и думала, как ей удалась показать такого Каннингема, как будто я смотрю его в 50-60-е в НЙ на непонятных локациях, среди немногих зрителей, которому он заходил.

Как она смогла среди сотни часов хроники смогла выбрать такую интересную?

Как нашла такие фантастические локации (вообще, фильм — гимн Нью-Йорку, срочно туда хочется лететь)?

Как решила брать не заезженную классику, а что-то нетривиальное и часто полузабытое?

Как сумела показать его движения красивой геометрией линий, а не сумбурным набором бессвязного?

При том, что фильм для широкого зрителя, там столько пасхалок есть, понятных танцующему человеку. Вот тут он стебет балет и в практически пачке крутит туры (коряяяяво, но из второй позиции😂). Тут он стебет Марту, явно отсылаясь к одной из ранних ее работ (кто кстати знает — какой?;).

Алле Ковган удалось сделать портрет человека, не сваливаясь в биографию. Какая разница, где и когда он родился.

После фильма станет ясно, как он любил создавать движения, к какому течению себя причислял, да и многое другое станет ясно.

Вышла из зала с четким ощущением, что хочу пересмотреть, хочу разобрать на фразы, хочу, чтобы его срочно закупили университеты и показывали студентам.

Поэтому, танцуете вы или нет, любите современный танец или нет, заклинаю, с 6 февраля найдите его у себя в кинотеатрах и идите.

Это чрезвычайно важно и так же чрезвычайно красиво ❤️