«Настоящему индейцу завсегда везде ништяк»

«Настоящему индейцу завсегда везде ништяк».

Это председатель Совета министров СССР, член Политбюро ЦК КПСС Алексей Николаевич Косыгин.

Во время визита в Канаду осенью 1971 года он встретился с индейцами племени эрминескин кри. Они возвели его в вожди и подарили головной убор. Пишут, что Косыгин даже раскурил трубку мира с настоящим вождем племени - Моррисом Волфе.

А вот улыбнуться - это для Косыгина было уже нереально.

Кстати, главный итог визита Косыгина в Канаду - Суперсерия 1972 года между советскими хоккеистами и канадскими профессионалами.

А сегодня, 21 февраля, у А.Н. Косыгина день рождения.

Сегодня закрытие Олимпийских игр в Милане, а в 2006 году мы запустили ежедневную спортивную газету в день открытия зимних Олимпийских игр в Турине.

Написал для газеты и Горчев.

Третьяк без маски

Дмитрий Горчев для газеты “Спорт день за днем” (2006 год)


А я ведь однажды плакал от просмотра спортивного репортажа.

Было это году в семьдесят четвёртом, кажется. Ночью, часа в два, показывали решающий матч наших с чехами, в котором и должен был определиться, то есть подтвердиться, вечный и неизменный Чемпион Мира, то есть сборная СССР по хоккею.

Я очень любил тогда хоккей. У меня даже был особый альбом, в который я наклеивал фотографии, вырезанные из газеты «Футбол-хоккей» (была такая специальная газета), журнала «Физкультура и спорт», и выписывал даже по почте абсолютно чудовищный и бессмысленный глянцевый журнал «СКДА» (Спортивные клубы дружественных армий) в надежде найти там самый главный артефакт того времени, который назывался «Третьяк Без Маски». Третьяка в маске было очень много, а вот без маски — никто не знал, как он на самом деле выглядит. Есть ли у него усы, например? У рижского хоккеиста Балдериса они были.
Ну так вот. Я включил телевизор на самую маленькую громкость, какую только можно установить (матушке утром на работу), и стал смотреть. Первые полтора периода прошли как обычно у наших с чехами, то есть очень скучно. Кто-то куда-то поехал, но никуда так и не доехал, потому что вне игры или там проброс.
А потом началось Страшное. Нашим забили гол. Потом ещё два. И ещё один. В голосе комментатора Озерова появилась тревога. «Наши чешские друзья... — сказал он с некоторым укором, — повели со счётом четыре – ноль». Ладно бы это были канадские профессионалы (которых мы, кстати, разгромили буквально накануне), американцы, немцы, в конце концов. Но друзья! Да какие они в жопу после этого друзья! (подумал я тогда и был не так уж сильно не прав).
И тут выкатывается какой-то Холик (их там у чехов было штук пять Холиков и Голиков, и на воротах ещё стоял Холичек), берёт и забивает Третьяку пятый и позорный очень гол: от конька, что ли, отскочило. Третьяку! Т му самому Третьяку, которому сам профессионал Фил Эспозито, вышедши один на один, не сумел забить, а тут забивает позорный какой-то Иржи Холик позорный гол!

Третьяка меняют. Выходит юный вратарь Мышкин и отбивает немыслимый удар. В нас с комментатором Озеровым оживает надежда: а вот сейчас, сейчас выйдет на поле заветная тройка Михайлов-Петров-Харламов, да что там: Покрышкин-Гастелло-Матросов, и защитник Ляпкин бросится на амбразуру, а потом подхватит дымящуюся ещё шайбу и забросит её мерзавцу прямо в ворота. И тут вратарь Мышкин тоже пропускает позорный гол.

«Да что же это происходит-то?» — спрашивает после некоторого молчания комментатор Озеров, царствие ему небесное.

И вот тут показывают скамейку нашей непобедимой команды. И сидит там Третьяк без маски и без усов, и Михайлов-Петров-Харламов, и любимейший мой игрок Александр Мальцев, и по лицам их я, совсем тогда ещё небольшой мальчик, понял: мы проиграли. То есть вообще. То есть ничего уже не произойдёт, и волшебства никакого уже не случится, да и не было его никогда.
Я не смог смотреть дальше. Я выключил телевизор и ушёл на кухню плакать.

А наши ничего: забили тогда в последние десять минут две шайбы, но правда ещё одну пропустили.

Ай да Йобчик!

А у меня тоже есть яркое детское воспоминание, связанное с поражением сборной СССР по хоккею.

На чемпионат мира в Катовице советская сборная приехала в ранге олимпийских чемпионов, а на играх она победила поляков со счетом 16:1.

