📃 Ташкентская катастрофа: как страна восстанавливала разрушенный землетрясением город
***
Ранним утром 26 апреля 1966 г. крупнейший город Средней Азии, столица Узбекской ССР Ташкент подвергся мощным ударам стихии. Землетрясение силой около восьми баллов в считанные минуты оставило без крова свыше 300 тысяч человек. Зона максимальных разрушений охватила десять квадратных километров. Особенно пострадал центр древнего города, оказавшийся в эпицентре землетрясения. Полностью разрушились и были значительно повреждены 36 тысяч зданий. Число жертв для полуторамиллионного города оказалось при этом минимальным: по официальным данным 26 апреля погибли 8 и около 200 человек были госпитализированы с травмами различной степени тяжести.

Почти сразу о случившемся стало известно высшему руководству страны, и в тот же день Генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев и Председатель Совета министров СССР А.Н. Косыгин прилетели в Ташкент. Оценив на месте ситуацию, они назвали ликвидацию последствий землетрясения и скорейшее восстановление города всесоюзной задачей. 26 апреля Политбюро ЦК КПСС приняло решение образовать правительственную комиссию в составе: руководителя Государственного комитета Совета министров СССР по делам строительства (Госстрой СССР) И.Т. Новикова, заведующего Отделом строительства ЦК КПСС А.Е. Бирюкова, первого заместителя председателя Госкомитета Совета министров СССР по материально-техническому снабжению Н.В. Мартынова и руководителя Госкомитета по гражданскому строительству и архитектуре при Госстрое СССР М.В. Посохина.

О восстановлении Ташкента регулярно сообщалось в газетах, по радио и в телерепортажах. Оно стало серьезной проверкой готовности действовать в чрезвычайных ситуациях для нового руководства страны. Хранящиеся в Российском государственном архиве новейшей истории документы фондов Политбюро ЦК КПСС и аппарата ЦК КПСС позволяют представить реальную картину организации и проведения работ по ликвидации последствий землетрясения.

С первых дней после Ташкентской катастрофы высшие органы власти определили первостепенной задачей помощь пострадавшему населению. 7 мая Политбюро ЦК утвердило постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «О неотложных мерах помощи Узбекской ССР по ликвидации последствий землетрясения в г. Ташкенте». В нем определялось, что Узбекской ССР из резервного фонда Совета министров СССР будут выделены дополнительные средства на восстановление и ремонт жилых домов, объектов культурно-бытового назначения, здравоохранения, коммунального хозяйства, торговых, учебных и административных зданий, а также размещение оставшихся без крова людей.

Для расселения пострадавших граждан до 1 апреля 1967 г. предусматривалось возведение близ Ташкента городка жилой площадью 150 тыс. кв. м. В восстановительных и строительных работах важная роль отводилась воинским частям Туркестанского военного округа.

Но для восстановления крупнейшего города Средней Азии этих мер было недостаточно. 28 мая 1966 г. вышло новое постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «Об оказании помощи Узбекской ССР в ликвидации последствий землетрясения». Государственным и партийным структурам поручалось определить возможность возведения на месте разрушенных и поврежденных кварталов, по сути, нового города из сейсмостойких зданий и сооружений, составить генеральный план застройки Ташкента.

Оценив масштабы восстановительных и строительных работ, 14 июня 1966 г. Политбюро ЦК утвердило новое постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «Об оказании помощи Узбекской ССР в ликвидации последствий землетрясения в г. Ташкенте». В нем перечислялись мероприятия, требующие крупных материальных затрат на союзном и ведомственном уровнях, участие в их реализации г. Москвы и Ленинграда, всех союзных республик, министерств и ведомств. Планировалось создать необходимые жилищные условия для пострадавших до наступления зимы, построить прочные и устойчивые к землетрясению здания.

Первые результаты выполнения постановлений стали известны уже в августе 1966 г. Председатель правительственной комиссии, руководитель Госстроя СССР И.Т....

📃 «Просто ошеломляющее впечатление»: Долина гейзеров на Камчатке

На территории материковой Евразии единственное скопление природных источников, периодически выбрасывающих горячую воду и пар, расположено в России – это Долина гейзеров в Кроноцком заповеднике на Камчатке. Долина была открыта 14 апреля 1941 г. научным сотрудником заповедника, геологом Татьяной Ивановной Устиновой (1913–2009).

На хранении в Государственном архиве Российской Федерации находятся документы Главного управления по заповедникам, зоопаркам и зоосадам при Совете народных комиссаров РСФСР. Среди них статья Т.И. Устиновой «Камчатские гейзеры» 1944 г. с подписью автора – по-видимому, первое описание Долины. Наша заметка опирается на это описание.

Кроноцкий заповедник расположен на восточном побережье Камчатки, занимая целиком полуостров, бассейн Кроноцкого озера и северную часть побережья Кроноцкого залива. В территорию заповедника площадью около 1,3 млн га входят морское побережье, открытые равнинные пространства болот и тундр, березовые леса и высокогорные долы (плоскогорья, сложенные продуктами вулканической деятельности). Вулканические долы рассечены узкими и глубокими долинами рек. К весне 1941 г. около половины территории заповедника было еще не исследовано.

Первый гейзер, названный «Первенец», был найден случайно в апреле 1941 г. в долине реки Шумной. Тогда же близ него была обнаружена теплая речка, впоследствии получившая название Гейзерной, с минерализованной водой. Это заставило предположить наличие значительных источников где-то в верхнем ее течении. В апреле Т.И. Устиновой удалось пробыть на гейзере всего два с половиной часа, поэтому на лето 1941 г. было намечено вторичное его посещение и обследование речки.

Исследование проводилось в сопровождении старшего наблюдателя заповедника А.П. Крупенина. Зимой первооткрыватели достигли гейзер снизу от устья Шумной – на собаках, лыжах, пешком. Летом этот путь был недоступен. Первооткрыватели добирались в обход и попали в истоки обнаруженного зимой теплого притока Шумной.

Долина реки Гейзерной в нижнем течении имеет ширину около 3 км и врезана в дол на глубину 400 м. Первый же день знакомства с долиной дал превосходные результаты. В долине нижнего и особенно среднего течения Гейзерной было выделено десять особенно активных участков. Как писала Т.И. Устинова, «количество и разнообразие горячих источников поистине необыкновенно и производит просто ошеломляющее впечатление».

«Нижняя часть склонов долины, особенно на левой стороне, примерно в километре от устья и выше на 4-5 км почти сплошь усеяна многими сотнями выходов горячей воды – начиная от больших грифонов диаметром больше метра и кончая дырочками, в которые едва входит грифель карандаша», – говорилось в статье. Грифон – углубление устья гейзера, из которого выходят вода и пар. «(...) вода выделяется толчками с паром, брызгами, в сопровождении различных звуков: от грохота, напоминающего раскаты грома, до фырканья наподобие рассерженной кошки. Так как на некоторых участках скапливается много десятков таких выходов различной величины – все эти громы, фырканья, всплески сливаются в сплошной переливающийся гул».

Температура воды в источниках составляет 95-98 градусов. «Почва обнажена и нагрета, сквозь ботинки жжет ноги, – писала Т.И. Устинова. – На участках, даже покрытых травой, чувствуется подземное тепло. В палатке, поставленной в стороне от активных площадок, почва под спальными мешками нагревалась, как протопленная печь. Наша лошадь, проходя по лужайке, вдруг глубоко провалилась задними ногами, и из образовавшихся отверстий пошел пар».

Во время летнего посещения первооткрывателям удалось пробыть в долине Гейзерной четыре дня. За это время были описаны 17 гейзеров значительных размеров. Мелкие гейзеры не были учтены.
О гейзере «Первенец» с грифоном глубиной 1,5 м Т.И. Устинова писала: «Взрыв гейзера напоминает выстрел из орудия. Косо направленный столб воды в сопровождении облака пара с оглушительным грохотом вылетает из отверстия. Пар поднимается метров на 150. В густых клубах трудно разобрать, какой высоты достигает во...

