📃 К 230-летию императора Николая I

6 июля 2026 г. – 230 лет со дня рождения императора Николая I. Его правление стало эпохой расцвета российского самодержавия. Император, вступивший на престол в условиях династического кризиса 1825 г. и восстания декабристов, пытался совместить преобразования с сохранением самодержавия.

В первые годы царствования Николая Павловича под руководством М.М. Сперанского проводилась работа по кодификации законодательства. Опубликованы Полное собрание законов Российской империи, Свод законов. Денежная реформа, проведенная под руководством Е.Ф. Канкрина в 1839–1843 гг., стабилизировала финансовую систему. В эпоху Николая I было ограничено крепостное право, которое он называл «злом, для всех ощутительным и очевидным» (Император Николай в совещательных собраниях (Из современных записок статс-секретаря барона Корфа) // Сборник Императорского Русского исторического общества. Т. 98. СПб., 1896. С. 114).

Николаевская эпоха – время расцвета русской культуры. Широко известен интерес императора к творчеству Пушкина. Николай I участвовал в редактировании пушкинской «Истории Пугачевского бунта».

К николаевской эпохе относятся и деятельность М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя, а также М.И. Глинки – первого русского композитора с мировым именем.

Царствование Николая I ознаменовалось достижениями в науке и технике. В 1829 г. Н.И. Лобачевский публикует работу «О началах геометрии», обосновывает оригинальную систему неевклидовой геометрии, получившей впоследствии его имя. В 1839 г. открывается Пулковская обсерватория. Ее первый директор В.Я. Струве известен проведением работ по измерению формы и размера Земли в рамках проекта «Дуга Струве». В 1830 г. Струве предложил продолжить градусное измерение в Финляндии, император лично одобрил идею и пожаловал средства на ее осуществление (Исторический очерк деятельности Корпуса военных топографов, 1822–1872. СПб., 1872. С. 227).

Крупное событие николаевской эпохи – создание в 1845 г. Русского географического общества. В 1847–1850 гг. экспедиция РГО под руководством российского путешественника Э.К. Гофмана проводит обследование Полярного Урала и хребта Пай-Хой, описывает северную часть границы между Европой и Азией. В августе 1848 г. экспедиция посещает самую северную вершину Уральского хребта, получившую название Константинов камень в честь председателя РГО великого князя Константина Николаевича, сына Николая I.

Самое значительное техническое достижение николаевской эпохи – широкое внедрение железнодорожного транспорта, открытие в 1837 г. Царскосельской железной дороги. В 1851 г. открывается железнодорожное сообщение между Санкт-Петербургом и Москвой по магистрали, получившей название Николаевской.

В период правления Николая I к России присоединены обширные земли на Дальнем Востоке (Амурская экспедиция 1849–1855 гг.) и на побережье Черного моря.

Неудачная для Российской империи Крымская война ознаменована победоносным Синопским сражением и героической обороной Севастополя, обессмертившими имя адмирала П.С. Нахимова.

В Государственном архиве Российской Федерации хранится комплекс документов, относящихся к царствованию императора Николая I. Они позволяют узнать о личности императора и событиях николаевской эпохи.

Манифест о вступлении на престол императора Николая I (12 декабря 1825 г.) показывает его действия в ситуации междуцарствия, связанной с отречением от прав на наследование престола великого князя Константина Павловича.

Роль Николая I в европейской политике иллюстрирует манифест от 14 марта 1848 г., с резкой критикой революционных событий во Франции, Германии и Австрии (ГА РФ. Ф. 672. Оп. 1. Д. 198. Л. 1). Вскоре после выхода манифеста русские войска были направлены в Австро-Венгерскую империю для оказания помощи императору Францу Иосифу I в борьбе с революцией.

Т.С. Кислов,
Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ)

📃 325 лет первой победе русского оружия в Северной войне

Бой у Новодвинской крепости 6 июля (25 июня) 1701 г. — это первая победа русского оружия в Северной войне. Сражение разыгралось в дельте Северной Двины, у острова Линский Прилук. В битве потерпел разгром авангард шведской эскадры, направлявшейся в Белое море для уничтожения г. Архангельска. Документы Российского государственного архива древних актов (РГАДА) повествуют о сражении и об истории создания Новодвинской крепости.

Еще до вступления России в войну со Швецией Петр I предпринял первые шаги по укреплению северных границ. На Двину послали воеводой боярина князя А.П. Прозоровского (ранее — воевода Азова). Новый двинский воевода получил наказную память, со статьями о принятии мер к обороне города на случай неприятельского нападения и предостережением о давнем намерении шведов напасть на Архангельск.

В первых числах сентября 1700 г. А.П. Прозоровский получил грамоту с сообщением о начале войны со Швецией, распоряжением объявить жителям Холмогор и Архангельска, крестьянам окрестных деревень царский указ, «чтоб они в городе и в уезде от свейских людей жили во всяком опасении и осторожности, чтоб они над городами и в уезде над жилецкими людми какова разорения незапно не учинили...».

В конце 1700 г. шведы начали готовить эскадру для нападения на Архангельск. Старая городская деревянная крепость едва ли могла выдержать длительную осаду. 17 декабря 1700 г. Петр I указал построить «крепость вновь, ситадель на тысечю человек» на речке Малая Двина. Подлинная запись указа хранится в РГАДА. Заготовку припасов и строительство крепости возложили на городских «всяких чинов» и посадских жителей Архангельска и Холмогор, уездных государевых волостей, архиепископских и монастырских крестьян.

Новодвинская крепость должна была перекрывать подступы с моря к Архангельску, надежно защищать гарнизон от артиллерии противника, быть неприступной с суши для неприятельского десанта. На Двину пригласили саксонского инженера подполковника Ягана Адлера (Иоганн Вальберт). Он 16 января 1701 г. подал «роспись за руками и чертеж» А.П. Прозоровскому, который отправил подполковника с документами в Москву. Он отказался возвращаться в Архангельск, и для завершения проекта в апреле 1701 г. сюда прибыл бранденбуржец Георг Эрнест Резе (Егор Резен). В РГАДА сохранился подлинный чертеж Новодвинской крепости, где собственной рукой Георга Резе написано (пер. с немецкого): «План и профиль крепости, которая по указу его царского величества Петра Алексеевича на реке Новой Двинке меж городом Архангелским и Белым морем заложена в лето 1701 маия в 1 день. Начертанна инженером Георгием Эрнестом Резом».

В соответствии с грамотами от 8 и 10 июня 1701 г. строилась не только каменная твердыня, но и система береговых батарей. В ночь с 25 на 26 июня только заложенный и еще возводившийся укрепленный район принял на себя удар передового отряда шведского флота.

Еще 25 июня убрали все навигационные знаки в дельте Северной Двины, в Белом море на подступах к городу. Шедшая к Архангельску шведская эскадра выдавала себя за караван торговых судов под флагами Англии и Голландии.

В ночь на 25 июня корабли шведской эскадры бросили якоря у острова Мудьюг. В нее входили четыре фрегата, два галиота и шнява. Цель похода, согласно инструкции шведского короля Карла XII, — разграбление Архангельска и в особенности корабельной верфи.

В 3 часа утра шведскому командору Карлу Леве доложили, что к его фрегату «Варберг» идет русский бот, «полный лоцманов». Действительно, приблизилось небольшое судно; на борт фрегата поднялись начальник военного караула капитан Николай Крыков, переводчик Дмитрий Борисов, писарь, кормщик Иван Седунов (Рябов) и с ними несколько солдат.

Борисов на голландском языке объяснил командору, что лоцманов на Мудьюге уже нет – они переведены на другой остров, за строящуюся крепость. Поэтому надо послать за лоцманом шлюпку и отправить письмо купцам, для которых привезены товары. Переводчик заподозрил, что с ним беседует не купец, и прямо спросил, не шведские ли это корабли. В ответ командор приказал...

📃 «Дорогая родная...»: семейная переписка адмирала Эссена. Ко Дню семьи, любви и верности

Семьи моряков испокон веков отличали верность, терпение и умение ждать. Ведь дальнее плавание могло продолжаться не один год! Существовало лишь одно средство не терять связь с близкими – чаще писать письма. Листки бумаги, исписанные торопливым или каллиграфическим почерком, становились тонкой нитью, связывающей моряка с родным домом за тысячи миль.

В Российском государственном архиве Военно-Морского Флота сохранилось несколько семейных переписок. Одна из них принадлежит адмиралу Николаю Оттовичу фон Эссену, его жене Марии Михайловне и их детям. Это прекрасный пример, как в эпоху войн и потрясений сохранить тепло и нежность в отношениях с самыми близкими людьми.

Адмирал фон Эссен вошел в историю отечественного флота как герой обороны Порт-Артура (где он командовал крейсером II ранга «Новик», затем – эскадренным броненосцем «Севастополь»), как воссоздатель Балтийского флота после трагических событий Русско-японской войны, учитель для множества офицеров, командующий Балтийским флотом в самые первые месяцы Первой мировой. Это о нем капитан 2 ранга, писатель-маринист К.Г. Люби вспоминал в книге «Волны Балтики»:
«...на броненосном крейсере “Рюрик”, стоявшем на Ревельском рейде <...> держал свой флаг кумир флота, герой Порт-Артура, чье имя прогремело на весь мир, – адмирал Николай Оттович фон Эссен. За десять лет, со времени командования “Новиком”, из капитанов 2 ранга достиг высшего адмиральского чина. Карьера головокружительная. И вся “протекция” – личная храбрость, неустрашимость и опытность командира, знания и организаторский талант флотоводца. Создатель школы, получившей его имя. Учитель словом и примером. Врачеватель духа, упавшего после невзгод “пятого” года. Небольшого роста, полный, плотный, румяный лицом, с небольшой рыжеватой бородкой и с такими светлыми, добрыми и настойчивыми в то же время глазами, которые запоминаются на всю жизнь. Перед этими глазами не солжешь...» (Люби К.Г. Волны Балтики. 1914–1915 гг. Рига, 1939. С. 14–15).