И якобы тогдашний глава Спорткомитета СССР Сергей Павлов перед матчем сказал нашим хоккеистам: «Вы уж не обижайте хозяев чемпионата, наших товарищей по социалистическому лагерю, не обыгрывайте их на родине со счетом 10:0». Но это я уже значительно позже прочитал в интервью Третьяка.

В победе сборной СССР никто не сомневался, вот и вышел в воротах второй вратарь Сидельников.

А у поляков разыгрался нападающий с веселой фамилией Йобчик, забросивший три шайбы. Наш комментатор Николай Николаевич Озеров не решился такую фамилию произнести в эфире. Он сначала называл его просто по имени «Веслав», а после третьего гола красиво выкрутился: «Опять этот восьмой номер!..»

Вместо Сидельникова вышел Третьяк, но сборная СССР все равно проиграла 4:6.

Печальная песня по понедельникам

https://youtu.be/xEQcr2bDZWY?si=_X74SQtzlAtl4ovY

Но вот гений же

Трамп выложил у себя красивый ролик.

Тоже любит хоккей и Олимпийские игры. И приносит победу.

Нобелевка у него уже есть (венесуэльская), теперь есть и олимпийская золотая медаль.

Если Трамп не боится силовой борьбы и даже набил канадцу морду, то Лукашенко (номер 01) так грозен, что соперники стараются близко к нему не приближаться.

Ну и гол, конечно, на заглядение забил первый номер.

Меня иногда спрашивают, не просвистываю ли я в своих воспоминаниях. Вот, мол, наверняка придумал про черствость и чванство. Но, во-первых, спросите у Бурлаки, он помнит вообще все, особенно плохое.
Во-вторых, я сегодня узнал, что друг моего отца и мой бывший (в самой далекой юности) начальник Ярослав Филиппович Черствый умер.

https://t.iss.one/bachurov_panic/2922

С Андреем Бурлакой мы познакомились примерно как Мик Джаггер с Китом Ричардсом. Отличие только, что мы встретились на овощебазе. 1984 год. Разбираем гнилую картошку, месим гнилую капусту. У него пакет с пластинками, у меня пакет с пластинками. Он спрашивает: что у тебя? Я показываю. А что у тебя? Он показывает. Так подружились. А в 1986 году начали делать самиздатовский журнал РИО.
Это фото уж не знаю какого года. В начале 90-х.

Эстетические разногласия с Кашиным. У него дурной музыкальный вкус. Он в середине 90-х слушал Ace of Base и Yaki-Da.

В середине 90-х мы с женой приехали в Берлин. Нам нужно было к друзьям в Амстердам, так что наш немецкий друг нашел объявление в газете: берем попутчиков в Амстердам. Мы ехали с двумя немецкими хиппи, которые мечтали оттянуться в Голландии, при этом курили косяк досрочно, я тоже, несмотря на гневные взгляды жены, подтянулся. Пятым был какой-то мутный голландец, который нам это и поднес. И он хотел поставить Ace of Base. Тут эти немцы чуть не выкинули его из машины. Трава хорошая, но это не значит, что мы будем в дороге слушать говно.
Он притих, так что мы доехали нормально.

Экс-полковник Смирнов, убивший журналиста Максимова, погиб на СВО, стало известно «Фонтанке».

Бывший замначальника отдела по борьбе с коррупцией ГУ МВД по СЗФО Михаил Смирнов погиб около недели назад на границе Белгородской и Харьковской областей при наступлении российских войск.

По нашим данным, он попал под атаку дрона-камикадзе.

Telegram | Все каналы «Фонтанки» | Max

Месяц

Бортко широко шагает. От "Единожды солгав" до "Сталина".
https://t.iss.one/paperpaper_ru/66207

Я понимаю, как сталинист может разлюбить Сталина. Но как антисталинист может полюбить Сталина — загадка.

Украл, обворовал, ограбил. Я еще не успел посмотреть Коха до конца, но вспомнил, как его жена Марина мне рассказывала, как Алик переживал после увольнения из правительства — типа денег нет, что делать? И его взяли на службу в Альфа-банк, поэтому он так благодарен Фридману. Вот вам и вор всея Руси.

Кох пришел ко мне в редакцию в 2005 году встретиться с читателями журнала. Был очень напряженный. Он привык к наездам, поэтому ждал неприятных вопросов. Но моя жена ему при всех сказала: "Алик, что ты все время ждешь подвоха? Тебя здесь все любят". Он расслабился и встреча прошла хорошо. Мы открыли кучу вина, никто не решался себе налить, я пошел и взял бокал вина. Алик посмотрел на меня недружелюбно и сказал: "А вино тут только ты пьешь?" Я встал, налил ему вина и предложил всем подходить и наливать себе. Все расслабились, и дальше все пошло хорошо.

Ах да, забыл написать. Ему так понравилось все, что он хотел купить наш журнал.