📃 Конвои Северного государственного морского пароходства Народного комиссариата морского флота СССР в годы Великой Отечественной войны

В ходе стремительно разворачивающихся боевых действий на сухопутных фронтах Великой Отечественной войны, которые, как известно, уже летом 1941 г. складывались не в пользу СССР, стало очевидным, что самый короткий путь доставки необходимых военных и материальных грузов из союзных стран по ленд-лизу будет пролегать по северным морям – как и в Первую мировую войну.

Война поставила перед советским торговым флотом, прежде всего Северным государственным морским пароходством (СГМП), крупнейшим в Советской Арктике, трудную и масштабную задачу обеспечения этих перевозок. При этом, перед СГМП и соседним Мурманским пароходством сохранялась не менее ответственная задача поддержания и развития морских коммуникаций на востоке Арктики.

Первые союзные конвои, очень небольшие, пришли в Архангельск с английским военным эскортом в начале августа 1941 г. Советская сторона начала участвовать в составе конвоев уже в сентябре того же года, когда пароходы «Родина», «Будённый», «Старый большевик» «Севзаплес» и др., выделенные из состава Северного и Мурманского пароходств и поначалу никак не вооруженные, вышли с экспортными грузами (в основном пиломатериалами) в Исландию и Великобританию.

Чем были характерны северные конвои? Само по себе плавание в высоких широтах с их летними туманами и зимними льдами в штормовую погоду требовало очень высокой квалификации наших и союзных моряков. Но в условиях военного времени, когда базировавшиеся в основном в оккупированной Норвегии флот, в том числе подводный, и авиация Германии располагали практически полной свободой действий на всех маршрутах от острова Медвежий до Канина носа и даже до острова Мудьюг, нужно было и боевое мастерство, мужество экипажей при отражении многодневных воздушных и подводных атак.

Ко всему прочему, в северных морях советскими и немецкими моряками во многих местах выставлялись минные поля, представлявшие серьезную опасность не только для каботажных судов, но и для участников северных конвоев.

При этом уже в 1942 г. численность конвоев и, соответственно, военного эскорта, значительно возросла, караваны насчитывали до 36 вымпелов. Следует отметить, что организация каждого конвоя и обеспечение его боевого прикрытия осуществлялась британским военно-морским флотом, порядковые номера конвоев обозначались латинскими литерами PQ или QP.

История северных конвоев изобилует примерами бесстрашия и героизма советских моряков. Но самым знаменитым стал подвиг экипажа теплохода «Старый большевик», того самого, который начинал походы в сентябре 1941 г.

В мае 1942 г. «Старый большевик» под командой капитана Ивана Ивановича Афанасьева, загрузившись в США самолетами, снарядами, взрывчаткой и бензином в бочках, шел из Рейкьявика в Мурманск замыкающим в составе конвоя «PQ-16».

Три дня советский теплоход, энергично маневрируя, уклоняясь от немецких бомб и торпед, отбиваясь зенитным артиллерийским и пулеметным огнем, продолжал движение в составе конвоя. Это была, конечно, заслуга опытных моряков – капитана судна И.И. Афанасьева и рулевого Б.И. Аказёнка. Но 27 мая «Старый большевик» был атакован сразу девятью немецкими бомбардировщиками: бомба угодила прямо в полубак. Расчет зенитного орудия погиб, многие члены экипажа были ранены или контужены, в том числе и капитан. Корабль потерял ход и управление, начался пожар. Чтобы избежать взрыва, замполит К.М. Петровский и Б.И. Аказёнок организовали перенос снарядов в относительно безопасное место.

С подошедшего к горящему «Старому большевику» английского военного корабля приняли раненых и предложили экипажу покинуть судно, чтобы затем затопить его – это была обычная практика в конвоях. Советский экипаж отказался от эвакуации и, оставшись в океане в одиночестве, принялся под руководством И.И. Афанасьева энергично бороться с огнем. И наши моряки победили огонь. Через некоторое время «Старый большевик» догнал в море ушедший вперед конвой. Команды советских и иностранных судов, пораженные мужеством и энергией...

📃
Бросок в бессмертие. Подвиг Александра Матросова.

«Во время боев с немецкими захватчиками в районе д. Чернушки Калининской области, проявив героический подвиг при наступлении роты на укрепленный участок противника, красноармеец Матросов, пробравшись к дзоту, закрыл своим телом амбразуру, чем дал возможность преодолеть пункт обороны противника», – это строки из наградного листа Александра Матросова.

25 февраля (по уточненным данным) 1943 г. 2-й стрелковый батальон 91-й отдельной стрелковой Сибирской добровольческой бригады прорвал немецкую линию обороны у деревни Чернушки Калининской области (современная Псковская область).
Рядовой автоматчик Александр Матросов, которому едва исполнилось 19 лет, когда закончились все гранаты и патроны для уничтожения проволочного заграждения и мин у дзота противника, бросился на амбразуру. Он погиб на месте. И это дало время советским солдатам, и укрепления противника были взяты.

19 июня 1943 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР Матросову Александру Матвеевичу «за образцовое выполнение боевых заданий» и «проявленные при этом героизм и отвагу» было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).
С лета 1943 г. статьи о его подвиге публиковались во всех советских газетах, ему посвящали стихи и снимали о нем художественные фильмы, его именем называли школы, кинотеатры и улицы. А его подвиг стал нарицательным: «лечь на амбразуру противника» – значит повторить подвиг Матросова.

Долгое время не утихали споры вокруг личности Александра, дате и месте его рождения. И только совсем недавно благодаря сохранившимся архивам и упорству историков удалось установить, что Александр Матвеевич Матросов родился 5 февраля 1924 г. в поселке Зинкин Враг (Зин-Овраг) Высоколковской волости Мелекесского уезда Самарской губернии (современный Новомалыклинский район Ульяновской области). По национальности он мордвин. Отец погиб в конце 1923 г. – за месяц до рождения Александра. В 1929 г. его смертельно больной матери пришлось отвести сына в детский дом № 26 в г. Мелекессе (современный г. Димитровград Ульяновской области). В октябре 1935 г. его перевели в Ивановский детский дом трудового воспитания. В сентябре 1940 г. после окончания 6-го класса его направили работать в депо на Куйбышевский вагоноремонтный завод № 9. И именно за самовольный уход с завода и нарушение паспортного режима, а не за воровство и хулиганство, как было принято считать раньше, он был арестован, осужден на два года и отправлен в Уфимскую детскую трудовую колонию № 2 при НКВД СССР. Сначала он работал на мебельной фабрике, а 15 марта 1942 г. его назначили помощником воспитателя и даже избрали председателем Центральной конфликтной комиссии.

С началом Великой Отечественной войны он стремился попасть на фронт, неоднократно писал письма в военкомат. И вот 30 сентября 1942 г. он был зачислен в ряды курсантов Краснохолмского военно-пехотного училища, 30 ноября принят в ряды ВЛКСМ, а через два месяца он уже сражался на Калининском фронте в составе 91-й отдельной стрелковой бригады им. Сталина 6-го стрелкового корпуса 41-й армии в качестве стрелка-автоматчика.

8 сентября 1943 г. для увековечения памяти Матросова 254-му гвардейскому стрелковому полку, образованному из 91-й отдельной стрелковой бригады, было присвоено наименование «имени Александра Матросова», а сам Александр был навечно зачислен в списки 1-й роты гвардейского полка.

Похоронили А.М. Матросова недалеко от места его подвига под деревней Чернушки, а в 1948 г. состоялось перезахоронение в г. Великие Луки (современная Псковская область). 25 июля 1954 г. на могиле Александра Матросова был торжественно открыт памятник (автор – Е.В. Вучетич, архитектор – В.А. Артамонов). 14 августа 1971 г. в г. Великие Луки открылся Музей боевой комсомольской славы имени А. Матросова.

Анна Кочетова, к.и.н.,
Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ)

📃 К 135-летию М.А. Булгакова

О жизни и творчестве Михаила Афанасьевича Булгакова (1891–1940) написано немало книг, его биография изучена лучшими литературоведами. Однако период и конкретное место его работы в Военном ведомстве в 1922 г. отражены пунктирно и не совсем точно.