Отношения в семье Николая Оттовича отличалась теплотой и гармонией. Об этом свидетельствует переписка, которая хранится в личном фонде адмирала. Читая эти страницы, начинаешь понимать: за блестящей карьерой, колоссальным трудом и достижениями стояла самая обычная, но драгоценная семейная жизнь, полная любви, заботы и нежности.

Николай Оттович женился 10 ноября 1885 г., еще будучи мичманом, на Марии Михайловне Васильевой, дочери коллежского советника, выпускнице Мариинской женской гимназии. Молодым было уже по 25 лет. Очевидно, брак был заключен по взаимной симпатии. Спустя год в Петербурге родилась первая дочь – Мария, в июле 1888 г. в Ревеле – сын Антоний, в марте 1892 г. в Кронштадте – дочь Юлия.

В 1892 г. Эссен на крейсере «Адмирал Корнилов» ушел в плавание на Тихий океан, из которого вернулся в Петербург только в 1896 г. О тех годах вспоминал Д.В. Ненюков: «Николай Оттович был душой кают-компании [«Адмирала Корнилова»]. Всегда веселый и жизнерадостный, он был вечно окружен мичманами и назывался мичманский старшина. Он был первым заводчиком всех мичманских проказ, никогда не отказывался от кутежей на берегу и тем не менее держал в большом порядке свою часть, а потому был любим начальством... Николай Оттович никогда не был карьеристом и всегда продвигался в чинах строго по линии, не обходя никого». К сожалению, переписка за эти годы в архиве не сохранилась. Уцелело лишь письмо Эссена старшей дочери из Иокогамы от 28 января 1895 г. – отец посылает детям две книги, в том числе «Детскую Японию» на английском языке, с переводом, который выполнил сам!

В 1897 г. Эссен получил в командование миноносец № 120, который входил в Отдельный отряд судов в Средиземном море, и вновь покинул дом. В 1898 г. его перевели старшим офицером на канонерскую лодку «Грозящий», на которой в следующем году он вернулся на Балтику. Именно за этот период до нас дошли и письма Николая Оттовича, и ответы Марии Михайловны, и даже детские послания – свидетельства любви.

В конце 1902 г. капитана 2 ранга Эссена...

📃 К 75-летию создания Национального олимпийского комитета СССР

Впервые Россия вступила в Олимпийское движение в дореволюционный период. В 1911 г. в Санкт-Петербурге представители 31 русского спортивного общества образовали Российский олимпийский комитет (РОК), с целью объединить спортивные учреждения для подготовки к участию в Олимпийских играх 1912 г. в Стокгольме. Отдельные российские спортсмены принимали участие в Олимпийских играх 1900 г. в Париже (медалей не завоевали) и 1908 г. в Лондоне (фигурист Николай Панин-Коломенкин завоевал золото, борцы греко-римского стиля Александр Петров и Николай Орлов – серебро).

Олимпиада 1912 г. принесла Российской империи всего пять медалей (серебро и бронзу), 15-е место в командном зачете и поражение футбольной сборной в игре с Германией – 0:16. Провал российских олимпийцев был заметен на фоне успешного выступления сборной Финляндии, принимавшей участие в играх в качестве самостоятельной команды (26 медалей, из них 9 золотых). В российской прессе стокгольмскую Олимпиаду прозвали «спортивной Цусимой». Издание «К спорту» подвело печальный итог: «...занимать Великой Державе какое-то жалкое 13–16 место, иметь за все игры только 3 очка, против 115 очков Америки, то есть, другими словами, получить новое, едва ли не самое убедительное доказательство нашей беспомощности и растерянности, как хотите, все же немножко неожиданно даже для самых отъявленных пессимистов». Следующая Олимпиада должна была пройти в Берлине в 1916 г., но не состоялась. После революции 1917 г. РОК упразднили.

СССР проводил Всесоюзные спартакиады. Советские спортсмены приняли участие в Международной рабочей олимпиаде 1937 г. в Антверпене. Во второй половине 1940-х гг. многие советские спортивные секции вошли в состав международных федераций, и атлеты СССР участвовали в первенствах мира и Европы. На Олимпиаду 1948 г. в Лондоне партийное руководство вместо спортсменов отправило 13 спортивных функционеров в качестве наблюдателей. В отчете они отметили, что в случае участия советская сборная «заняла бы на Олимпиаде не ниже второго места и составила бы основную конкуренцию команде США».

В декабре 1950 г. председатель Комитета по делам физической культуры и спорта при Совете министров СССР (Спорткомитета СССР) А.Н. Аполлонов направил докладную записку председателю Внешнеполитической комиссии ЦК ВКП(б) В.Г. Григорьяну с предложением вступления СССР в члены Международного олимпийского комитета. В записке отмечалось: трибуну МОК целесообразно использовать «для пропаганды за рубежом достижений советского спорта». К этой записке прилагалось письмо председателя Оргкомитета Олимпийских игр в Хельсинки Э.Ф. Френкеля от 23 февраля 1950 г.: «Выражаем надежду, что мы на Олимпийских играх будем иметь удовольствие приветствовать как выдающихся спортсменов, так и руководителей из Союза ССР».

Кроме вступления в состав МОК, СССР должен был создать Национальный олимпийский комитет. В.Г. Григорьян 13 февраля 1951 г. направил докладную записку на имя И.В. Сталина: о создании Олимпийского комитета как официального представительства советских спортивных организаций в МОК. В состав комитета предлагалось включить председателей Всесоюзных спортивных секций по видам спорта, мастеров спорта. 18 апреля 1951 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «О вступлении советских спортивных организаций в Международный олимпийский комитет», согласно которому Спорткомитету СССР поручалось создать Национальный олимпийский комитет для осуществления связей советских спортивных организаций с МОК.

23 апреля 1951 г. в Москве состоялось учредительное собрание, на котором был основан Национальный олимпийский комитет СССР во главе с заместителем председателя Спорткомитета СССР К.А. Андриановым. В этот же день в штаб-квартиру МОК направили телеграмму: «Сообщаем, что в СССР образован Олимпийский комитет. Олимпийский комитет СССР согласен с Уставом МОК и заявляет о своем присоединении к Международному олимпийскому комитету. Просим утвердить наше присоединение к МОК на майской сессии». В состав Олимпийского комитета СССР вошли заслуженные мастера...

📃 Военный министр Д.А. Милютин

Дмитрий Алексеевич Милютин (1816–1912) родился в Москве в дворянской семье. Большое влияние на юного Дмитрия оказал его дядя по материнской линии генерал от инфантерии П.Д. Киселев – министр государственных имуществ.

В 1829 г. Дмитрий поступил в Благородный пансион при Московском университете (окончил его с серебряной медалью). Обладая недюжинными способностями, он в 16 лет написал «Руководство к съемке планов с применением математики». В 1833 г. Милютин по совету дяди отправился в Санкт-Петербург и «вступил фейерверкером 4-го класса лейб-гвардии 1-й артиллерийской бригады в батарейную № 2 роту». Через несколько месяцев выдержал офицерский экзамен и был произведен в прапорщики.

В 1835 г. молодой офицер поступил в Императорскую военную академию, его зачислили в практический (старший) класс. По окончании учебы в чине поручика Милютина причислили к Генеральному штабу «с назначением состоять при отдельном Гвардейском корпусе», затем перевели в Гвардейский Генеральный штаб.

В 1839 г. Дмитрий Алексеевич опубликовал в журнале «Отечественные записки» статью «Суворов как полководец», положившую начало его военно-историческим исследованиям. В том же году Милютина командировали на Кавказ для службы в Отдельном Кавказском корпусе «для приобретения военных познаний и опытности». Он принял участие в проведении многих операций против горцев, в частности, в походе на аул Ахульго (резиденцию имама Шамиля), заслужив чин капитана. В бою при Ахмет-Тала Милютин был ранен в плечо. В 1843 г. его назначили «исполняющим должность обер-квартирмейстера войск Кавказской линии и Черномории, с переводом в Генеральный штаб подполковником». В том же году Дмитрий Алексеевич опубликовал «Наставление к занятию, обороне и атаке лесов, деревень, оврагов и других местных предметов».

В 1845 г. Милютина отозвали в Санкт-Петербург в распоряжение военного министра. Одновременно он стал преподавать в Военной академии на кафедре военной географии. В 1847–1848 гг. Дмитрий Алексеевич опубликовал двухтомный труд «Первые опыты военной статистики», заложив основы этой науки в России. В 1853 г. Милютин закончил начатую военным историком А.И. Михайловским-Данилевским пятитомную «Историю войны России с Франциею в царствование императора Павла I в 1799 году». Труд принес автору Демидовскую премию Петербургской академии наук.

В 1854 г. Дмитрий Алексеевич произведен в генерал-майоры. Через два года по ходатайству князя А.И. Барятинского, Милютина вновь направили на Кавказ, где он занял должность начальника штаба Отдельного Кавказского корпуса, вскоре переформированного в Кавказскую армию. Благодаря деятельности Д.А. Милютина (участвовал в овладении аулом Гуниб и пленении имама Шамиля) Кавказ был покорен. Дмитрий Алексеевич произведен в генерал-лейтенанты и пожалован генерал-адъютантом.

