#врубрикекнижнаяполка поэма человека многих талантов, но в первую очередь режиссера Вима Вендерса под названием Watching A Working Woman. Про один день из жизни женщины, которая ходит на работу. Ее аудиоверсия (озвученная самим автором) звучала на сегодняшнем показе Undercover. Целиком переводить поэму не стали, но уложили в чеклист. Итак, по версии Вима Вендерса работающая женщина обычно…

— «просыпается до будильника, смотрит на часы и улыбается»
— «встает, когда на улице еще темно, идет в ванную» и «сначала закрывает дверь, а потом включает свет»
— «смотрит в зеркало» и размышляет о том, какой ее видят другие люди («смогут ли они заметить, как она изменилась за неделю, месяц, год?»)
— думает о том, что в себе она «никаких изменений не замечает (разве что признает, что в какие-то дни выглядит более уставшей)
— «принимает душ — сначала теплый, потом горячий и ледяной»
— «делает легкий макияж, немного подводит глаза и всегда красит губы»
— «приоткрывает жалюзи, смотрит в окно, чтобы оценить погоду» и только после этого надевает платье («которое потом, правда, снимает и надевает другое»)
— «много работает»

Этим вечером Канье рекомендует хентай и перформанс Candela Capitán под названием Solas [Lonesomes]

*скриншоты из запрещенной соцсети

P.S. Простите, у Йе. Канье Уэст скоро перестанет существовать даже в запретграме — рэпер психанул и сначала погрозился удалить аккаунт @kanyewest с 20 млн подписчиков («Мое имя Йе. Ни бренд, ни цифры не заставят меня называться тем, кем они все еще хотят меня видеть»), но компания быстро подсуетилась. До конца дня карета должна превратиться в тыкву @kanyewest станет @ye

Только одно пожелание на ночь глядя: лучше уж вам сегодня приснится Тимоти Шаламе в вишневом пальто, чем то самое детское «иммерсивное шоу» Willy’s Chocolate Experience в Глазго

Самый популярный художник в твиттере прямо сейчас — Эдуард Мане. И все благодаря злополучному «шоу» Вилли Вонки в Глазго, с которого дети убегали в слезах. Грустную Умпа-Лумпу сранивают с героиней картины «Бар в "Фоли-Бержер"»

#врубрикекнижнаяполка мемуары великой коллекционерки Айрис Апфель, которая умерла сегодня в возрасте 102 лет. Про «милую леди» миссис Никсон и работу декоратором в Белом доме.

«Меня всегда спрашивали, каково это — работать декоратором в Белом доме. Что я хочу сказать: декор для Белого дома не придумывали ни мы, ни Жаклин Кеннеди, ни другие первые леди — потому что в основе любых изменений здания и его меблировки лежит исторически точная реставрация. Таковы правила. Мы не приходили туда со словами: «О, этот элемент слишком большой, его нужно уменьшить» или «Этот цвет нам не нравится, нужно его заменить».

Мы старались максимально точно воссоздать декор первого этажа Белого дома времен первой меблировки. Меняя обшивку чего бы то ни было, мы всегда соблюдали историческую точность.

Работали и на втором этаже, в личных комнатах, где живет президентская семья. Здесь жестких правил не было: владельцы могут оформлять жилые пространства — спальни, собственные и гостевые, личные кабинеты — на свой вкус. Большинство президентов и первых леди не интересовала историческая реконструкция жилых пространств. Исключение составила Пэт Никсон, которая страстно интересовалась нашей деятельностью, хотя ничего не знала о тонкостях исторической реконструкции. Она часто просила Эдварда Вассона Джонса, который в то время занимал должность архитектора в Белом доме, дать ей возможность составить ему компанию, когда он приезжал к нам. Мистер Джонс принимал все решения касательно обустройства здания. Мы предлагали миссис Никсон выбирать образцы тканей, она увозила их с собой в Вашингтон и каждый раз через день после возвращения звонила и робко говорила: «Миссис Апфель, как обычно, я выбрала не то, что нужно. Пожалуйста, подберите правильную ткань и приезжайте с ней в Вашингтон в четверг на обед». Но мы-то знали, что в конце концов правильный выбор сделает мистер Джонс, но сами не отваживались перечить миссис Никсон — такой милой леди она была».