Уважаемая переводчица фансабит аниме про извинения

Вдогонку пару слов про систему оценок за тесты — для лучшего понимания, что вообще происходит в третьей и четвертой серии. Ринтаро и компания не сдают экзамен (встретите такой перевод — не верьте), они пишут аналог наших обычных контрольных, только в формате теста. В Японии нет оценок за классную и домашнюю работу, а усвоение пройденных тем проверяется на так называемом 中間試験 (буквально — промежуточное испытание). Вот о нем в серии речь и идет.

За тесты (обычно их пять — по пяти предметам) выставляюся баллы, в подавляющем большинстве случаев по 100-балльной системе. В каждом тесте обычно вычисляется средний балл по классу, и пляшут чаще всего от этой печки. Если есть цель поступить в хорошую старшую школу/вуз, то нужно на тестах стабильно набирать выше среднего балла по классу (если метишь в совсем престижное место, то выше 90, а тем, кто в будущем хочет поступить в один из топовых универов типа Тодая, желательно и вовсе стремиться к сотне). Если же задача — просто не остаться на второй год и худо-бедно доучиться до выпуска, то достаточно набирать выше так называемого 赤点 (акатэн, буквально — красная точка), то, что я перевела как неуд. Акатэн обычно равен половине среднего балла по классу. Т.е. если средний балл за тест составляет 70, то акатэн будет равен 35. Бывают вариации, когда это не 0,5, а другой коэффициент (например 0,4 или 0,6), а также балл может быть фиксированным (например 40 независимо от среднего по классу). Но чаще все же это 0,5 от среднего по классу. Получение акатэна не означает, что ученик автоматически остается на второй год — учитывается также посещаемость, отношение к учебе, поведение, а также дается возможность отработки. Но тем не менее это серьезный тревожный звоночек.

Средний балл по классу обычно находится на уровне 60 — 80 баллов, чем круче школа, тем он выше. Поэтому Каоруко в ее элитной гимназии при прочих равных необходимо набирать более высокие баллы, чем Ринтаро в его слабой школе (просто потому, что средний балл по классу выше, т.к. состав сильнее). Если взять средние значения и перевести их на наши реалии, то получится примерно такая картина:

ниже 30 (40) — «двойка»
30 — 60 (40 — 70) — «тройка»
выше 60 (70) — «четверка»
выше 90 — «пятерка»

Без скобок привела типовые значения для школ послабее, в скобках — для школ посильнее. Т.е. первое число типа для Ринтаро, второе — типа для Каоруко. Но конкретные значения в реальности плавают от школы к школе, поэтому воспринимайте просто как условный ориентир. Это именно оценки за обычные тесты, подробнее про них можно прочитать, например, вот тут (на япе). Годовая система оценок устроена сильно сложнее, если кому интересно, можно посмотреть, например, вот этот видос (на русском).

Цветочек на скрине (сами баллы замазала, чтобы не спойлерить) — так называемый ханамару, неофициальная, но желанная оценка стараний ученика. Если учитель рисует его на работе, значит, он доволен и его все устраивает.

Также студия Kafka в начале каждого месяца постит календарик, который можно использовать на смартфоне как обоину. Жаль, что в твиттере эти картинки видят человек пятьдесят: попка прекрасна!

Я тут недавно понял, что Symphonic Rain, мою любимую визуальную новеллу из тех, что я ещё не читал, нарисовал автор Yama no Susume — манги, по которой сделали одно из моих любимых аниме из тех, что я уже посмотрел.

Сейчас на распродаже можно купить за 260 рублей.

В новой серии робот расстреливает деву в купальнике…

betti в рамках стодневного челленджа нарисовала(а) много красоты — загляните в «Медиа»

кек

Быстренько прочитал Fighting Girls — свеженький ваншот авторства Taizan 5 (тут на английском). Две девочки занимаются карате, и несчастная Комэ всё время проигрывает Тиаре, которая её будто бы не замечает.

В целом — те же пассы руками, что и в «Первородном грехе Такопи»: убивающая рутина, орущие мама с папой, вспышка надежды, сменяющаяся безнадегой, монтаж однотипных будней, повторение сюжета от лица второй героини, жизнеутверждающих твист, напоминающий, что ближе, чем заклятая оппонентка, возможно, никого нет и не будет (кто еще поймет твою иступляющую одержимость).