Так, многие биографы пишут о том, что М.А. Булгаков в феврале 1922 г. устроился на работу в Научно-технический комитет при Военно-воздушной академии им. Н.Е. Жуковского. Но, во-первых, Научно-технический комитет находился в прямом подчинении Главного управления Рабоче-Крестьянского Красного Воздушного Флота (Главоздухофлота, РККВФ). Во-вторых, Военно-воздушной академии им. Н.Е. Жуковского в то время еще не было (существовал Институт инженеров Красного Воздушного Флота имени Н.Е. Жуковского).
Сам М.А. Булгаков в сохранившихся письмах родным и на страницах дневника упоминает в качестве мест своей работы Военно-редакционный совет и Научно-технический комитет.

Попробуем с помощью документов Российского государственного военного архива разобраться, где конкретно в Военном ведомстве и как работал М.А. Булгаков, какие занимал должности.
Первый по хронологии документ – это заявление – анкета Булл-Булгакова Михаила Афанасьевича от 11 февраля 1922 г. на имя начальника Отдела военной литературы при Реввоенсовете Республики с просьбой о зачислении в одно из отделений Отдела. При этом в анкете он указал фамилию в обратном порядке «Булгаков-Булл», а подпись поставил «М. Булл». (Напомним, что М.А. Булгаков еще 13 января 1922 г. в письме к сестре Н.А. Земской сообщал: «Подписываю псевдонимом Булл»).

В анкете Михаил Афанасьевич, в частности, указал, что по профессии он литератор, беспартийный.

Отвечая на вопрос: «Если не принадлежит ни к какой политической партии, то какой из них сочувствует», Михаил Афанасьевич написал: «Компартии».

По поводу принадлежности к профсоюзу сообщил, что 20 марта 1920 г. вступил в Рабис (профессиональный союз Работников Искусств), билет № 402, был членом правления Владикавказского отделения союза.

Последнее место службы и занимаемую должность после Октябрьской революции М.А. Булгаков указал – секретарь Литературного отдела Главного политико-просветительного комитета Наркомпроса РСФСР, уволен в связи с расформированием.
В разделе «Семейное положение...» указаны:
– Татьяна Николаевна Булгакова, жена, место службы – ищет мéста, точный адрес: Б. Садовая, д. 10, кв. 50;
– Надежда Афанасьевна Земская, сестра, г. Киев, преподавательница.
Интересно, что по поводу отношения к воинской повинности до Октябрьской революции М.А. Булгаков написал в анкете: «ратник ополчения II разряда», «не служил».

В Красной армии так же не служил. Что касается отношения к воинской повинности в настоящее время, то М.А. Булгаков сообщил: «Принят на учет 5 октября 1920 г., карточка 12410, освобожден по болезни во Владикавказе».

14 февраля 1922 г. М.А. Булгаков через Московский подотдел учета и распределения рабочей силы был направлен в Высший военный редакционный совет (ВВРС) в Отдел военно-политической литературы для назначения на должность литератора. В Высшем военном редакционном совете в это время вакантными должностями были: редактор, информатор и переписчик.

В результате приказом Высшего военного редакционного совета № 21 от 20 февраля 1922 г. гр-н Булль-Булгаков Михаил Афанасьевич был назначен «на стаж для работ в Отдел Военно-политической литературы с 11 февраля с зачислением на пайковое довольствие с того же числа». Стаж был рассчитан на две недели.

В своем дневнике «Под пятой» 15 февраля 1922 г. М.А. Булгаков мрачно заметил: «...Живем впроголодь. Кругом долги. “Должность” моя в военно-редакционном совете сведется к побе[гушкам]».

В судьбе М.А. Булгакова в этот период активную роль играл Борис Михайлович Земский, старший брат Андрея Михайловича Земского, мужа Надежды Афанасьевны, сестры писателя. Б.М. Земский занимал должность управляющего делами Научно-технического комитета Главвоздухофлота и преподавал в Институте инженеров Красного Воздушного Флота им. Н.Е. Жуковского. Совершенно очевидно, что Б.М. Земский помог М.А....

📃 Сайт «Победа. 1941–1945» пополнился новыми фотодокументами

8 мая 2026 г. сайт «Победа. 1941–1945» https://victory.rusarchives.ru/index пополнился новыми фотодокументами, предоставленными Главным архивным управлением города Москвы из собрания Центрального государственного архива города Москвы (ЦГА Москвы).

В год 85-летия битвы за Москву и начала контрнаступления советских войск против немецко-фашистских захватчиков под Москвой (5 декабря 1941 г.) в рубрике «За нами – Москва!» размещены фотографии бойцов народного ополчения – трудящихся города Москвы во время военной подготовки, на тактических занятиях (октябрь 1941 г.) фронтового фотокорреспондента Б.Е. Вдовенко, фотографии московских баррикад, защитной маскировки зданий столицы, виды улиц Москвы в дни осадного положения.

Мастером фотосъемки, корреспондентом газеты «Красная Звезда» и Совинформбюро Я.Н. Халипом запечатлены будни в цехах оборонного завода по изготовлению артиллерийских снарядов, представлены фотографии токарей во время работы на Станкостроительном заводе имени С. Орджоникидзе в Москве автора П.А. Марковского.

🛜 Сайт «Победа. 1941–1945» включает экспозицию наиболее ярких архивных фотодокументов, раскрывающих величие и историческую значимость подвига советского народа в Великой Отечественной войне. Из фондов личных собраний и фотофондов ЦГА Москвы фотоподборку раздела «Парад Победы» дополнили известные фотографии М.А. Трахмана, Я.Н. Халипа и Б.Е. Вдовенко, запечатлевшие Парад Победы на Красной площади 24 июня 1945 г., среди которых: колонна солдат Красной Армии с поверженными фашистскими знаменами и штандартами, приветствие маршала Советского Союза Г.К. Жукова, знаменная группа сводного полка 1-го Украинского фронта, Герои Советского Союза А.И. Покрышкин, Д.Б. Глинка, И.П. Славянский.

Новые размещенные фотодокументы отмечены значком «Новый». Всего сайт «Победа. 1941–1945» содержит 3369 фотографий, 11,5 часов кинохроники, более 3 часов фонодокументов.

📃
«За меня вам наши товарищи отомстят!». Подвиг Зои Космодемьянской.

Впервые о подвиге Зои Космодемьянской весь Советский Союз узнал из газеты «Правда» 27 января 1942 г. В ней была опубликована статья военного корреспондента П. Лидова «Таня» и фотография истерзанного трупа девушки. Тогда Лидов еще не знал, что настоящее имя партизанки – Зоя.

Зоя Анатольевна Космодемьянская родилась 13 сентября 1923 г. в селе Осино-Гай Тамбовской области. В 1930 г. семья ее переехала в Москву. Зоя училась в школе № 201 Тимирязевского района, увлекалась литературой и историей, мечтала поступить в Литературный институт, но начавшаяся Великая Отечественная война изменила планы.

В октябре 1941 г., когда нацистские войска подходили к Москве, десятиклассница Зоя, как и многие комсомольцы, добровольно записалась на фронт. Попала она в разведывательно-диверсионную часть № 9903, подчинявшуюся напрямую разведывательному отделу штаба Западного фронта. Начальником штаба части был опытный разведчик Артур Спрогис, который в 1943 г. стал начальником Латвийского штаба партизанского движения.

После обучения Зою отправили в тыл врага для уничтожения войск противника. В ночь на 27 ноября 1941 г. она в составе группы перешла линию фронта в районе деревни Обухово под Наро-Фоминском. В селе Петрищево Грибцовского сельсовета Верейского района по заданию Зоя подожгла три дома с конюшнями, в которых проживали нацистские солдаты. В итоге один нацист погиб, несколько немцев обгорело, уничтожено вооружение и телефонный кабель. Задание было успешно выполнено. Однако через два дня 29 ноября при возвращении в деревню для выполнения следующего задания около 7 часов вечера Зоя была схвачена.

