Бланшо:
От «еще не» к «уже не» — вот путь, который проходит так называемый писатель, не только его всегда приостановленное время, но и то, что в прерванном становлении наделяет его бытием.
Заметил ли кто-нибудь, что, сам того не ведая, Валери, воображая утопию г-на Тэста, показал себя наиромантичнейшим из смертных?
От «еще не» к «уже не» — вот путь, который проходит так называемый писатель, не только его всегда приостановленное время, но и то, что в прерванном становлении наделяет его бытием.
Заметил ли кто-нибудь, что, сам того не ведая, Валери, воображая утопию г-на Тэста, показал себя наиромантичнейшим из смертных?
Forwarded from носорог
Воскресное чтение: «Речь против венецианцев» Филиппо Томмазо Маринетти (в переводе Геннадия Киселева)
<...> Венецианцы! Венецианцы! Зачем вечно оставаться покорными рабами прошлого, мерзкими хранителями величайшего борделя истории, санитарами самой печальной больницы мира, где чахнут души, смертельно больные сифилисом и сентиментализмом?
О, мне не занимать сравнений, когда я хочу уподобить вашу надменную и глупую инертность инертности сына великого человека или мужа прославленной певицы! Разве не могу я сравнить ваших гондольеров с могильщиками, размеренно роющими могилы на затопленном кладбище? <...>
<...> Венецианцы! Венецианцы! Зачем вечно оставаться покорными рабами прошлого, мерзкими хранителями величайшего борделя истории, санитарами самой печальной больницы мира, где чахнут души, смертельно больные сифилисом и сентиментализмом?
О, мне не занимать сравнений, когда я хочу уподобить вашу надменную и глупую инертность инертности сына великого человека или мужа прославленной певицы! Разве не могу я сравнить ваших гондольеров с могильщиками, размеренно роющими могилы на затопленном кладбище? <...>
........ Но создаваемый картографией взгляд -- не только негативное уплощение и исключение сопутствующих аналоговым прогулкам впечатлений (таких, как, например, индустриальные скрежеты или усталость в ногах): он же обнаруживает и изворотливость спиралей, которые фланерка, увлекшись неожиданной порослью в долине или избегнув гулкого проулка, незаметно закручивает. Картографии знакомо непонимание глубины -- условные обозначения, скрывающие оседающие склоны и внезапные возвышенности, так же схематичны, как и википедийного толка откровения бессонного гугл-серфинга и почти стыдное удовольствие при выписывании пронзительных оборотов из литературы позапрошлого века.