В 1860 г. Александр II назначил Милютина товарищем (заместителем) военного министра, 9 ноября 1861 г. – военным министром. Вскоре Дмитрий Алексеевич представил императору доклад – программу масштабных преобразований в русской армии (численный состав, организация и комплектование войск; штабы и управление; строевая подготовка и образование; военно-судебная часть; провиантское снабжение; военно-врачебная часть и др.). Александр II ознакомился с докладом и собственноручно наложил резолюцию: «Все изложенное в этой записке совершенно согласно с моими давнишними желаниями и видами».

В ходе военных реформ изменилась система управления вооруженными силами. В Военном министерстве образовали семь главных управлений: артиллерийское, инженерное, интендантское, военно-медицинское, военно-учебных заведений, казачьих войск и военно-судное. В министерстве создали Главный штаб, в ведении которого находилось управление вооруженными силами, мобилизация, комплектование войск, их размещение, боевая подготовка и хозяйство. Начальник Главного штаба назначался императором и считался первым помощником и заместителем военного министра. Россию разделили на 15 военных округов, обеспечивавших руководство войсками в мирное время и оперативное развертывание армии в...

📃 Первый Приамурский генерал-губернатор барон Корф

Андрей Николаевич Корф родился 10 (22) июля 1831 г. в Курляндской губернии в семье баронов. В связи с преждевременной смертью отца, полковника Николая Федоровича Корфа (1798–1831) и матери Елизаветы Андреевны (1804–1832), был взят в семью родственника Модеста Андреевича Корфа.

В 1842 г. А.Н. Корф определен в Пажеский корпус. В 1849 г. в чине прапорщика поступил на службу в лейб-гвардии Преображенский полк. В 1852 г. произведен в подпоручики, затем – в поручики, в 1855 г. ему присвоено звание штабс-капитана. С 1856 г. А.Н. Корф – командир Гвардейской учебной стрелковой роты.

В 1857 г. капитан А.Н. Корф, участник Кавказской войны, под Ведено ранен в ногу. В 1859 г. при взятии укрепленного аула Ведень, во время штурма Андийского редута А.Н. Корф во главе двух рот 20-го стрелкового батальона бросился на укрепления противника и в числе первых взошел на вал. За мужество и отвагу А.Н. Корф награжден орденом Св. Георгия 4-й степени.

В 1857–1862 гг. Андрей Корф служил помощником начальника Офицерской стрелковой роты (г. Ораниенбаум), после производства в полковники – ее начальником.

В том же году он командирован в Подольскую губернию, чтобы помочь губернатору ввести в действие «Положения о крестьянах» от 19 февраля 1861 г. Здесь у Корфа обнаружились качества администратора и дипломата: для подавления возмущения 40 тысяч крестьян не пришлось применять суровые меры.

В июне 1865 г. А.Н. Корф вернулся к месту службы на должность командира 99-го пехотного Ивангородского полка. В 1867 г. произведен в чин генерал-майора Свиты Его Императорского Величества и назначен начальником штаба Рижского военного округа.

В 1869–1879 гг. А.Н. Корф командовал лейб-гвардии Литовским полком, 1-й бригадой 3-й гвардейской пехотной дивизии (г. Варшава), 11-й, 13-й, 34-й пехотными дивизиями. Дослужился до чина генерал-адъютанта.

В один из февральских вечеров 1884 г. в Санкт-Петербурге состоялся традиционный «Амурский обед». За столом шла оживленная беседа о предстоящих административных реформах – учреждении нового Приамурского генерал-губернаторства.

14 июля 1884 г. барон А.Н. Корф вступил в должность Приамурского генерал-губернатора и командующего войсками Приамурского военного округа. С 1887 г. он еще и наказной атаман Приамурских казачьих войск.

Первый Приамурский генерал-губернатор проявил выдающиеся организаторские способности. При нем Южно-Уссурийский край стал активно заселяться, увеличилась численность его населения. Началась разработка залежей каменного угля на Сахалине. Были приняты меры к прекращению хищнической эксплуатации котикового промысла на Командорских островах. Кроме того, А.Н. Корф развивал морские связи с Китаем, Японией и Кореей.

По инициативе Корфа в 1885 г. в Хабаровке состоялся съезд сведущих людей (высших чиновников, промышленников, купцов 1-й гильдии) для обсуждения нужд края. Благодаря деятельности генерал-губернатора открылись общеобразовательные школы, получила развитие миссионерская деятельность.

А.Н. Корф не жалел средств на проведение в Амурском крае археологических и этнографических экспедиций, развитие науки в регионе. Андрей Николаевич также принимал активное участие в разработке плана строительства Транссибирской магистрали.

А.Н. Корф умер 7 (9) февраля 1893 г., похоронен в ограде Успенского собора в г. Хабаровске.

Именем А.Н. Корфа названы залив и поселок на Камчатке, а также поселения в Хабаровском и Приморском краях.

А.А. Горчаков,
Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (РГИА ДВ)

📃 Празднование Полтавской победы в резиденциях русских послов в Европе

Полтавское сражение 27 июня (8 июля) 1709 г. – переломный момент в Северной войне, который возвел Россию в ранг мировой державы.

Сразу после блистательной победы событие торжественно отмечалось не только в России, но и в резиденциях российских послов в иностранных государствах. Из шести постоянных дипломатических миссий (в Польше, Голландии, Швеции, Дании, Австрии, Пруссии, Турции) победу отмечали три резиденции: в Пруссии (Берлин), Дании (Копенгаген) и Голландии (Гаага).

После Полтавской виктории по указу Петра I дипломатам следовало организовать пышные празднования, чтобы европейские страны смогли воочию убедиться в триумфе зарождающейся империи. Торжества за границей прошли раньше, чем в Москве, в сентябре – октябре 1709 г. Документы, повествующие о празднованиях, сохранились в материалах Посольского приказа (Российский государственный архив древних актов). Они свидетельствуют об устройстве торжеств с поистине русским размахом, который произвел на европейцев должное впечатление.

Праздничные мероприятия за границей обошлись в 25383 ефимка. Российский посол в Голландии А.А. Матвеев потратил на банкеты 7420 ефимков, из которых 6000 принял по векселям, а 1420 по закладам. Все векселя послы отсылали в Посольский приказ, и их финансовые траты были компенсированы из средств, собранных М.Б. Шереметевым в Польше, а также средств Поместного приказа, присланных Б.П. Шереметеву в поход.

Празднества в Копенгагене проходили 7-11 сентября 1709 г., 14 октября их описание послали в Москву. В первый день русский посол в Дании В.Л. Долгоруков и его супруга открыли для жителей Копенгагена двери в свой дом, богато украшенный по случаю торжества, вечером сюда на бал и маскарад съехались знатные гости. Резиденцию посетили более 1300 человек.

В комнатах стояли столы с яствами, пирамиды с фигурными сахарами; специальные устроенные позолоченные украшения из дерева и бумаги с гербом и именем Петра I символизировали Полтавскую победу. Несколько комнат было отведено для танцев и игры в карты, была особая палата с кофе, чаем и шоколадом. Все помещения освещались большим количеством белых восковых свечей, что придавало приему в резиденции российского посла особую праздничность.

Во дворе и перед посольским домом на улице устроили иллюминацию в виде символических фигур в знак Полтавской победы. С необычайным интересом до позднего вечера жители Копенгагена наблюдали за участниками бала, которые угощались «винами всякими и сахарами», свечи горели всю ночь. Празднество продолжалось три дня.

На третий день организовали пышное пиршество в европейских традициях. На специально сооруженном высоком месте стоял фонтан, из которого в три ручья попеременно текли вино белое, красное, водка, мед и пиво. На конюшенном посольском дворе изжарили быка, баранов, кур, гусей и поросят, испекли множество хлебов; яства погрузили телегу, шесть лошадей вывезли ее на улицу.

Подобные увеселения часто устраивались в честь коронации императоров Священной Римской империи. Следуя их примеру, российский дипломат на языке европейской культуры объявлял о претензиях России на высокий имперский статус.

В Гааге организацией торжества занимался российский посол А.А. Матвеев. Голландские газеты опубликовали реляцию о торжествах (ее перевод прислали в Москву) и напечатали гравюру, изображающую фейерверк в Гааге в честь победы при Полтаве, устроенный в первый день торжеств 8 октября (по новому стилю) 1709 г.

По словам Матвеева, действо прошло при многочисленном собрании, «какова от многих времен из всех краев Голландии стечения сему подобного не бывало». Шведский посол в Голландии Пальмквист, узнав о приготовлениях к фейерверку и о том, что будут представлены «изображения живописныя с фигурою виктории и трофеев в надписях безславных», подал Генеральным Штатам «меморандум в сильных терминах» запретить действо. Однако, как писал в Москву Матвеев, «по своей особой мудрости» Штаты велели объявить министру, что фейерверк состоится и чтобы он себя в эти дела «не вмешивал».

В Гааге торжества и...

📃 К 175-летию со дня рождения С.М. Кравчинского

Семья военного врача, в которой появился на свет сын Сергей, повлияла на выбор пути юноши. Поучившись в Орловском кадетском училище, в 1870 г. окончил Михайловское артиллерийское училище в Петербурге. Именно в этом привилегированном учебном заведении Сергей Михайлович Кравчинский (1851–1895) познакомился с революционными идеями. В 1871 г. в чине поручика артиллерии Кравчинский вышел в отставку и связал судьбу с оппозиционным движением.