При обыске у нее нашли наган и бутылку с горючей жидкостью. Нацисты пытались выбить из нее информацию, до полусмерти пороли ремнями, пока тело не посинело от ударов. Немцы только смотрели и смеялись. Но Зоя никого не выдала. Ей жгли подбородок, водили по морозу босиком в одной рубашке, а на следующее утро около 10 часов на обмороженные ноги ей надели мокрые ватные штаны и вывели на улицу на казнь. На ее шею надели деревянную табличку, на которой на русском и на немецком языке было написано «Поджигатель домов». По воспоминаниям местных жителей, «от дома до виселицы она шла ровно, гордо, с поднятой головой». Ее фотографировал немецкий солдат со всех сторон, а она продолжала призывать жителей деревни помогать Красной Армии, а немцам – сдаваться в плен. Уже с петлей на шее она произнесла свои последние слова: «Сколько нас не вешайте, но всех не перевешаете! Нас 170 миллионов. За меня вам наши товарищи отомстят!».

Нацисты запрещали снимать повешенных советских партизан. Они должны были пугать население – так будет с каждым, кто выступит против третьего рейха. Поэтому тело Зои провисело полтора месяца. И только за три для до отступления немцев, труп Зои по их приказу сняли и закопали в 50 метрах от сельской школы.
Село Петрищево было освобождено Красной Армией 14 января 1942 г. После рассказов граждан о случившемся могилу Зои вскрыли. Проведено тщательное расследование, в начале февраля 1942 г. была установлена ее личность.

16 февраля 1942 г. «за отвагу и геройство, проявленные в партизанской борьбе против немецких захватчиков» Зое Анатольевне Космодемьянской Указом Президиума Верховного Совета СССР было присвоено звание Героя Советского Союза. Зоя Космодемьянская стала первой женщиной, удостоенной этого звания в годы Великой Отечественной войны.

Подробнее о ее подвиге можно узнать из публикуемой докладной записки секретаря Московского городского комитета ВЛКСМ А.Н. Шелепина секретарю ЦК ВЛКСМ Н.А. Михайлову от 7 февраля 1942 г. с ходатайством о присвоении Зое Космодемьянской звания Героя Советского Союза. Единственно, в записке неверно указан месяц – все описанное с Зоей происходило не в декабре, а в ноябре 1941 г. Ставшая знаменитой и повторенное бесчисленное количество раз фотография – это одна из трофейных фотографий казни Зои, которые были найдены у убитого немецкого солдата.

Анна Кочетова, к.и.н.,
Российский государственный архив социально-политической...

📃 День Победы

Первый после исторического Парада Победы, состоявшегося на Красной площади 24 июня 1945 г., военный парад в честь Дня Победы был проведен в г. Москве 9 мая 1965 г. Знаменосец парада – участник штурма Берлина, Герой Советского Союза полковник Константин Яковлевич Самсонов, его ассистенты – Герой Советского Союза сержант Михаил Алексеевич Егоров и Герой Советского Союза младший сержант Мелитон Варламович Кантария, водрузившие в ночь на 1 мая 1945 г. над Рейхстагом штурмовой красный флаг 150-й ордена Кутузова II степени Идрицкой стрелковой дивизии, навсегда ставший Знаменем Победы. Впервые они торжественно пронесли Знамя Победы по главной площади страны.

Накануне, 8 мая 1965 г., в Кремлевском дворце съездов на торжественном собрании, посвященном 20-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне, был объявлен указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении Москве почетного звания «Город-герой» – за выдающиеся заслуги перед Родиной, массовый героизм, мужество и стойкость, проявленные трудящимися столицы в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. Высшую награду к знамени города прикрепил первый секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев.

О памятных событиях – в кинодокументе, представляемом Российским государственным архивом кинофотофонодокументов (к/ж «Новости дня», № 20, 1965 г. Учетный № 21173. Центральная студия документальных фильмов. Режиссер Г. Бобров).

📃 П.Н. Шубин – поэт-фронтовик

Перебирая имена поэтов, которых принято причислять к фронтовому поколению русской поэзии, невозможно не поразиться тому, как по-разному сложилась их творческая судьба. Кто-то, как Давид Самойлов и Борис Слуцкий, написал свои лучшие стихи о войне спустя годы после ее окончания и прожил долгую жизнь. Кто-то, подобно Илье Лапшину и Всеволоду Багрицкому, так и не успел по-настоящему прозвучать, оставшись навсегда двадцатилетним. Иные, как Семен Гудзенко и Павел Шубин, вынесли свои стихи прямо из боя. А после, говоря словами Александра Межирова, «с войны вернулись ... и сразу / Заторопились умирать». Адресованные Гудзенко, слова эти в полной мере относятся и к Павлу Шубину, ушедшему из жизни за месяц до шестой годовщины Победы.
Определение «ныне почти забытый поэт» бывает не вполне справедливым даже по отношению к авторам XIX в., но как горько оно для поэта, творившего меньше ста лет назад! Тем не менее, Павел Николаевич Шубин, автор десятков исключительных по своей лирической мощи стихотворений, в силу разных обстоятельств действительно незаслуженно находится в наше время на периферии читательского внимания. Ему не повезло оказаться в студенческой компании ифлийцев, свято чтивших память товарищей до конца дней, он не вращался в юности в «миру литинститутском». Но это не помешало оформиться его самобытному таланту, который в полную силу развернулся в годы войны.

Павел Шубин родился в грозном 1914-м в селе Чернава Елецкого уезда Орловской губернии (том самом, где за век до этого появился на свет святитель Феофан Затворник) в большой крестьянской семье. Отец будущего поэта любил и собирал книги, а мать, хоть и была неграмотной, знала наизусть и пела детям множество песен, так что его первое знакомство с литературой и поэтическим словом состоялось в родительском доме.

В 15 лет Шубин уехал к старшей сестре в Ленинград, а в 16 добрался до Крыма с единственной целью – повидаться со своим литературным кумиром, писателем Александром Грином. Тот принял мальчика и посоветовал ему, прежде всего, учиться и найти свое место в жизни.

Чтобы обеспечить себя, Шубин пошел работать слесарем на Ленинградский металлический завод им. И.В. Сталина (ЛМЗ) и параллельно учился на вечернем отделении конструкторского техникума. К этому времени относятся его первые поэтические опыты, с 1933 г. печатался в ленинградской периодике. Вскоре он окончательно решил связать свою жизнь с литературой и по направлению от ЛМЗ поступил на филологический факультет Ленинградского пединститута им. А.И. Герцена. Будучи студентом, в 1937 г. он опубликовал свой первый сборник стихов «Ветер в лицо» и в 1939-м выпускался из института уже в статусе подающего надежды молодого поэта. В ранних стихах, сохранившихся в его личном архивном фонде в Российском государственном архиве литературы и искусства, еще чувствуется чужое влияние, но есть в них и свежие, сильные строки и образы, крепкий задел на будущее.

В том же 1939 г. П.Н. Шубин переехал из Ленинграда в Москву и вскоре был принят в члены недавно созданного Союза советских писателей. Перед войной он являлся автором уже двух сборников стихов (второй, «Парус», вышел в 1940 г.).

После начала Великой Отечественной войны Павел Шубин ушел во фронтовую печать, служил в редакции газеты Волховского фронта «Фронтовая правда». Перед его глазами прошли ключевые сражения за освобождение Ленинграда от немецко-фашистской блокады, а подпись «Мясной Бор, май 1942 г.» под стихотворением Шубина «Шофер» говорит о его военной судьбе больше, чем десятки слов:
Крутясь под “мессершмиттами”
С руками перебитыми,
Он гнал машину через грязь
От Волхова до Керести,
К баранке грудью привалясь,
Сжав на баранке челюсти.
И вновь заход стервятника,
И снова кровь из ватника,
И трудно руль раскачивать,
Зубами поворачивать...

18 января 1943 г. Шубин, недавно оправившийся от тяжелой контузии, одним из первых дал в печать сообщение о встрече Волховского и Ленинградского фронтов, которая стала важнейшим шагом на пути к снятию блокады. Он оперативно освещал ход боев и писал очерки об их героических...

📃 Художественная летопись войны: «Окна ТАСС»

В истории искусства в годы Великой Отечественной войны найдется немало интересных и подчас уникальных явлений. На их фоне, по исторической значимости и масштабу, выделяются плакаты «Окна ТАСС».

Родившиеся как частная инициатива группы московских художников и литераторов, они получили развитие на территории всего Советского Союза и стали мощным инструментом политической агитации, не утратив при этом художественной индивидуальности.