В кимоно спокона и на короткой дистанции выглядит энергичнее и увереннее, чем с пришельцем и скорбным треугольником, да и характеры из двух подробностей куда уместнее на такой перемотке и в контексте гонки за черным поясом/кубком/лайком/etc.

В общем, прочел не без удовольствия, но пока авансов мангаке выписывать не готов.

«Первородный грех Такопи»: чудесное счастье и смерть второго вымысла

Как вы наверняка все в курсе, где-то в период 80–90-х в японской медиакультуре начала формироваться лихорадка по «другим мирам», которая пришла на смену нарративов прошлого и будущего как «третий путь» в попытке выбраться из ужасного настоящего, поскольку первые два пути «всегда ведут к катастрофам». В итоге, в 00-х, после появления всяких гомункулов вроде «Евы», «Лэйн», «Саикано» и прочих, начинает формироваться фундамент произведений, размышляющих о том, что от вымысла все же стоит отказаться, выбрав борьбу как путь к спасению, однако в этот раз уже от повседневности не ужасной, а бесконечной.

Излюбленным приемом для передачи этой идеи становится смерть вымысла внутри вымысла (то есть, как далее и будет в тексте, вымысла второго внутри вымысла первого) – жертва приятной иллюзией ради болезненной, но настоящей «реальности». Обычно этот мотив вписывается в классическую тему «победы над эскапизмом» в историях взросления, однако в случае отаку-культуры, значительная часть которой уже построена на любви к вымыслу, такой прием приобретает гораздо большие драматургию/меланхолию, а также приводит к не всегда однозначным финалам.

В историях сэкай-кея персонажи всегда выбирали вымысел вместо реальности – обусловливалось это, в частности и тем, что игрокам ранних визуальных новелл хотелось, чтобы хотя бы персонажи имели счастливую концовку – это в итоге и породило знаменитые гаремные руты, где пользователь имел возможность «сделать счастливыми всех героинь», без надобности жертвовать кем-то из них.

Эта эмоция продолжает сохраняться и в современных произведениях, однако теперь, как уже было сказано, персонажи выбирают реальность, а вымысел проявляется в образе отдельных существ – например, различных милых зверьков (маскотов), существование которых, равно как и внезапное оборачивание мира в «волшебный», воспринимается героями как нечто само собой разумеющееся.

Эти «зверушки» как раз и представляют собой пример того самого второго вымысла, который начинает формироваться в мире произведения ровно также, как и вымысел первый в мире реальном, – из-за «желаний» («Мадока»), «сожалений» («Летнее время») и «фантазий» («Зомби первой любви»). На этом фоне рефлексия о границе между реальностью и фикшеном переносится на исследования отношений между вымыслом первым и вымыслом вторым.

Например, в манге «Зомби первой любви» (далее – спойлеры) главная героиня с ироничным именем Ева представляет собой призрака, порожденного подсознательными сожалениями протагониста о непрожитой когда-то в детстве первой настоящей любви. Однако вскоре герой повстречается и с настоящей возлюбленной из прошлого – оригиналом созданного симулякра, – и чувства начнет испытывать уже не только к призраку, но и к ней, что к финалу и приведет к этому заведомо понятному банальному любовному треугольнику – что же выбрать: идеальную «холодную» фантазию или болезненную «теплую» реальность.

Тем удивительнее, что Ева, как не раз подчеркивается в произведении, по ходу развития сюжета обретает осознанность и начинает рефлексировать собственное положение в мире и свою дальнейшую судьбу. То есть персонаж становится не просто ленивой метафорой на эскапизм, а таким же живым субъектом, как и остальные кожаные мешки, и теперь, если герой откажется от нее, то та будет вынуждена действительно «умереть», погрузившись в вечное забвение. Разумеется, в итоге протагонист поступит правильно возложит всю ответственность за выбор на плечи Евы, но удивительно само отношение к вымышленному, как к чему-то живому, – жертвующему собой ради «реальности».

И примеры подобных «жертвоприношений» от лица персонажа, которого «не должно было существовать», вы не раз встретите в японской поп-культуре, и знания этого уже в принципе достаточно, чтобы наконец-то перейти к самому «Такопи».