В 1872 г. он вступил в кружок «чайковцев». Одновременно дебютировал в литературе под псевдонимом «Степняк». Через год под видом агронома одним из первых «пошел в народ» — агитировать за социализм крестьян Тверской, Тульской и Рязанской губерний. После кратковременного ареста в конце 1874 г. уехал в Европу, где принял участие в Герцеговинском восстании на Балканах против турецкого владычества.

Вскоре оказался в центральной Европе, где свел знакомство с политэмигрантами М.А. Бакуниным, Г.А. Лопатиным, П.Л. Лавровым, П.Н. Ткачевым. Для бакунинской нелегальной газеты «Работник» писал сказки революционного толка, статьи, где выдвинул идею «пропаганды действием»; были у него и тайные поездки в Россию.

Проникшись идеями Гарибальди, в 1876 г. Кравчинский уехал в Италию, где сблизился с революционной молодежью, участвовал в подготовке восстания в Беневенто, которое подавили правительственные войска. Русского революционера приговорили к смертной казни, но благодаря амнистии по случаю восшествия в январе 1878 г. на итальянский престол короля Умберто I, после почти полуторагодовой отсидки в тюрьме, Кравчинского выпустили.

В том же году вернулся в Россию и вступил в «Северную организацию», стал одним из главных пропагандистов индивидуального террора, главным редактором подпольного журнала «Земля и воля», давшим название известной политической организации.

4 августа 1878 г. Кравчинский нанес кинжалом смертельные раны шефу жандармов Н.В. Мезенцову. В ноябре 1878 г. уехал в Швейцарию, а после требования об экстрадиции в 1881 г. тайно перебрался в Италию. Здесь написал серию очерков «Подпольная Россия», где ярко охарактеризовал народников 1870-х гг. Публикация привлекла внимание царского правительства, последовало новое требование об экстрадиции, и в 1884 г. Кравчинский уехал в Англию. Здесь он написал очерки «Ольга Любатович», «Степан Халтурин», «Гарибальди», автобиографический роман «Андрей Кожухов», повести «Штундист Павел Руденко» и «Домик на Волге», пьесу «Новообращенный».

В 1891 г., в результате личного знакомства с Ф. Энгельсом, основал в Лондоне «Фонд вольной русской прессы», издававший запрещенные в России книги.

* * *

В результате несчастного случая — его сбил поезд — погиб в возрасте 44 лет.

В Российский государственный архив литературы и искусства документы С.М. Кравчинского впервые поступили из Государственного литературного музея в 1941 г.

В апреле 1954 г. новые документы Кравчинского поступили в архив из Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, куда их передала вдова Сергея Михайловича – Фанни Марковна.

В 1960-х гг. документы передали наследники английского профсоюзного деятеля Э. Пиза, с которым Кравчинский вел переписку.

В фонде С.М. Кравчинского выделяется комплекс его литературных произведений: автографы «Подпольной России», «Андрея Кожухова», «Домика на Волге», «Штундиста Павла Руденко», «России под властью царей», «Русской грозовой тучи», «Русского крестьянства», «Русского народа и проблемы труда», «Салтыкова-Щедрина» и др.

Документы отражают деятельность писателя-оппозиционера и общественно-политическую жизнь России конца XIX в.

С.А. Шмыров,
Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ)

📃 14 июля 2022 г. создан Социальный фонд России

14 июля 2022 г. был подписан федеральный закон, объединивший Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования в единую структуру.

Символично, что 70 лет назад, 14 июля 1956 г. был издан Закон СССР «О государственных пенсиях», ставший важным этапом в развитии государственного пенсионного обеспечения в Советском Союзе и заложивший принцип всеобщности, который в настоящее время является основным началом и требованием пенсионного законодательства.

Закон гарантировал предоставление пенсии по старости, по инвалидности, по потере кормильца, устанавливал единый возраст и требования к трудовому стажу, единый порядок исчисления пенсий для всех граждан. В Законе было указано, что «право на пенсию по старости имеют рабочие и служащие: мужчины – по достижении 60 лет и при стаже работы не менее 25 лет; женщины – по достижении 55 лет и при стаже работы не менее 20 лет». На размер пенсии и время выхода на пенсию влияли также вредные условия труда на производстве, работа в сложных климатических условиях, социально значимая работа, например, у врачей и учителей.

Закон систематизировал и упорядочил пенсионное законодательство в стране, а также установил официальный орган, занимающийся вопросами пенсионного обеспечения – комиссии по назначению пенсий, которые образовывались исполнительными комитетами районных (городских) Советов народных депутатов.

За четыре года работы Социального фонда России в стране была создана уникальная система комплексной социальной поддержки населения. Она объединила 121 меру помощи.

С момента образования Социальный фонд России оказал почти 1 млрд услуг, 95% которых в электронном виде или беззаявительно. Современные технологии позволяют прогнозировать потребности граждан на всех этапах их жизни и предлагать помощь проактивно.

Специалисты фонда ежегодно оказывают 321 млн услуг частным лицам и организациям. По всей стране работает порядка 2,5 тыс. современных клиентских служб.

С 2025 г. у Социального фонда России появилась еще одна важнейшая задача – реабилитация ветеранов специальной военной операции. Услуги участникам СВО в настоящее время предоставляются в 12 реабилитационных центрах фонда по всей стране.

Активно развивается и сеть центров общения старшего поколения в рамках национального проекта «Семья». Сегодня в 88 регионах страны действует 999 таких центров. Изначально они создавались с целью организации полезного досуга пожилых людей, помощи в получении государственных услуг в электронном виде, а также консультирования по вопросам пенсионного обеспечения и социальной поддержки.

Территориальные органы Социального фонда России на протяжении многих лет тесно взаимодействуют с архивными учреждениями по всей стране по получению сведений, необходимых для реализации прав граждан в сфере их социальной защиты и пенсионного обеспечения.

Цифровая трансформация последних лет заметно укрепила партнерство Федерального архивного агентства и Социального фонда России. В 2024 г. все государственные и муниципальные архивы Российской Федерации поэтапно подключились к Государственной информационной системе «Единая централизованная цифровая платформа в социальной сфере» (ГИС ЕЦП), что позволило полностью исключить необходимость получения от гражданина при подаче им заявления на установление пенсии, иных социальных льгот и выплат подтверждающих архивных справок, выписок и копий.

Запросы органов Социального фонда России и ответы архивов производятся в рамках ГИС ЕЦП без личного участия гражданина. Новая форма взаимодействия послужила оптимизации процессов и сокращению сроков получения результата, устранению лишних бюрократических барьеров для граждан. Социальный фонд России и Росархив не просто внедрили новые инструменты, но и выстроили по-настоящему удобный формат совместной работы.

Благодаря слаженной работе специалистов Социального фонда России и архивистов по всей стране удается достигать значимых результатов и вносить весомый вклад в решение важных задач в интересах общества и государства.

📃
Почему Лермонтов не мог жить без Кавказа

«Тебе, Кавказ, – суровый царь земли –
Я снова посвящаю стих небрежный:
Как сын, а ты его благослови
И осени/ вершиной белоснежной!
От ранних лет кипит в моей крови
Твой жар и бурь твоих порыв мятежный,
На севере, в стране тебе чужой
Я сердцем твой, – всегда и всюду твой!...»

В строках из поэмы «Аул Бастунджи» Михаил Юрьевич Лермонтов раскрыл чувства, которые пробуждал в нем Кавказ, и невольно обозначил роль, которую сыграл в его короткой жизни этот величественный свободолюбивый край.

Еще ребенком на Кавказ Мишу дважды привозила бабушка Елизавета Алексеевна Арсеньева. Здесь они гостили в имении ее родной сестры Елизаветы Хастатовой, вдовы генерал-майора Акима Васильевича. Усадьба соседствовала со станицей Шелкозаводской. Поместье носило поэтическое название «Земной рай» и находилось в непосредственной близости к театру военных действий Кавказской войны. По ночам мальчик слушал рассказы о столкновениях с горцами.

Лермонтов посещал Кавказ и в последующие годы, в 1837 и в 1840 гг. был сюда сослан. Он прекрасно изучил этот край, его народы; был знаком с художественной и научной литературой о нем. По мнению известного лермонтоведа, ни один из русских писателей «не уделял кавказскому фольклору такого углубленного, длительного внимания, как Лермонтов. Мир могучих героических образов и пламенных вольнолюбивых идей, созданных на протяжении веков различными народами Кавказа, пленил творческое воображение поэта еще в самые ранние годы» (Семенов Л. П. Лермонтов и фольклор Кавказа, Пятигорск, 1940, с. 14).

Лермонтов провел на Кавказе радостные дни, здесь же он трагически погиб. 15 (27) июля 1841 года, в 7 часов вечера, в окрестностях Пятигорска, на возвышенном месте у подножия горы Машук, он стоял лицом к горе Бештау и улыбался, его соперник Мартынов стоял лицом к Машуку. От выстрела противника Лермонтов погиб мгновенно.

Однако выстрел не поставил точку в трагедии — за ним последовала посмертная драма. Как предать земле дуэлянта? Позиция церкви непреклонна: он потенциальный убийца или «добровольный самоубийца». Таких хоронили вне кладбища, без соблюдения христианских обрядов.

В Центральном государственном архиве Республики Северная Осетия-Алания хранится дело, открытое Новочеркасской духовной консисторией 5 декабря 1841 г. по рапорту Пятигорской Скорбященской церкви священника Василия Эрастова. Священник, отказавшийся от участия в обряде погребения тела поручика Тенгинского пехотного полка М.Ю. Лермонтова, жалуется на протоиерея той же церкви Павла Александровского, который совершил обряд захоронения.