«Окна ТАСС» были организованы 24 июня 1941 г. коллективом авторов. В него вошли карикатуристы Кукрыниксы (М. Куприянов, П. Крылов и Н. Соколов), М. Черемных, Б. Ефимов, К. Елисеев, А. Радаков, Н. Денисовский, Н. Радлов и Л. Генч, художники-живописцы Б. Иогансон, А. Герасимов, П. Шухмин, Г. Савицкий, В. Сварог, П. Соколов-Скаля, А. Дейнека и многие другие. Писательская бригада включала в себя С. Кирсанова, Н. Адуева, А. Раскина, М. Слободского, позднее – С. Маршака, Д. Бедного, В. Лебедева-Кумача, А. Жарова, И. Уткина и других известных авторов – более двухсот человек.

🪧 Редакция видела своей задачей возродить лучшие традиции «Окон сатиры РОСТА», которые Владимир Маяковский выпускал в годы Гражданской войны. Среди тех, кто задумал новые «Окна», были и его бывшие соратники – Михаил Черемных, работавший с Маяковским в Москве, и Алексей Радаков, занимавшийся выпуском «Окон РОСТА» в Петрограде. Многие бывшие «ростовцы» оказались задействованы и на технических работах, связанных с тиражированием готовых плакатов.

Михаил Черемных выделял три главных типа «Окон ТАСС» – героическое панно, героический плакат и сатирический плакат. Первые два типа в сатирических «Окнах РОСТА» отсутствовали. А в «Окнах ТАСС» с самого первого выпуска, представленного москвичам 27 июня 1941 г., была сделана ставка на разнообразие тем, разнохарактерность творческого исполнения и принципиальный отказ от создания какого-либо типового макета «окна».

За годы войны вышли «Окна ТАСС», посвященные победам Красной армии и отдельным героям, отражавшие напряженное положение на фронтах и звавшие неустанно двигаться на Запад, требовавшие бдительности и соблюдения экономии, призывавшие собирать металлолом и подарки для бойцов... Трудно найти такую тему из жизни фронта и тыла или важное событие на международной арене, которые «Окна ТАСС» обошли бы вниманием.

Простые по форме, лаконичные и доходчивые по содержанию, они изо дня в день бичевали нацизм, звали на боевой и трудовой подвиг, пробуждали в людях лучшие чувства, напоминая о славном прошлом народов СССР. Неоднократно члены редакции «Окон ТАСС» выезжали на фронт, где делали не только зарисовки к будущим плакатам, но и прямо на местах создавали их специальные выпуски.

Работа редакции не прекращалась даже в дни, когда немцы стояли под Москвой. Наоборот, плакаты со знакомым каждому грифом, висевшие на обледеневших домах и баррикадах, стали неотъемлемой частью пейзажа военной Москвы.

На второй день после освобождения Севастополя (9 мая 1944 г.) и Минска (3 июля 1944 г.) от немецко-фашистских захватчиков в них уже были вывешены «Окна ТАСС». Самолетами их закидывали даже в тыл врага и на оккупированные территории.

Юбилейный 500-й выпуск «Окон ТАСС» украсили стихи Самуила Маршака:
Под этим Окном не поют серенады,
На этом Окне резеда не цвела.
За этим Окном разрывались снаряды
И армия наша на подвиги шла.
И в первом Окне, и в Окне пятисотом
Горел наш огонь, призывая в поход
На новые подвиги, к новым высотам.
За правое дело, на Запад – вперед!

Мастерская «Окон ТАСС» располагалась в помещении выставочного зала Союза художников СССР на Кузнецком мосту. Реакция на происходящее должна была быть молниеносной, поэтому работа шла круглосуточно в три смены: на столах, на полу, во всех углах безостановочно что-то рисовали, резали, клеили, сочиняли, редактировали. Это позволяло добиваться газетной оперативности: на многие события редакция откликалась в тот же день, когда о них писала пресса.

За первые два года работы «Окна ТАСС» из небольшой, практически кустарной мастерской превратились в организованное предприятие,...

📃 Сергей Брестский, или Всесоюзный комитет справедливости

«Сергей Брестский» – так в 1971 г. писатель и драматург, лауреат Ленинской премии 1965 г. за книгу «Брестская крепость» Сергей Сергеевич Смирнов подписался в поздравительной телеграмме к известному артисту, идентифицируя себя в потоке его корреспондентов. С середины 1950-х гг. до самой смерти в 1976 г. Сергей Смирнов был самым востребованным и любимым публицистом и писателем в нашей стране. По словам Ираклия Андроникова, его по праву можно было бы назвать народным писателем России. Среди множества заголовков статей и воспоминаний, посвященных С.С. Смирнову, выделим два из них: «Певец ратного подвига» (К.М. Симонов) и «Русский из русских» (Ч. Сноу).

Главной в творческой судьбе писателя стала работа над темой обороны Брестской крепости. Первым он обратился к теме лета 1941 г. как к героическому периоду в истории нашей армии. Первым вступил он и на трудный путь реабилитации воинов, погибших в 1941 г. или побывавших в плену.

Ираклий Андроников определил жанр его произведения как «научный поиск». Евгений Долматовский отмечал, что хотя книга Смирнова породила целую серию книг-поисков, «Брестская крепость» осталась неповторимым произведением в советской литературе».

Уникальными можно назвать созданные С.С. Смирновым радио- и телепередачи «Рассказы о героях», «Подвиг», «Поиск», во время которых улицы городов пустели. Его передачи положили начало массовому патриотическому движению по поиску неизвестных солдат. Он как ни один писатель в СССР получил более миллиона писем от радиослушателей и телезрителей. Удивителен объем его работы с письмами людей и главное – степень его участия в их судьбах. Михаил Дудин вспоминал, что для Сергея Сергеевича не было чужого горя.

С.С. Смирнов родился в семье инженера. В 1932 г. он поступил в Московский энергетический институт, который окончил в 1937-м без защиты диплома, так как в том же году поступил в Литературный институт Союза писателей, где проучился с 1937 по 1941 гг. Печататься в газетах начал с 1934 г. В 1937–1940 гг. работал литературным сотрудником в редакции газеты «Гудок», писал очерки о делах и судьбах тружеников железнодорожного транспорта.

В войну Смирнов служил в артиллерии, а затем в качестве военного журналиста – в редакции фронтовой газеты «Мужество». В составе Красной армии в 1944–1945 гг. прошел через Румынию, Чехословакию, Венгрию, Югославию, Австрию.

В 1947 г. вышла книга его очерков «В боях за Будапешт», которая стала основой документальной повести «На полях Венгрии» (1954), и тогда же, в 1954-м, была издана документальная повесть «Сталинград на Днепре» (Корсунь-Шевченковская операция) – о событиях Великой войны, участником которых был он сам. Но с конца 1953 г. главной для него темой становится загадочная и ставшая легендарной история обороны Брестской крепости.

Смирнов собирался писать пьесу «Крепость над Бугом», а затем очерк об этом сражении. И.Л. Андроников посоветовал ему собрать материал о защитниках крепости, обратившись к многомиллионной аудитории страны через радио. Смирнов начал выступать на радио с рассказами об обороне Брестской крепости. После первого рассказа в 1954 г. на радио поступило около 300 писем. В результате перед писателем начал «разматываться клубок» из истории обороны Брестской крепости и Великой Отечественной войны в целом, сотканной из человеческих судеб и малоизвестных фактов, а задуманный очерк перерос в уникальную книгу.

В 1956 г. вышла книга «Крепость на границе». По всей стране зазвучало имя Брестской крепости, а 3 января 1957 г. был опубликован Указ Президиума Верховного совета СССР о награждении первой группы участников брестской обороны. В 1957 г. книга, дополненная и переработанная, получила название «В поисках героев Брестской крепости», в 1961-м – «Герои Брестской крепости», а в 1964 г. вышел окончательный вариант книги – «Брестская крепость».

В обращении к защитникам Брестской крепости в предисловии книги он писал: «Я был участником войны и немало видел в те памятные годы. Но именно подвиг защитников Брестской крепости как бы новым светом озарил всё...

