звонок с незнакомого номера. принимаю вызов, но молчу.

— вот смотри, как она сейчас начнёт выёбываться, — говорят в трубке. потом понимают, что я уже на проводе, обиженно сопят и вешают.

кажется, в мошеннических базах напротив моего имени уже стоит какая-то пометка.

в твиттере нарисовали великое и ужасное.

престранная штука: второй раз за последнее время мне СНЯТСЯ СТИХИ. прям целой строфой. и когда я, сослепу их записав, наутро перечитываю, оказывается, что они в целом лучше того, что я сочиняю сознательно. весьма таинственный феномен!

***
Комсорг Валентина сказала: слушай, а может, не будем?
Ведь если Господа нет, то мы исчезнем бесследно.
Да и к чему нам ангелы, коммунизм же завещан людям.
Партком Евгений ответил:
чего-то ты бледная.

Комсорг Валентина сказала: Евгений, а может, не надо?
Я не вполне уверена, что нас встретит Небесный Сталин.
Партком Евгений ей выдал стакан со своим снадобьем
И сказал: страх — буржуазное чувство,
ты что,
отсталая?

Ночь над ними двоими была краснозвёздна и многоока.
Валя сказала:
Женя,
хватит,
не надо,
мне страшно!
Но он нажал на рычаг, и по ним прошёл разряд тока,
И они ушли в небеса
рельсами
Моссельмаша.

посетила мысль, что судьбина (1 шт.) — это единичная нить судьбы.

перечитывая Гаспарова, осознала, что в ХХ веке русскоязычная традиция стихосложения перешла от ПРАВОСТОРОННИХ рифм (то есть таких, для которых важно совпадение звуков после ударного, типа «Бога — дорога») к ЛЕВОСТОРОННИМ (наоборот, для которых важны звуки перед ударным, «бога — боком»).

грешна: всхихикнула.

когда мне было десять лет, мама показала мне фильм Jesus Christ Superstar. она предупредила, что он очень хороший, но сложный, так что мне может быть не всё понятно.

я смутно, но всё-таки представляла себе библейский сюжет, поэтому общую канву уловила. но детали меня действительно удивляли.

— а почему Иуда негр? — спросила я, точно знавшая, что Иуда не был негр.
— потому что это вечная история, и неважно, как эти люди выглядели.
— а почему на него едут танки? в древнем мире не было танков!
— они символизируют его мрачные мысли.
— ...и автоматы тоже поэтому?
— да, потому что военные и стражники в разные эпохи меняются, а суть остаётся.

мне понравилась музыка и общая драма. очень понравилось, что Иуда и Пилат не злодеи (это была свежая мысль). но сильнее всего мне понравились вот эти штуки. я никогда раньше не видела фильмов, где вещи показывались бы не прямо, а переносно.

поэтому я посмотрела кассету с фильмом столько раз, что выучила все песни наизусть. при этом моё знание английского, разумеется, сильно отставало. какой десятилетний ребёнок в состоянии перевести фразу «You Jews produce messiahs by the sackful»? подозреваю, что даже в англоговорящих странах таких немного.

от меня ускользали нюансы и названия, полностью вылетал политический сюжет. лишь годам к двадцати я сообразила, что «We are occupied» — это «мы оккупированы», а не заняты чем-то. лишь к двадцати пяти владела английским достаточно, чтобы расслышать в «For all you care / This bread could be my body» вообще-то изрядно раздражённую интонацию — «вам, быдлу неблагодарному, ведь пофиг что жрать, хлеб или меня; ну так вот, вы меня жрёте, меня!»

то есть в моей голове много лет хранился корпус текстов, который я понимала постепенно — годами и даже десятилетиями. и каждый раз, когда мне (просто по мере овладевания языком) открывался новый нюанс смысла, я радовалась примерно так же, как когда в десять лет мне открылось, что мрачные мысли герои можно показать в фильме не мимикой, а едущими на него танками.