Протоиерей приводит копии документов, затребованных им 16 и 17 июля 1841 г. для проведения обряда захоронения. В свидетельстве о смерти, выданном лекарем Пятигорского военного госпиталя И.Е. Барклаем де-Толли, указано: «тело Лермонтова может быть предано земле по христианскому обряду». Следователи в заключении приходят к выводу: «...приключившаяся Лермонтову смерть не должна быть причтена к самоубийству, лишающему христианского погребения. Не имея в виду законоположения, противящегося погребению поручика Лермонтова, мы полагали бы возможным предать тело его земле так точно, как в подобном случае, камер-юнкер Александр Сергеевич Пушкин отпет был в церкви конюшен Императорского двора, в присутствии всего города» (ЦГА РСО-А Ф. 275 Оп.1 Д. 810 Лл. 19-20).

Сам Александровский, опрошенные дьякон и причетники утверждают: «погребение по Лермонтову исправлено не было, а до самого склепа тело провождено было только с пропетием «Святый Боже».

Им противоречит священник Эрастов: «дуэлист Лермонтов погребён честно», его провожали, согласно обряду, со свечами, кадильницей, ризницей, все священники — в священном облачении. И погребен он был на городском Пятигорском кладбище. Только благодаря ему, Эрастову, тело не успели внести в церковь. В день похорон Эрастова с ключами от церкви искали «с 12 часов до пяти вечера», так как он не хотел брать ответственность за участие в погребении Лермонтова, отчего похороны поэта затянулись до вечера.

📃
150 лет массовому крещению в Хакасии – в архивных документах

Один из ключевых эпизодов распространения православия на территории Хакасии – массовое крещение жителей Степной думы соединенных разнородных племен, совершенное 15 июля 1876 г. на реке Аскиз.

Становление православия в Хакасско-Минусинском крае относится еще к XVII столетию. На протяжении XVIII в. церковно-территориальное управление в регионе осуществляла Тобольская митрополия, преобразованная в 1768 г. в епархию. В первой половине XIX в. приходы края последовательно входили в состав Иркутской и Томской епархий.

Хакасско-Минусинский край во второй половине XIX в. входил в Минусинский и Ачинский уезды Енисейской губернии. По данным переписи 1897 г., население Минусинского уезда составляло 182733 человека, Ачинского – 111466 человек при площади соответственно 79571,9 и 51 071 кв. версты.

Один из ранних центров православия Хакасско-Минусинского края – Аскизская Петропавловская церковь, возведенная в 1772 г. «тщанием прихожан койбалов, сагайцев, бельтыров, мрасцев».

15 июля 1876 г. первый епископ Енисейской епархии Антоний (в миру – Александр Николаевич Соколов, 1820–1889) совершил в селе Аскиз таинство крещения над 3003 коренными жителями Степной думы.

Как отмечал епископ, 13 июля ему сообщили о скоплении в Аскизе значительного числа инородцев, что он первоначально связывал со стремлением увидеть архиерея, которого они называли «Бурханом», т. е. «малым Богом или полубогом» (согласно свидетельству крещеных инородцев, принимавших благословение).

По данным архива степных дум, члены Енисейского губернского комитета А.А. Кузнецова и П.Е. Кулаков указывали, что из 3003 крестившихся 612 человек являлись шаманистами, остальные 2391 ранее числились православными. Таким образом, акт крещения носил отчасти символический характер.

Главная роль в организации мероприятия принадлежала Ефиму Семеновичу Катанову – учителю Аскизского сельского училища и письмоводителю Степной думы. Он учитывал некрещеных ясачных инородцев, проживавших по рекам Аскиз, База, Сыры, Бея, Есь, Тея, Матур, Абакан; рассказывал о смысле таинства крещения, проводил работу среди старост 12 сагайских родов.

Е.С. Катанов организовал строительство на реке Аскиз купели («Иордани»), временного моста через протоку и помоста на берегу, подготовил крестильные принадлежности (крестики с ленточками, свечи), перевел на хакасский язык «Символ веры». Кроме того, шесть суток он обеспечивал питанием 3003 человек, прибывших для совершения церковного таинства. За труды Катанов удостоен серебряной медали «За усердие» на Станиславовой ленте и ордена Святой Анны III степени (1878) – награды, предусмотренной для нижних чинов за небоевые, но сопряженные с самоотвержением заслуги.

К материальному обеспечению крещения причастны представители местной элиты и предпринимательских кругов. В итоге родоначальник Степной думы Алексей Матвеевич Кызласов и староста бельтырского рода Иван Александрович Асочаков получили почетные кафтаны с золотым шитьем и благодарственные грамоты губернатора.

Золотопромышленник Петр Иванович Кузнецов, наряду с И.А. Асочаковым, содействовал заготовке провизии, а также предоставил собственный дом для размещения епископа Антония.

Богослужебную часть крещения обеспечивало духовенство.

Об историческом событии рассказывают «Сведения о представлении учителя Аскизской школы Катанова Ефима Семеновича и других лиц к награде за участие в массовом крещении 3003 человек местного населения 15 июля 1876 года в селе Аскизском» из Национального архива Республики Хакасии.

Делопроизводственный документ, направленный из Степной думы Минусинскому окружному исправнику, свидетельствует: массовое крещение стало результатом согласованных усилий епархиального руководства, представителей местной администрации, родовой элиты и духовенства. В 2025 г. документ включен в реестр уникальных документов Республики Хакасия.

📃 Остается ли у директора Российского государственного архива литературы и искусства время на посещение читального зала, какие архивные документы удивили, запомнились и что сложнее: работать с людьми или документами? На "Вопрос ребром" отвечает директор РГАЛИ Ольга Шашкова.

📃 История создания крупнокалиберной авиационной
артиллерии в 1943 г.

После начала Великой Отечественной войны началась эвакуация промышленных предприятий и работоспособного населения в тыловые районы СССР. Особое внимание уделялось предприятиям авиапрома. 27 июня 1941 г. Политбюро ЦК ВКП(б) принимает решение немедленно перебросить оборудование и кадры 14 авиационных предприятий из Москвы и Ленинграда, 29 июня – о передислокации из прифронтовых городов еще ряда заводов.

В тыловые районы перебазировали научно-исследовательские институты и конструкторские бюро, работающие на авиационную промышленность: борьба советских Военно-воздушных сил (ВВС) с немецкими Люфтваффе за господство в воздухе во многом зависела от результатов работы конструкторов.

В феврале 1943 г. командующий ВВС Красной армии генерал-полковник авиации А.А. Новиков сообщил И.В. Сталину о необходимости модернизации авиационного вооружения. Он предложил преобразовать научно-испытательный полигон авиационного вооружения НИИ ВВС Красной армии в Научно-испытательный институт авиавооружения, чтобы как можно скорее оснастить авиацию более мощным оружием. 18 февраля 1943 г. Государственный комитет обороны СССР (ГКО) удовлетворил ходатайство командующего ВВС о создании НИИ института авиационного вооружения.

Для борьбы с тяжелыми бомбардировщиками и танками предлагалось вооружить самолеты мощными 57 мм автоматическими авиационными пушками. Выделялись специальные ассигнования для разработки вооружения и премирования за успешные проекты конструкторов. Перед ними ставили задачу спроектировать пушку с возможностью производить выстрел с максимально высокой начальной скоростью для попадания в отдаленную, быстро движущуюся цель. Авиапушки разрабатывали Конструкторское бюро Наркомата вооружения СССР, Центральное артиллерийское конструкторское бюро Наркомата вооружения СССР (НКВ) и Особые конструкторские бюро №№ 13, 15, 16 и 46.

Из г. Молотова в г. Москву переводились 200 работников НИИ-13 вместе с семьями. Им создавали приемлемые в реалиях войны жилищные условия. Например, исполкому Моссовета предлагалось выделить конструкторам Особого конструкторского бюро (ОКБ) лаборатории № 46 НКВ СССР 300 м2 жилой площади в благоустроенных домах в г. Москве, 500 м2 жилой площади в г. Мытищи.

В докладной записке члену ГКО СССР маршалу Советского союза К.Е. Ворошилову в проекте постановления ГКО и тактико-технических требований к нему указывались калибры пушек – 45 мм, 56 мм и 76 мм. Их планировалось устанавливать на самолетах- истребителях «Як-9» и «Пе-2».

Пушку калибра 45 мм предлагалось изготовить к 15 августу 1943 г.; начальная скорость снаряда не ниже 750 м/сек, вес приблизительно 200 кг, а темп стрельбы не ниже 120 выстрелов в минуту. К 25 сентября ВВС КА обязывались предоставить в ГКО отчет о результатах испытания пушки.

17 сентября 1943 г. ГКО СССР принял постановление «О проектировании и изготовлении мощных авиационных пушек», для борьбы с самолетами и танками противника на расстоянии 1200-1500 м (устанавливались на истребители и штурмовики).

ОКБ-15 НКВ, ОКБ-16 НКВ СССР и Центральное авиаконструкторское бюро (ЦАКБ) НКВ СССР к 1 января 1944 г. обязывались изготовить и предъявить Научно-испытательному институту авиационного вооружения ВВС Красной армии для проведения полигонных, наземных испытаний по одной авиапушке калибра 57 мм.

В г. Москве организовывали филиал НИИ № 13 НКВ СССР. Для проведения полигонных испытаний предлагалось изготовить опытные серии боеприпасов ко всем видам разрабатываемых пушек.