📃 Российский политический и государственный деятель
А.Ф. Керенский

Александр Федорович Керенский родился в 1881 г. в городе Симбирске (ныне Ульяновск) в семье учителя русской словесности Федора Михайловича Керенского, возглавлявшего на момент рождения сына Симбирскую мужскую гимназию. Примечательно, что в ту пору в этом учебном заведении обучался будущий вождь Октябрьской революции Владимир Ульянов, а его отец, Илья Николаевич, был инспектором народных училищ Симбирской губернии, то есть фактически – начальником Ф.М. Керенского.

Обе семьи хорошо знали друг друга и поддерживали теплые, дружеские отношения. После кончины главы семейства Керенские помогали Ульяновым, а когда был казнен за подготовку убийства императора Александр Ульянов, директор гимназии дал отличную характеристику его младшему брату Владимиру, благодаря чему тот успешно поступил в Казанский университет.

В 1889 г. отец Керенского был назначен главным инспектором народных училищ Туркестанского края и переехал с семьей в Ташкент. Здесь восьмилетний Саша поступил в гимназию, которую закончил через десять лет с золотой медалью. Он стал студентом Санкт-Петербургского университета.

Молодой Керенский слыл юношей честолюбивым, образованным и трудолюбивым, хотя не отличался изысканностью манер. Он с увлечением учился, отдавая предпочтение естественнонаучным дисциплинам. Однако это не мешало ему принимать активное участие в общественной жизни и увлекаться политической, в том числе и нелегальной литературой. В то время многие молодые люди были заражены идеей революционного переустройства жизни в России. Не остался в стороне и юный А.Ф. Керенский, тем более что в «просвещенной» среде не быть вовлеченным в борьбу против существующей власти, или хотя бы в ее осуждение, считалось дурным тоном.

На втором году обучения Керенский, спасаясь от отчисления из университета, вынужден был взять академический отпуск и уехать к родителям в Ташкент. Здесь в кругу сверстников и единомышленников он упивался своим положением «ссыльного», однако отец убедил Александра сначала получить образование, а уже потом заняться переустройством страны, если не пройдет в этом охота. Охота, как видим, не прошла...

В 1904 г. Керенский успешно окончил университет, женился на курсистке Ольге Барановской и получил должность помощника присяжного поверенного. Одержимый идеями преобразования российского общества, начинающий адвокат сблизился с деятелями Союза освобождения, объединявшего в своих рядах либеральную интеллигенцию. Симпатизируя идеям социал-революционеров (эсеров), Керенский взялся за редактирование их партийной газеты «Буревестник». От него же во время революции 1905 г. исходила идея убийства государя Николая II, но руководители эсеров ее отвергли. В декабре 1905 г. Керенский был арестован и до весны следующего года содержался в «Крестах», после чего вместе с семьей его выслали в Ташкент.

Осенью Керенские вернулись в столицу, и энергичный адвокат вновь приступил к защите интересов тех, кого считал незаслуженно обвиненными в правонарушениях, в основном из-за выступлений против властей. Широкую известность Керенскому принесло участие в деле о Ленском расстреле рабочих. Результатом расследования стала ликвидация монопольного положения компании Лензолото и реорганизация ее администрации.

В 1912 г. известность, полученная Александром Федоровичем в либеральных кругах, помогла ему избраться в IV Государственную думу. Тогда же он был принят в масонскую ложу «Великий Восток народов России», что было необыкновенно модно и престижно среди либералов. С этого времени взошла политическая звезда Керенского. Он начинает активно выступать с думской трибуны с критическими речами в адрес правительства и приобретает славу одного из лучших ораторов. Открыто поддерживая революционные идеи, бойкий депутат навлек на себя гнев своей тезки, императрицы Александры Федоровны, которая однажды заметила, что его следовало бы повесить...

С началом Первой мировой войны Керенский сперва сгоряча подписал пацифистскую декларацию «меньшевиков», но вскоре одумался, и перешел на позиции «оборонцев»,...

📃 Какие знания можно почерпнуть на выставке "Уроки географии" и чем она полезна школьникам?

Мнением делится директор Российского государственного архива древних актов Владимир Аракчеев.

📃 Выставка "Уроки географии"

Чем интересны "Уроки географии", какие архивные документы представлены на выставке и почему первые путешественники допускали ошибки при составлении карт, рассказал директор Российского государственного архива древних актов Владимир Аракчеев.

📃 Инициативы советских граждан по увековечению памяти о Великой Отечественной войне

19 января 1942 г. в ленинградской 239-й школе – одной из немногих школ города, которые продолжали работать в блокаду, – завуч и учитель истории Ксения Владимировна Ползикова-Рубец, начиная урок истории в 6 классе, увидела грустные лица и полные тоски глаза школьников. Все в те дни и месяцы тяжело переживали смерть близких, товарищей и учителей. Особенно потрясла школу смерть от истощения всеми любимого учителя географии Александра Марковича.

Желая подбодрить детей, К.В. Ползикова-Рубец решила рассказать им недавно услышанную городскую историю:
«Ребята, у нас в Ленинграде недавно умер старик-художник. В его мастерской стоял леденящий холод, но в этой обстановке он работал стынущими от мороза пальцами и, работая, думал о нас. Среди его работ нашли необыкновенную вещь – небольшую медаль из воска. Я не знаю, что было изображено на ней, но на обороте ее была надпись: «Жил в Ленинграде в 1941–1942 годах». Говорят, старик мечтал, чтобы правительство утвердило проект его медали и чтобы по окончании войны ее получили все те, кто работал в Ленинграде эту зиму».
«А тем, кто умер, ведь нельзя дать медали?» – спросила Катя Леонова, у которой недавно умерли в один день мать и брат.
«Когда-нибудь в самом красивом месте города поставят памятник тем героям-ленинградцам, которые умирали, мечтая дожить до победы», – ответила учительница.
«Этот памятник будет и Александру Марковичу», – убежденно сказала шестиклассница Аня.

Двумя днями ранее, другой ленинградец, писатель и флотский журналист Петр Иосифович Капица, возвращаясь с Петрозавода, где ремонтировались корабли – тральщики и сетевики, вглядывался в лица пешеходов. В основном это были женщины: одни везли вязанки дров, другие – воду, третьи – больных. «Мужчины оказались более хрупкими, они выходят из строя быстрей». «Если будем живы – думал П.И. Капица в пути, еле передвигая ноги, – то надо в самом центре города воздвигнуть памятник безымянной блокаднице – ленинградской женщине, которая взяла на себя тяготы осажденного города, сумела выжить и помочь мужчинам не сдаться врагу. Ленинградка на монументе не будет выглядеть рослой и могучей, какой обычно изображают мать-Родину, ее надо делать хрупкой и худенькой. Ведь все величие ее в том, что вот такая на вид слабенькая женщина сохранила силу духа и сумела одолеть пещерную мглу, почти полюсный холод и смерть. Ее надо поднять на пьедестал вместе с детскими саночками. И пусть в глазах ее светятся не слезы, а непримиримость. Слез не осталось, они давно выплаканы».

Эти дневниковые записи двух ленинградцев от 17 и 19 января 1942 г. – свидетельства того, что задолго до окончания Великой Отечественной мысли о неминуемой победе и вместе с тем – о необходимости сохранения памяти о жертвах и героях войны не покидали советских людей даже в самые тяжелые дни.

Блокадные дневники Ползиковой-Рубец и Капицы впервые были опубликованы в послевоенные годы при жизни авторов и, вполне вероятно, подверглись авторской и редакторской правке. В то же время в архивах сохранились многочисленные письма граждан СССР с предложениями об увековечении памяти о войне. Написанные в военные годы, они уже не редактировались и сразу направлялись адресатам, вскоре после рассмотрения откладывались в архивах. Сохранились такие обращения и в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ). Адресатом писем нередко был Верховный Главнокомандующий И.В. Сталин, зачастую – ответственные лица из его ближнего круга или редакции газет. Все эти документы являются частью вида исторических источников, получившего особенно широкое распространение в советский период и объединяемого под названием «письма во власть». Это не жалобы, не анонимки и не организованные коллективные письма о достижениях. Это конкретные инициативы и проекты. Предложения и просьбы в этих письмах носили не частный, а общественный характер. Авторами их зачастую выступали военнослужащие, высшие офицеры и генералы, видные деятели советской интеллигенции. Обращает на себя внимание факт, что...