думаю, что на мою любовь и интерес к английскому сохранённый в памяти недопонятый Jesus Christ Superstar повлиял сильнее, чем любые учителя. а забавно прямолинейные, но зато полностью понятные десятилетнему ребёнку объяснения, почему фильм снят вот так, значительно расширили мои горизонты.

к чему я это всё? да к простой морали: дети не тупые. не надо с ними вести себя как с тупыми. и не надо бояться знакомить их со сложными словами и сложными мыслями.

всё пытаюсь и пытаюсь подобрать какие-то слова для происходящего, но Снежная Королева упорно подсовывает лишь буквы «п», «и», «з», «д», «е» и «ц»

[на побыть]

уровень

Где хотела жить Аня?
Аня хотела жить
В здании бизнес-класса
C хорошей подземной парковкой,
С кофейней через дорогу.
А где будет жить Аня?
Она будет жить в говне.

Где хотел жить Валерий?
Валерий хотел жить
В великой советской империи
От Камчатки до Кёнигсберга,
И чтобы все уважали.
А где будет жить Валерий?
Он будет жить в говне.

Где жить хотела Оксана?
Оксана хотела жить
На даче, чтобы выгуливать
Своего самоеда Сашку.
А где будет жить Оксана?

А Оксана не будет жить.

Она умерла на войне.

позвонить бы сейчас Фукуяме,
обложить бы его хуями,
чтобы впредь он думал: а может быть,
не стоит людей обнадёживать?

что в Ереване восхищает — так это состояние уличных (бесхозных) собак. все чистые, толстые, с отличной шерстью, добродушные, в центре — сплошь чипированные (то есть привитые и стерилизованные).

и их все любят. чешешь собаку у магазина — тут же выходит сотрудница дать ей булочку. идёшь по двору — у площадки стоит большая плошка собачьей еды, собака подбегает-перехватывает. не пытается, кстати, схавать всё — потому что в целом сытая.

эта вот уважаемая госпожа полчаса ходила с нами по городу, раз в десять минут ласково и интеллигентно прикусывая меня за пальцы, дабы напомнить, что пришло время выплачивать чесательный налог за услуги гида.

родилась слишком поздно, чтобы исследовать землю; родилась слишком рано, чтобы исследовать космос; родилась идеально в срок, чтобы дважды, блядь, ДВАЖДЫ прожить крах одной и той же империи

[на почувствовать]

одна из наиболее правдоподобных моих гипотез состоит в том, что последние сорок дней мы жили в коматозном бреду Жириновского. а следовательно, сейчас реальность наконец-то начнёт дезинтегрировать. опасайтесь ходить в незнакомые места и надолго задерживаться перед зеркалами — думаю, отключение вычислительных мощностей начнётся с плохо зафиксированных зон и отражающих поверхностей.

Умер Владимир Жириновский.

ЛДПР опровергает. жаль только, не уточняет, о каком законе речь. как я понимаю — кармы, что не отпускает Спящего из колеса сансары, покуда не закончится тот кошмар, что породило его агонизирующее сознание.

ничего особенного, просто ереванская уличная собака пьёт из ереванского уличного фонтанчика ереванскую уличную воду (питьевую) (поэтому пьёт) (очень воспитанная собака).

Папа, прости, я не побеждаю.

Папа, кажется, это конец. Мы ждали волн, но войны не ждали; нас готовили к нервам, но не к войне. Нас учили искать работу получше, не ловить рыбу в мутной воде, чужих — уважать, оппонента — слушать…

А теперь они убивают людей.

Да, я знаю, что хорошо и что плохо, но я не умею биться со злом. Мне повезло родиться в эпоху комфорта. Или не повезло? Был бы я блядью — я ликовал бы. Был бы борцом — так по морде б бил.

А я учился писать слова и договариваться с людьми.

Я предлагал, не требовал крови, увещевал, пытался понять. Я делал как правильные герои — но каток отказался слушать меня. Не договариваются с железом.

Я проиграл.

Так скажи одно —
такой, как выяснилось, бесполезный,

папа,

я всё ещё
твой сынок?