26 июня 1943 г. инженер-полковник Глухарев предложил К.Е. Ворошилову начать разработку и динамореактивных пушек (ДРП) – безоткатных артиллерийских орудий. Главное их преимущество – меньший вес. Ворошилов направил письмо председателю технического совета НКВ СССР с резолюцией: «Сатель Э.А. Направляю копию письма т. Глухарева для В. Сведения. 26.VI. 43». На вооружение эти пушки поступили только в послевоенное время.

Публикуемые документы детально отражают процесс разработки образцов крупнокалиберной авиационной артиллерии. НИИ и ОКБ проводили работы не...

📃 В Санкт-Петербурге открылась историко-документальная выставка «Первая магистраль России. К 175-летию Главного хода Октябрьской железной дороги. Санкт-Петербург – Москва»

15 июля 2026 г. в Выставочном зале федеральных архивов в г. Санкт-Петербурге (Заневский проспект, д. 36) состоялась торжественная церемония открытия историко-документальной выставки «Первая магистраль России. К 175-летию Главного хода Октябрьской железной дороги. Санкт-Петербург – Москва», подготовленная Российским государственным архивом экономики (РГАЭ) при участии Российского государственного исторического архива (РГИА).

С приветственным словом к собравшимся обратилась директор РГИА С.В. Штукова, отметив, что выставка открывает цикл мероприятий, посвященных истории Октябрьской железной дороги, и Выставочный зал федеральных архивов в г. Санкт-Петербурге уже не впервые становится площадкой для совместных проектов федеральных архивов.

Участников церемонии приветствовали также директор Центрального музея железнодорожного транспорта Российской Федерации В.И. Мителенко и заместитель директора по научной работе Музея железных дорог России В.А. Одинцов. Куратор выставки, заместитель директора РГАЭ Е.Р. Курапова представила выставочный проект, рассказала об основных разделах экспозиции и провела первую экскурсию.

На выставке представлены более 150 экспонатов, среди которых подлинные архивные документы, фотографии, музейные предметы. Экспозиция показывает историю железной дороги Санкт-Петербург – Москва на протяжении трех столетий (1851–2026), начиная от подписания императором Николай I указа о строительстве железной дороги Санкт-Петербург – Москва до современных проектов развития высокоскоростного железнодорожного сообщения.

Выставка работает до 15 сентября 2026 г.
Понедельник-четверг с 10.00 до 17.15, пятница до 16.15.
Выходные дни: суббота, воскресенье и последняя пятница месяца
Вход бесплатный, по паспорту.
Заказ бесплатных экскурсий по тел. (812) 438-55-76, 438-55-66

📃 На пороге Олимпийского дома. К 75-летию вступления СССР в Международный олимпийский комитет

В октябре 1945 г. СССР принял приглашение на созываемую в Париже Международную конференцию рабочих спортивных организаций, цель которой – воссоздание Рабочего спортивного интернационала. Советская делегация планировала «добиться создания Международной демократической федерации на базе национальных спортивных организаций, рабочих спортивных союзов и других спортивных организаций...».

Советское руководство не спешило принимать решение о вступлении СССР в Международный олимпийский комитет (МОК). Подчас международные спортивные организации больше желали видеть в своих рядах советских спортсменов, чем этого хотел сам СССР. Многие федерации в нарушение своих уставов приглашали Советский Союз принять участие в соревнованиях еще до вступления в их состав. Международная легкоатлетическая федерация (ИААФ) с сентября 1945 г. направила шесть писем в адрес СССР с приглашением вступить в ее ряды и даже разрешила советским спортсменам участвовать в чемпионате Европы по легкой атлетике летом 1946 г., хотя СССР еще не был членом ИААФ.

Международная федерация по баскетболу (ФИБА) приглашала советских баскетболистов участвовать в официальных турнирах задолго до вступления СССР в ее состав. Федерацию не смущал любительский статус советских спортсменов.

9 января 1947 г. принято постановление ЦК ВКП(б), позволявшее Всесоюзному комитету по делам физической культуры и спорту при Совете министров СССР вступить в международные любительские федерации легкой атлетики, плавания, баскетбола, борьбы и конькобежного спорта. К началу 1950-х гг. страна входила в состав более 20 спортивных федераций.

На заседаниях в них советские спортивные чиновники выдвигали условия: предоставить места советским представителям в руководстве федераций, признать русский язык одним из официальных языков, исключить из всех федераций представителей франкистской Испании.

Вопрос о вступлении СССР в МОК и участии советских спортсменов в международных соревнованиях решался небыстро. В августе 1948 г. на летние Игры в Лондон направили делегацию «для участия в конгрессах международных спортивных объединений и изучения зарубежной спортивной техники». Событие подтолкнуло Советский Союз к созданию Национального олимпийского комитета.

18 апреля 1951 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление о создании Олимпийского комитета СССР и о подаче заявки на вступление в МОК. В начале мая на олимпийском конгрессе в Вене Советский Союз пополнил олимпийские ряды, полноценно включившись в мировое спортивное движение, что, как докладывали И.В. Сталину, должно было способствовать «пропаганде достижений советского спорта».

Переход СССР в официальную мировую спортивную структуру автоматически подводил черту под «классовым» подходом в спортивном движении и советским участием в «классовых» соревнованиях.

М.Ю. Прозуменщиков, к.и.н.,
Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ)

📃 К 150-летию со дня рождения М.М. Литвинова

17 июля 1876 г. в г. Белосток Гродненской губернии родился Максим Максимович Литвинов (настоящее имя Меер-Генох (Макс) Валлах) – советский государственный деятель, народный комиссар иностранных дел СССР (1930 – 1939).

Меер-Генох Валлах происходил из семьи торговца. Первоначально получил религиозное образование в еврейской начальной школе, позднее учился в Белостокском реальном училище. После окончания учебы в 1893 г. вольноопределяющимся поступил на службу в царскую армию, в течение пяти лет служил на Кавказе. Позднее работал бухгалтером в Клинцах и управляющим на сахарном заводе в Киеве.

Политическая деятельность М. Валлаха началась в 1898 г. после вступления в РСДРП. С 1900 г. он член подпольного Киевского комитета РСДРП. В числе его обязанностей – распространение революционных листков и брошюр. Из множества псевдонимов, под которыми он фигурировал в переписке с единомышленниками и в полицейских досье («Папаша», «Ниц», «Феликс», «Граф»), М. Валлах выбрал один – «Максим Максимович Литвинов». Под ним он и вошел в историю советской дипломатии.

В 1901 г. М.М. Литвинова арестовали вместе со всем составом Киевского комитета и заключили в Лукьяновскую тюрьму. В августе 1902 г. он совершил побег и эмигрировал в Швейцарию, где познакомился с В.И. Лениным, вступил в Заграничную лигу русской революционной социал-демократии. Работал в швейцарском отделении газеты «Искра» и отвечал за ее нелегальную переправку в Россию.

По итогам II съезда РСДРП (Лондон – Брюссель) в 1903 г. М.М. Литвинов стал членом фракции большевиков. В 1904 г. по поручению ЦК РСДРП (б) вернулся в Россию; состоял членом Рижского и Северо-Западного комитетов РСДРП(б). В качестве делегата Рижского комитета участвовал в подготовке и работе III съезда РСДРП(б) (Лондон) весной 1905 г. Осенью 1905 г. состоял в рабочей группе по созданию первой легальной социал-демократической газеты «Новая жизнь» в Санкт-Петербурге.

В 1905–1907 гг. М.М. Литвинов организовывал закупку и поставку оружия из Лондона для революционных организаций в России.

В 1907 г. он снова эмигрировал из России. На Международном социалистическом конгрессе в Штутгарте присутствовал в качестве секретаря делегации РСДРП(б). В 1908 г. его арестовали французские власти за попытку провезти – с целью обналичить – деньги, полученные после Тифлисской экспроприации в июне 1907 г. По решению Министерства юстиции Франции М.М. Литвинова выслали из страны.

Он оказался в Лондоне, где прожил около десяти лет. М.М. Литвинов работал в издательстве «Уильямс энд Норгейт». Он не переставал вести революционную деятельность: являлся секретарем Лондонской группы большевиков, состоял делегатом от РСДРП(б) при Международном социалистическом бюро. В 1916 г. женился на английской писательнице Айви Лоу, с которой прожил 35 лет. В Великобритании М.М. Литвинова застала новость об Октябрьской революции.

С января по сентябрь 1918 г. он занимал должность дипломатического представителя Советской России в Великобритании (сначала уполномоченного Народного комиссариата иностранных дел, позднее – полпреда РСФСР). Правительство и Министерство иностранных дел Великобритании отказались признавать полномочия М.М. Литвинова, но МИД поддерживал с ним неофициальные контакты. Не сумев упразднить прежнее русское посольство во главе с поверенным в делах К.Д. Набоковым, Литвинов организовал «Русское Народное посольство» и «Русское Народное консульство».

После раскрытия в Москве «заговора послов» 6 августа 1918 г. власти Великобритании арестовали М.М. Литвинова в ответ на задержание в России английского посла Р.Г. Брюса Локкарта. В октябре РСФСР и Великобритания провели обмен Локкарта на Литвинова, и последний вернулся на родину.

В ноябре 1918 г. М.М. Литвинова включили в состав коллегии Наркомата иностранных дел, которым руководил Г.В. Чичерин. В декабре того же года он отправился в Швецию, где безуспешно пытался установить контакты с представителями Антанты на фоне начавшейся интервенции в Советскую Россию.

📃 К 160-летию открытия Санкт-Петербургских судебной палаты и окружного суда

В 1866 г. в столице состоялось торжественное открытие первых в Российской империи судебной палаты и окружного суда. Событие стало важным этапом реализации Судебной реформы. Новые учреждения расположились в здании Старого Арсенала на Литейном проспекте 4, между Захарьевской и Шпалерной улицами.