📃 «Каменный князь»: к 250-летию со дня рождения П.М. Волконского

Светлейший князь Петр Михайлович Волконский принадлежал к роду Рюриковичей и вел происхождение от князя Михаила Черниговского. Фамилию Волконских его предки получили по реке Волхонке (в древности Волкона, Волконь), на берегах которой в XIV–XV вв. располагалось их вотчинное имение. Прадед Петра Михайловича, князь Александр Дмитриевич Черемной-Волконский, служил во флоте. Дед, Петр Александрович, был председателем Рязанской гражданской палаты. Отец светлейшего князя, Михаил Петрович, служил в Конной гвардии и был уволен в отставку «за болезнью» в чине бригадира.

П.М. Волконский родился в Санкт-Петербурге 25 апреля 1776 г. и был крещен в Пантелеймоновской церкви. Крестным отцом стал его дед по линии матери, известный архитектор, князь Петр Васильевич Макулов. Воспитывался Петр Волконский в доме родителей, которые, по его словам, «всячески старались отыскивать лучших по тогдашнему времени учителей и, по возможности своего состояния, ничего на сие не щадили». В день своего крещения, 30 апреля 1776 г., был записан сержантом в лейб-гвардии Преображенский полк и получил увольнительный паспорт «до окончания наук». Когда юноше исполнилось 16 лет, отец пожелал, чтобы тот ознакомился с настоящей службой. В свободное от учебных занятий время Петр Михайлович стал нести действительную службу. По просьбе дяди, князя Дмитрия Петровича Волконского, Петр Михайлович был переведен сержантом в лейб-гвардии Семеновский полк.

Шефом полка являлся наследник престола, великий князь Александр Павлович, которому в ноябре 1797 г. Волконский был назначен адъютантом. В короткое царствование императора Павла I юный князь прошел в рядах Семеновского полка путь от поручика до полковника и, будучи адъютантом наследника цесаревича, стал известен будущему «Благословенному Монарху». Таким образом было положено начало блестящей карьеры. Принимая во внимание весьма строгие нравы эпохи царствования императора Павла I (за малейшую оплошность офицеры увольнялись со службы), нужно отдать должное стойкому характеру князя Волконского и его умению приспособиться к жестким требованиям.

В день коронации Александра I, 16 сентября 1801 г., 25-летний П.М. Волконский был произведен в генерал-адъютанты. Приближенный к особе государя, Петр Михайлович сохранял его расположение. «Он, и он один, кроме «без лести преданного графа Аракчеева», оставался бессменным другом и спутником Александра», – писал впоследствии великий князь Николай Михайлович.

Во время военных событий 1805 г. князь Волконский был назначен дежурным генералом и генералом-квартирмейстером при корпусе генерала от инфантерии Ф.Ф. Буксгевдена. Особо отличился в сражении под Аустерлицем: повел полк в атаку, в ходе которой удалось взять у французов два орудия. За этот подвиг П.М. Волконский был награжден орденом Святого Георгия 3-й степени, которым особенно гордился.

После подписания Тильзитского мира в 1807 г. П.М. Волконский был командирован во Францию для ознакомления с деятельностью генерального штаба, так как во время войны с Наполеоном в 1805–1807 гг. в организации русской квартирмейстерской части обнаружились недостатки. Из этой командировки Волконский возвратился в 1810 г. и представил «Отчет изучения французской военной системы вообще, французской военно-административной системы, в частности, и французских вспомогательных органов высшего военного управления». Император остался доволен собранными сведениями и назначил Волконского управляющим квартирмейстерской частью, преобразованной в 1815 г. в Главный штаб.

Петру Михайловичу русская армия обязана учреждением училища колонновожатых и созданием военно-топографического бюро карт. В заботе об устройстве вверенного ему Главного штаба, Волконский привел в исполнение давно обдуманное намерение учредить при штабе библиотеку и «для почина» передал в нее из собственной библиотеки 500 книг по военному делу и истории. Совместно с военным министром, генералом М.Б. Барклаем-де-Толли Волконский составил «Учреждение для большой действующей армии», которое было объявлено 27 января 1812...

📃 Государственный реестр уникальных документов Архивного фонда Российской Федерации пополнился документами из фондов РГАЛИ

В 2025 г. в Государственный реестр уникальных документов Архивного фонда Российской Федерации включены пять документов, хранящихся в Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ).

В «есенинский год» Государственный реестр пополнился автографом последней поэмы Сергея Александровича Есенина (1895‒1925) «Черный человек». Это рукопись графитным карандашом на восьми листах с подписью «Сергей Есенин». Как указывает сделанная рукой последней жены поэта Софьи Андреевны Толстой-Есениной запись в нижнем левом углу, было «записано и закончено 12 и 13 ноября 1925 г. Москва», но текст частично идет в старой орфографии: «Чорный человек».

Замысел поэмы возник во время зарубежной поездки С.А. Есенина в 1922‒1923 гг., он упоминал также и о влиянии «маленькой трагедии» А.С. Пушкина «Моцарт и Сальери». Автор читал своим поклонникам «Чёрного человека» осенью 1923 г., вскоре после возвращения на родину. В ноябре 1925 г. произведение было переработано. Слышавшие поэму в авторском чтении отмечали, что опубликованный текст короче и менее трагичен, чем тот, который Есенин читал раньше. Автограф варианта поэмы 1923 г. не сохранился.

«Черный человек» − последнее крупное поэтическое произведение С.А. Есенина, написанное за месяц до его трагической гибели 28 декабря 1925 г. Философская поэма о жертвенной судьбе русского поэта, ответственного за царящее в мире зло, вошла в золотой фонд мировой литературы. В ней выразилась драма тщетности любых попыток понять действительность, проникнуть в тайну бытия. Сочетание конкретности личных переживаний с глубиной обобщений придает поэме глубокий общечеловеческий смысл, ставит этические вопросы искусства и проблемы устройства мира, ответственности каждого за все происходящее и смысла человеческой жизни.

Впервые поэма «Черный человек» была опубликована в журнале «Новый мир» (1926, № 1).

В числе других уникальных документов – автограф стихотворения «Враги сожгли родную хату» М.В. Исаковского (1900−1973) представляет собой текст без подписи автора на двух листах с оборотом, причем в конце указаны дата и место написания: «5-го июля 1945. Переделкино». Стихотворение записано на листах, вырванных из тетради в линейку и вложенных в тетрадную обложку. На ней рукой автора запись: «М. Исаковский Переделкино, 1945».

Первоначальное название «Баллада о возвратившемся солдате» зачеркнуто и сверху написано новое название без кавычек: Враги сожгли родную хату. Текст стихотворения практически беловой, есть только одно исправление в строке: «Он пил – солдат второго взвода...» исправлено на «Он пил – солдат – слуга народа...», ставшее окончательным вариантом стихотворения.

Свое самое пронзительное стихотворение о войне «Враги сожгли родную хату» М.В. Исаковский написал вскоре после окончания Великой Отечественной войны. Это произведение эпического характера отражает трагедию, с которой столкнулись миллионы людей, вернувшихся с фронта и обнаруживших разрушенные дома и погибших близких. Оно адресовано всем гражданам, пережившим войну и ее последствия. Через образ солдата произведение передает масштабную трагедию, что делает его особенно эмоциональным и сильным.

Тема стихотворения ‒ трагедия войны, разрушающей не только города и деревни, но и судьбы людей, оставляющей после себя боль, горечь утрат и непоправимые последствия. Лирический герой ‒ солдат, который возвращается домой после долгих лет войны, но находит пепелище и разоренный дом без хозяйки. Солдат, победивший врага, остается без дома и семьи, и его личная трагедия подчеркивает жестокость войны. Оно напоминает о том, какой ценой досталась Великая Победа.

Впервые стихотворение «Враги сожгли родную хату» было опубликовано в журнале «Знамя» (1946, № 7).

Еще один уникальный документ – записная книжка К.М. Симонова (1915‒1979) с черновыми автографами стихотворений «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины...», «Я пил за тебя под Одессой...» и другими набросками стихотворений, рисунками, записями на 15...

📃 Директор Российского государственного архива литературы и искусства О.А. Шашкова в 135-й день рождения М.А. Булгакова рассказала "РИА Новостям", как складывалась судьба писателя и его пьесы "Дни Турбиных".