Поиск подходящего здания в Петербурге оказался нелегкой задачей. Поскольку возведение новой постройки потребовало бы значительных расходов, решено было приспособить для учреждений существующее здание. На эту роль предлагались помещения губернских присутственных мест, Адмиралтейства, Инженерного замка и даже Святейшего Синода. Выбор пал на «мрачное» и «неприютное», по мнению А.Ф. Кони, здание Старого Арсенала, фасад которого украшала мощная колоннада. По мнению реформаторов, Арсенал вполне подходил для целей нового суда, поскольку находился на равном удалении от всех частей столицы, и, что особенно важно, позволял приспособить свои помещения под гласное судопроизводство «с соблюдением всех условий для публичных заседаний и разъединения при этом всякого сообщения публики с обвиняемыми и сих последних со свидетелями и присяжными» (РГИА. Ф. 1152. Оп. 6. 1865 г. Д. 217. Л. 3.).

За дело переустройства Арсенала энергично взялся министр юстиции Д.Н. Замятнин. Под его началом для проведения строительных работ учредили особый Комитет из специалистов, пристально изучивших помещения судебных мест для гласного производства за границей. Среди них был и будущий автор проекта по перестройке здания Арсенала, чиновник особых поручений при департаменте Министерства юстиции архитектор Э.Я. Шмидт, который незадолго до этого успешно завершил реконструкцию Малого мраморного дворца на Гагаринской улице. Архитектор составил как типовые планы помещений новых гласных судов, так и проект Санкт-Петербургских судебных мест, представил смету. Министерство юстиции обратилось в Государственный совет с просьбой ассигновать из Государственного казначейства экстраординарным кредитом необходимую сумму в 200 тысяч рублей, что и было исполнено. По свидетельству А.Ф. Кони, Шмидту удалось значительно сократить расходы на обустройство помещений, при этом за свою работу архитектор попросил скромный гонорар.

В трехэтажном здании Арсенала удачно разместились на первом этаже помещения для арестантов и казармы для сторожей и курьеров, на втором и третьем – просторные залы судебных заседаний, специальные комнаты для совещания судей, для присяжных и свидетелей, а также кабинеты председателей и прокуроров. Ниши помещений украсили скульптурами русских «царей-законодателей». По повелению императора в здании нового суда оставили мраморную статую Екатерины II, некогда хранившуюся среди предметов артиллерийского ведомства. В 1873 г. в одной из ниш появилась скульптура Александра II, увенчанная надписью: «Творите суд скорый, правый, милостивый и равный для всех».

За три дня до торжественного открытия здание Судебной палаты и Окружного суда посетил император Александр II в сопровождении наследника цесаревича, великого князя Константина Николаевича и принца П.Г. Ольденбургского. Императору представили вновь назначенных на судебные и прокурорские должности лиц. 16 апреля 1866 г. здание освятили, 17 апреля, в присутствии министра юстиции Д.Н. Замятнина, в большой приемной зале Уголовного суда состоялось торжественное открытие новых судебных мест. После благодарственного молебствия и принятия присяги вновь вступившими на службу лицами Санкт-Петербургская судебная палата и окружной суд в публичных заседаниях постановили протоколы об открытии своих действий.

Фонды Российского государственного исторического архива (РГИА) хранят множество материалов, проливающих свет на интересные подробности различных этапов подготовки Судебной реформы 1864 г.

К.В. Ваничева,
Российский государственный исторический архив (РГИА)

📃 А.И. Вьюрков — автор рассказов о старой Москве

Александр Иванович Вьюрков (1885—1956) — автор книги «Рассказы о старой Москве» – продолжает традиции, заложенные В.А. Гиляровским, М.Н. Загоскиным, М.И. Пыляевым. Об особенностях своего творчества писатель говорил так: «Все знали только Москву — центр ...а настоящая-то Москва, трудовая, рабочая с ее Пресней, Миусами ...проживала на окраинах ...Так вот я и задумал познакомить читателя с окраинной Москвой, где проживали и обыватели». Жизнь московского обывателя Вьюрков описывал на основе богатого личного опыта, воспоминаний детства и юности.

Родился Александр Вьюрков в Замоскворечье. Отец его служил у купца кожевенника, мать была домохозяйкой. В девять лет поступил в Петровско-Пресненское начальное училище на углу Проточного переулка и Смоленского рынка, куда семья переехала в 1891 г. По окончании училища был отдан в «ученье» по кожевенному делу, однако тяготился им. Вьюрков вспоминал: «Лелеял мечту об учебе. В конце концов, решили подбить отца на согласие разрешить мне поступить на бухгалтерские курсы как предмет более понятный его коммерческой душе».

Трудовая биография писателя обширна: он работал в страховом обществе «Русь», во Втором Московском обществе взаимного кредита, экспедитором на цементном заводе. Одновременно учился на общеобразовательных курсах Л.М. Осипова. В конце 1914 г. был мобилизован, в скором времени попал в плен, где провел три года. После освобождения и возвращения в Москву в 1918 г. служил счетоводом, делопроизводителем в Моссовете, Союзе кустарных артелей, работал в военно-полевой инспекции, в Главмилиции, на заводе «Инозит», в лаборатории никелевых солей и других учреждениях. Он вспоминал: «“Ералашный рейс” моей трудовой жизни объясняется не моей неуживчивостью, а желанием узнать жизнь во всех слоях нашего общества, что мне много дало и впоследствии очень пригодилось для моих литературных работ».

Пребывание в плену подорвало здоровье Вьюркова, и в 44 года он вышел на пенсию по инвалидности, но продолжил работать — в 1930-е гг. заведовал производственно-творческим сектором при горкоме писателей, а после ликвидации последнего был членом президиума и ответственным секретарем групкома издательства «Советский писатель».

Работа отнимала много времени: «Нами были организованы столовая в Доме Герцена, оборудованы новые дома отдыха, в частности, по моей инициативе приобретен дом отдыха в Гаграх».

В 1930 г. журнал «Безбожник» опубликовал рассказ Вьюркова о Параскеве Дивеевской «Паша-дурочка и Николай II». Затем его рассказы печатались в журналах «Колхозник», «Красная новь», «Красноармеец», «Огонек», «30 дней». Каждое произведение писатель «переделывал по десятку раз». Так же тщательно работал он над сборником рассказов о Москве начала XX в.

В 1941 г. рукопись книги рассмотрел редсовет издательства «Советский писатель». Отзывы о произведении писатель получил от Д. Бедного, Б. Пастернака, А. Платонова. Вьюрков читал «Москву-матушку» (первоначальное название книги) в московских гостиных. В мае 1941 г. он записывал в дневнике: «Сегодня читаю у Покровской Анны Константиновны. Много было народу. Был скульптор И.С. Ефимов, художник Рождественский, Шергин ... Понравилась моя “Москва” настолько, хоть читай до утра. Ушли с женой в 2 ч. ночи ...».

Впрочем, не все отзывы были положительными. Резко о рукописи отзывался В. Шкловский.

Из достоинств произведения отмечали занимательное описание старомосковского быта, в котором чувствовалась любовь автора к родному городу.

Издать книгу помешала война. До 1944 г. писатель находился в эвакуации в Кирове, печатался в «Кировской правде», выступал в госпиталях с чтением рассказов.

После войны Александр Иванович работал над продолжением «Рассказов», изданных в 1948 г. Жить было тяжело, в заявлениях в Литфонд об оказании помощи Вьюрков писал: «Пришлось продать посуду, чтобы купить бумагу ... Я весь распродался, и гонорар мой ушел ...на уплату долгов». Работать его заставляло осознание, что если не он — никто не напишет про старую Москву.

* * *

Личный фонд писателя хранится в РГАЛИ. В нем — рецензии,...

📃 «...имени Дзержинского»: к 100-летию начала увековечивания памяти государственного деятеля

Феликс Эдмундович Дзержинский (1877–1926) – один из ключевых участников Октябрьской революции 1917 г. Он занимал в советском правительстве посты народного комиссара внутренних дел, наркома путей сообщения, председателя Высшего совета народного хозяйства СССР, был членом Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК) и Центрального исполнительного комитета СССР. Особые страницы в его биографии связаны с руководством Всероссийской чрезвычайной комиссией по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК), Государственным политическим управлением (ГПУ) и Объединенным государственным политическим управлением (ОГПУ).

Орган, принявший решения по увековечиванию памяти Дзержинского после его смерти 20 июля 1926 г., – Совет народных комиссаров (СНК) РСФСР. Постановлением от 21 июля 1926 г. СНК РСФСР поручил разработать проект мероприятий по увековечиванию памяти Дзержинского постоянно действующей комиссии для решения текущих вопросов – Малому СНК во главе с наркомом земледелия РСФСР А.П. Смирновым.

Наркоматы направили в СНК РСФСР предложения по увековечиванию памяти Дзержинского. Предлагалось присвоить его имя какому-либо высшему учебному заведению, крупному совхозу, лесничеству, сельской библиотеке. Вспомнили о нем и как о председателе Детской комиссии при ВЦИК. Выдвигались идеи создания фонда его имени для финансирования борьбы с детской беспризорностью или трудовой коммуны, школы, санатория для беспризорных детей. Также – идеи учредить стипендии имени Дзержинского в различных учебных заведениях.

В постановление Малого СНК от 20 августа 1926 г. (утверждено СНК РСФСР 1 сентября) вошли два предложения. Имя Дзержинского присвоили Московскому институту инженеров транспорта (ныне Российский университет транспорта). Очевидно, таким образом увековечили память Феликса Эдмундовича как наркома путей сообщения. Кроме того, Государственное издательство Наркомата просвещения в 1928 г. выпустило сборник статей Дзержинского «Основные вопросы хозяйственного строительства СССР».

Малый СНК создал специальную комиссию, которая приняла решения:
- организовать в память Дзержинского трудовую коммуну для беспризорных детей и крестьянскую школу для взрослых повышенного типа;
- присвоить имя Дзержинского Московскому высшему техническому училищу (ныне Московский государственный технический университет имени Н.Э. Баумана);
- назвать именем Дзержинского Семиреченскую железную дорогу (ныне часть Туркестано-Сибирской магистрали) – на основании того, что он был председателем совета по строительству этой железной дороги;
- переименовать в честь Дзержинского Лубянскую улицу (так в документе) и Лубянскую площадь в Москве – очевидной причиной стало местонахождение в одном из зданий на площади аппарата ОГПУ.

В итоге в ноябре 1926 г. в Щелковской волости Московского уезда создали коммуну для беспризорных детей «Трудовая жизнь» НКП РСФСР, более известную как коммуна имени Дзержинского. Средства на ее организацию выделили из резервного фонда СНК РСФСР.

Вопрос о переименовании улицы и площади в Москве передали на обсуждение Московскому городскому совету (который принял положительное решение в том же году).

Коллегия НКП РСФСР 12 октября 1926 г. постановила присвоить имя Дзержинского Сибирскому технологическому институту (ныне Томский политехнический университет).

Города и поселки стали именоваться в честь Дзержинского позднее, с рубежа 1930-х гг. Улицы именовались решениями местных Советов, что оставляло широкое поле для инициатив.

К.В. Ривчак, к.и.н.,
Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ)

📃 350 лет со дня рождения князя Бориса Куракина

Начало XVIII в. ознаменовалось в европейской истории двумя крупнейшими международными конфликтами: войной за испанское наследство и Северной войной, в которых участвовали почти все страны Европы. Внешняя политика русской власти была призвана, во-первых, обеспечить России выход к морям, прежде всего к Балтийскому; во-вторых, укрепить международное положение страны и установить прочные дипломатические и торговые связи с другими государствами. Имена отечественных дипломатов, реализовывавших эти цели, не менее славны, чем имена выдающихся петровских полководцев. Одним из тех, кто отстаивал новое место России в «концерте европейских держав», был Борис Иванович Куракин.

О жизни этого человека нам известно многое благодаря его мемуарам. По его словам, он родился 20 (30) июля 1676 г. в семье князя Ивана Григорьевича, отпрыска рода Гедиминовичей, и Феодосии Алексеевны, урожденной княжны Одоевской; крестным отцом Бориса Ивановича стал царь Федор Алексеевич. Близость к царскому дому впоследствии была обусловлена и тем, что Борис Иванович женился на Ксении Лопухиной – родной сестре первой супруги Петра I.

С юных лет Борис был назначен спальником Петра, в составе Семеновского полка участвовал в Азовских походах 1695 и 1696 гг. В мемуарах Куракин признавался, что военная карьера не была для него радостной из-за слабого здоровья.

После Азовских походов Куракин был направлен в Италию, где получил образование. Здесь молодой человек в течение трех лет изучал математику и морское дело, а также овладел итальянским языком. Будущий дипломат прилежно занимался, и преподаватели дали высокую оценку его способностям.

Борис Иванович участвовал в Северной войне, но довольно скоро главной его деятельностью стала дипломатия. Заботой Куракина было обеспечить России поддержку со стороны европейских держав. В 1707 г. его отправили в Италию к папе римскому Клименту IX, дабы предотвратить признание им Станислава Лещинского королем Польши. В Российском государственном архиве древних актов хранится статейный список посольства Куракина, повествующий об этой миссии. В списке излагается ход аудиенции у папы, в ходе которой Куракин поблагодарил главу католической церкви за его позицию в отношении Речи Посполитой. Вернувшись в Венецию, Борис Иванович встретился с представителем венецианского дожа, который передал сообщение от Венецианской республики, что «она намерена послать министра своего ко двору его царского величества в характере таком, какой его величеству будет угоден».

В 1709–1712 гг. Б.И. Куракин – представитель России в Лондоне, Ганновере и Гааге. В 1715 г. он подписал Грейфсвальдский союзный договор между Россией и Ганновером. В соответствии с ним, ганноверский курфюрст Георг Людвиг обязывался содействовать России в получении ее исконных владений в Ингрии и Карелии при заключении мира со Швецией. Куракин представлял Россию на Брауншвейгском конгрессе и исполнял поручения государя — заказывал строительство кораблей, приглашал на службу в Россию иностранных специалистов, координировал действия русских представителей за рубежом.

Важная веха в дипломатической миссии Б.И. Куракина – заключение 4 (15) августа 1717 г. Амстердамского договора между Россией, Францией и Пруссией. Франция желала признания Россией итогов войны за испанское наследство. Пруссия выступала посредником при переговорах. Франция соглашалась признать условия будущего русско-шведского мирного договора и отказывалась от своего союза с Швецией. Со стороны России договор подписали Г.И. Головкин, П.П. Шафиров и Б.И. Куракин.

В 1722 г. Борис Иванович взял на себя руководство послами России в Европе. В Париже он вел тайные переговоры о браке Людовика XV и царевны Елизаветы Петровны. Сохранились письма императора Петра I своему представителю во Франции, где правитель внушает ему приложить все усилия «чтобы сей жених нам зятем был». Как известно, замысел не был реализован.

После смерти Петра I Куракин был произведен в действительные тайные советники.

Блестящий дипломат ушел из жизни в октябре 1727 г., находясь на службе в Париже....

📃 Государственный визит советской делегации в Югославию глазами фотокорреспондента «Правды» А.В. Устинова

За короткий послевоенный период 1945–1953 гг. советско-югославские отношения прошли путь от дружественных до враждебных.

Новое политическое руководство СССР понимало важность нормализации взаимоотношений между странами. В 1955 г. было принято решение направить в Югославию правительственную делегацию. В ее состав вошли: первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев (глава делегации), а также председатель Совета министров СССР Н.А. Булганин, его первый заместитель А.И. Микоян, главный редактор газеты «Правда» Д.Т. Шепилов.

Для членов Президиума ЦК КПСС 12 мая 1955 г. подготовили аналитическую записку с характеристикой общественного и государственного строя современной Югославии. Ее суть – ослабить тенденции капиталистического развития в стране, установить с нею дружественные отношения, содействовать развитию культурных и экономических связей со странами социалистического блока.

Государственный визит советской делегации в Югославию проходил 27 мая – 2 июня 1955 г. По прибытии на аэродром в Белграде глава делегации должен был перед микрофоном огласить текст официального заявления, утвержденного Президиумом ЦК КПСС 25 мая 1955 г.

Н.С. Хрущев позднее говорил: «Нас встретили, как положено встречать иностранную делегацию такого ранга, хотя особых братских чувств хозяева не проявляли. Были заметны настороженность и сдержанность и в народе, и в руководстве. [...] Первым перед собравшимися на аэродроме выступил Тито. Потом предложили микрофон мне. Мое выступление было заранее отработано в коллективе как мнение руководства ЦК КПСС. Тито сказал: “Переводить не надо. У нас все знают русский язык”».

На следующий день начались переговоры. Обе стороны расходились в оценках причин межгосударственного конфликта. Югославская сторона обвиняла в создавшемся положении И.В. Сталина, советская – Л.П. Берию и М. Джиласа (югославского политического деятеля).

Для советских делегатов организовали поездки по стране, осмотр предприятий, культурных достопримечательностей. Гости воочию убедились в возможностях для экономического сотрудничества и в поддержке населением своих государственных руководителей. Наблюдательный Хрущев отмечал позднее: «Народ проявлял сдержанность. При поездках по улицам было видно, что люди не стихийно вышли встречать диковинку, приехавшую из Советского Союза, а что все организовано. Порою слышны были выкрики недружественного характера, раздавались упреки. Главным же образом мы слышали: “Да здравствует Тито!”». Между тем, от глаз советского руководителя не ускользнула бедность населения, техническая отсталость страны.

Для демонстрации научно-технического развития СССР Хрущев, под предлогом быстрого обмена мнениями с Москвой, попросил разрешения выделить аэродром, который мог регулярно принимать современный реактивный военный самолет «Ту-16». Впоследствии глава делегации признавался: «Не стану отрицать, что мы воспользовались этим самолетом, чтобы возбудить заинтересованность Югославии. [...] Мы дали возможность увидеть, что наш новый самолет соответствует самому передовому уровню развития науки и техники». Впрочем, по его же словам, югославская сторона расценила это «как демонстрацию военной силы».

Итогом визита стала Белградская советско-югославская декларация от 2 июня 1955 г., утвердившая в отношениях между странами принципы взаимного уважения суверенитета, равенства и невмешательства во внутренние дела.

Убедить Югославию войти в Организацию Варшавского договора и Совет экономической взаимопомощи советское руководство не смогло.

Во время государственного визита советскую делегацию сопровождал известный советский фотограф, фотокорреспондент газеты «Правда» Александр Васильевич Устинов (1909–1995). В 1930-е гг. его снимки публиковались в центральных советских изданиях – «Огонек», «Красная звезда». Он запечатлел в фоторепортаже подготовку беспосадочного перелета экипажем самолета «Родина» (В.С. Гризодубова, П.Д. Осипенко и М.М. Раскова) по маршруту Москва – Дальний Восток в 1939 г. В период Великой Отечественной...