РИА Новости: https://ria.ru/20260515/arkhiv-2092572053.html

📃 К 90-летию со дня присвоения Русскому народному хору имени М.Е. Пятницкого статуса профессионального коллектива

Историю возникновения и развития Государственного академического русского народного хора невозможно отделить от личности его организатора — Митрофана Ефимовича Пятницкого, неутомимого пропагандиста русской песни, безмерно увлеченного отечественным фольклором. Именно он в далеком 1911 г. на свои средства привез первую группу певчих крестьян из Воронежской губернии, откуда сам был родом, в Москву.

Их первый концерт состоялся в Малом зале Благородного собрания 17 февраля/2 марта (в этот период крестьяне свободны от основного дела — сельскохозяйственных работ). Вышедших к публике исполнителей в тот момент еще нельзя было назвать полноценным хором — просто из южнорусской глубинки приехало несколько человек, которые даже не имели опыта совместных выступлений. Тогда их концерт состоял из исполнения народных песен отдельными группами по несколько человек. Второй концерт прошел там же на следующий день. И все — «артисты» разъехались по домам. Следующий их выход на сцену случился только через год — у Пятницкого не было средств чаще организовывать подопечным выступления.

Хор получил статус профессионального гораздо позже, уже после кончины его основателя М.Е. Пятницкого, — 5 мая 1936 г., когда был включен в перечень коллективов Московской филармонии. Именно эта дата считается официальным днем рождения коллектива. С этого момента его участники могли целиком посвятить себя исполнительскому творчеству и не разрываться между работой на заводах, вечерними репетициями и выступлениями. Однако вычеркнуть предшествующие 25 лет из жизни хора невозможно.

М.Е. Пятницкий (1864–1927), стоявший у истоков создания коллектива, с хоровым пением был связан с момента рождения — в многодетной семье псаломщика сельской церкви он был девятым ребенком из двенадцати. В семье все хорошо пели: 14 человек — это уже настоящий хор, участники которого владели весьма обширным песенным репертуаром, бытовавшим в то время в воронежских землях.

В 11 лет мальчика с музыкальным слухом и прекрасным голосом отдали в Воронежское духовное училище, где, однако, он надолго не задержался, поскольку преподаватели и наставники не одобряли тяги Митрофана к народному пению. К тому же материальное положение семьи оставляло желать лучшего, и мальчика, едва овладевшего азами грамоты, определили на сахарный завод в селе Садовое, где жили родственники. Там он два года проработал слесарем, затем закончил педагогическое училище, после чего решил попробовать себя на преподавательском поприще в Воронеже. Затем серьезно занялся пением, академической постановкой голоса.

Пятницкий перебирается в Москву. Хотя на тот момент Митрофан уже перешагнул 30-летний рубеж, тогдашний директор Московской консерватории В.И. Сафонов прослушал его и направил в класс итальянского педагога Камилло Эверарди. Однако начинающий певец довольно скоро понял, что освоение итальянского вокального стиля bel canto все больше отдаляло его от любимой русской песенной традиции. Все решила встреча с Ф.И. Шаляпиным, который горячо поддержал Митрофана Ефимовича в его увлечении народной песней.

В 1903 г. Пятницкий становится членом Музыкально-этнографической комиссии при Московском обществе любителей естествознания, антропологии и этнографии, участвует в этнографических концертах, ездит в фольклорные экспедиции, собирая народные песни в родной Воронежской губернии. В этих поездках он знакомится с простыми крестьянами — знатоками древнейших пластов русской народной песни, потрясающими исполнителями. Их от природы поставленные голоса, умение выстраивать сложное многоголосие, подголосками украшая основную мелодию песни — все это произвело на Пятницкого неизгладимое впечатление, которым ему захотелось поделиться с широкой публикой.

Первым шагом на этом пути стала публикация сборника «12 русских народных песен Воронежской губернии» (М. 1904), которую фольклористу пришлось выпустить за свой счет. Интерес к изданию был велик, что позволило его составителю довольно быстро окупить все расходы и...

📃 Строительство первой железной дороги в России в дневниках и переписке членов семьи императора Николая I: к 190-летию события

1836 г. — год создания в России первой железной дороги. 21 марта датируется «Положение об учреждении Общества акционеров для сооружения железной дороги от Санкт-Петербурга до Царского Села с продолжением до Павловска», которое было утверждено Николаем I и вместе с указом императора опубликовано в апреле 1836 г. (Полное собрание законов Российской империи. Собрание второе. Т. 11. № 9009). Царское правительство позволило строить дорогу с привлечением частного капитала, а не только за государственный счет.

Одним из основных акционеров Общества выступил родственник императорской семьи граф А.А. Бобринский. Дочь Николая I великая княжна Ольга Николаевна вспоминала, что когда граф стал непосредственным участником постройки железной дороги, он встретил множество неприятностей: «Враги были неисчислимы... В этом предприятии видели зарождение новой революционной ячейки» (Сон юности. Воспоминания великой княжны Ольги Николаевны // Николай I. Муж. Отец. Император. М. 2000. С. 257). Но деловой авторитет Бобринского сыграл решающую роль: за неделю был собран капитал в размере 3,5 млн рублей.

1 (13) мая началось фактическое строительство железной дороги, которым руководил австрийский инженер Франц фон Герстнер. Столичная публика с нетерпением ожидала ее открытия, с интересом наблюдали за успехами строительства и члены императорской семьи. Девятилетний великий князь Константин Николаевич, второй сын Николая I, в сентябре 1836 г. сделал несколько записей в своем дневнике, из которых видно, что перед самым открытием участка дороги от Царского Села до Павловска он несколько раз ездил вместе с воспитателями смотреть, как продвигается прокладка рельсов:

«21 сентября. Были на железной дороге у Павловска. Прежде не была дорога покрыта железными полосьями, а теперь она покрыта ими... 22 сентября. Был на железной дороге у старой Московской дороги. Последний раз, когда там были, было за несколько шагов от ее покрытия полосьями, а теперь вся. Нам сказали, что в воскресенье будет открытие этой дороги на лошадях... 26 сентября. Когда ездил верхом, я был у железной дороги. Там было очень много народу» (ГА РФ. Ф. 722. Оп. 1. Д. 74. Л. 26 об. – 28).

27 сентября 1836 г. состоялось открытие участка Царское Село — Павловск, но кареты пока еще ходили по рельсам на конной тяге. Первые два состава состояли каждый из двух карет — закрытой и открытой, которые тянули две лошади, запряженные одна за другой. *«Мы поехали верхом смотреть железную дорогу, по которой в первый раз возили 2 кареты 2-мя лошадьми, на каждой было по 70 человек»*, — записал в дневнике цесаревич Александр Николаевич (ГА РФ. Ф. 678. Оп. 1. Д. 286. Л. 130). Ровно через два месяца, 27 ноября, из Павловска в Царское Село впервые поехал поезд с паровой машиной, состоявший из восьми вагонов, в который поместилось 256 пассажиров.

30 октября 1837 г. состоялось официальное открытие железной дороги Санкт-Петербург — Царское Село; первым поездом управлял сам Франц фон Герстнер. С этого времени поезда ходили ежедневно, преимущественно на конной тяге. Паровозы на постоянной основе запустили лишь в апреле 1838 г.

Запуск первых поездов был омрачен несколькими происшествиями. Дочери императора во время пребывания в Царском Селе ежедневно ездили смотреть прибытие паровоза на станцию. Машинист решил продемонстрировать великим княжнам возможности машины, предложив прокатить их до Павловска. Воспитательница не разрешила великим княжнам ехать, вместо них в карету сели фрейлины и учитель рисования художник А.И. Зауервейд. *«Паровоз точно как стрела полетел, Зауервейд замечал по часам, в 2 [минуты] до Павловска.... Благополучно туда, сначала и назад, но, подъезжая к станции, человек, стоящий у развода рельсов, не поняв как-то знака, направил паровоз не в ту сторону, как надо, и он полетел на стоявшие на дороге 6 карет. Машинист все сейчас остановил, однако ж разлет был так велик и удар так силен, что карета, в которой сидели (паровоз ее толкал), поднялась кверху, а...