Оказывается, ChatGPT обучается не на академических учебниках, а на человеческих постах.

Для тех, кто далёк от темы — чтобы нейросеть работала, ей нужно обучиться. Обучают нейросети посредством загрузки в них большого количества разных данных.

И я всегда думал (да и не только я — весь мир так думал), что нейронки обучаются на каких-нибудь книгах, экспертных базах знаний и т.д. А оказалось всё немного иначе.

Около 40% обучающих данных пришли из форумных тредов, типа Reddit. Второй по весу источник — Wikipedia, где много фактов (но многие из них не точные). Дальше идут YouTube, Google, Yelp и прочие сервисы.

Получается, что ChatGPT в своих ответах, по большей части, воспроизводит усреднённое мнение толпы 🤔

ChatGPT вводит родительский контроль после трагедии с 16-летним подростком.

Помните недавнюю новость о том, что американский подросток планировал самоубийство и обсуждал это с ChatGPT, который давал ему советы по этой теме?

Так вот, OpenAI начали принимать меры. Теперь родители смогут:
• Связать свой аккаунт с аккаунтом ребёнка;
• Отключать память ChatGPT;
• Получать уведомления о странных запросах ребёнка;
• Устанавливать правила поведения модели.

Функцию разрабатывали более 250 врачей и педиатров из 60 стран.

Уверен, что впереди нас ждет эпоха закручивания гаек, когда все инновационные инструменты будут ограничивать и урезать.

🚌 Теория автовокзала в Хельсинки
Или почему одни люди добиваются выдающихся результатов, а другие нет

Читаю сейчас книгу «4 000 недель» и наткнулся там на одну метафору, которая меня зацепила.

Эту метафору озвучил финский фотограф Арно Рафаэль Минккинен, когда в 2004 году выступал перед студентами в Бостоне.

Минккинен родом из Хельсинки и свою метафору он закрутил вокруг автовокзала в этом городе. Дальше цитирую:

«На большой площади расположено более 20 платформ. В начале каждой из них стоит знак с указанием автобусов, которые отправляются от конкретной платформы. К примеру, на платформе №1 можно сесть на автобусы №21, 71, 58, 33 и 19. Все они едут по одному и тому же маршруту примерно километр, делая остановки через определенные интервалы, а затем расходятся по разным направлениям.

Теперь давайте представим, что каждая остановка на маршруте — это один год жизни фотографа. То есть, третья остановка — это третий год деятельности, и так далее. Допустим, вы три года занимаетесь исключительно съемками ню. Назовем это автобусом №21.

И вот по истечении этого времени вы берете свои лучшие работы и приходите в Музей изящных искусств в Бостоне. Куратор просматривает ваши фотографии и спрашивает, знакомы ли вы с творчеством Ирвинга Пенна (его автобус №71 двигался по тому же маршруту, что и ваш). Или вы показываете свои фотографии в Париже, но вас отсылают к творчеству Билла Брандта (автобус №58), и так далее. Вы в ужасе. Вы вдруг осознаете, что в ваших работах нет ничего уникального, и три года потрачены впустую.

И вот вы уже выскакиваете из своего автобуса, ловите такси (потому что жизнь коротка и все такое) и мчитесь обратно на автовокзал, чтобы перейти на другую платформу.

На этот раз вы идете снимать людей на пляже с высоты подъемного крана. По прошествии трех лет вы устраиваете выставку, но слышите: «Вас Ричард Мисрач вдохновил?», «Смотри, пальмы прямо как у Салли Манн!».

Что происходит дальше? Вы снова разочарованы и снова возвращаетесь на автовокзал в поисках другой платформы. И это будет повторяться каждый раз, как только вы услышите, что вас с кем-то сравнивают».

Т.е. Минккинен говорит о том, что человек в поисках своей уникальности часто мечется и прыгает с ниши на нишу (меняет автобусы), думая, что в другой нише будет успешнее. Но как автобусы в Хельсинки едут сначала по одному пути, так и все люди в какой-то нише сначала идут по одному пути — накапливают знания и опыт, формируют навыки.

И лишь потом, позже, подобно автобусам, каждый из которых движется по своему маршруту, специалисты начинают обретать уникальность и создавать какие-то крутые результаты.

Но когда человек решает «поменять автобус», он откатывается назад и снова едет по «одной общей дороге», так и не «доезжая» до формирования собственной уникальности.

И выход простой — не выходить из автобуса, а ехать дальше.

Тогда, рано или поздно у вас появится свой уникальный стиль и вы сделаете что-то грандиозное в вашей нише.

Думаю, что меня эта метафора зацепила как раз потому, что я раньше был большим любителем попрыгать из автобуса в автобус. Благо, я вроде успокоился и еду в одном автобусе до конечной))

200 дней назад я вписался в челлендж по ежедневному написанию постов в телеграмм-канал и с тех пор каждый день я пишу сюда посты.

Пока это моя самая долгоиграющая привычка.
И одна из самых приятных.

В какие-то дни посты идут легко, есть что сказать, есть что отдать. В какие-то дни приходится прям выжимать из себя. Особенно сложно сейчас, пока я в путешествии с детьми — экспертный контент идет слабо, а превращать канал чисто в личный блог — не хочется.

Ещё я заметил интересный эффект, что по мере роста канала создавать контент становится сложнее. Обостряется чувство ответственности перед аудиторией, и всё меньше хочется давать контент на отвлеченные темы, ведь люди пришли на что-то определённое.

Но одно могу сказать точно — это офигеть какая работа над собой))
Это дисциплинирует и приучает держать фокус на отдавании. Т.е. каждый день я не тупо поглощаю контент других авторов — я всегда думаю о том, а какой свой опыт или знания и могу упаковать в посты для подписчиков моего канала.

Едем дальше.
Следующая значимая точка — 300 дней.
А на годовщину вообще загуляем знатно 😄

Одна из главных задач, которую я хочу закрыть, находясь здесь, в Крыму — взять интервью у бабушки с дедушкой по отцовской линии.

Когда у меня появились дети, я стал задумываться о том, что я могу рассказать им об их прабабушках и прадедушках. И мне пришла в голову идея сделать так, чтобы рассказывал не я, а сами прабабушки и прадедушки. А я всё это запишу и потом смогу показать своим детям.

К сожалению, по маминой линии у меня никого не осталось. Информацию о бабушках и дедушках я могу черпать только из воспоминаний мамы и дяди.

А вот с дедушкой и бабушкой по отцовской линии я ещё имею счастье общаться и из первых уст узнавать, какой была их жизнь.

Они не молодеют, и когда-то их не станет. А память о них останется хотя бы в таких видеофрагментах, которые я смогу показать своим детям и племянникам.

С помощью ChatGPT я подготовил список вопросов — получилось 37 штук. Вопросы про детство, родителей, молодость, мечты, и т.д. — примеры вопросов на прикрепленном скрине.
Подготовил штатив, петлички, телефон — завтра буду записывать.

Очень надеюсь, что получится хотя бы примерно так, как я себе представляю.

Но, в любом случае, что бы в итоге из этого не вышло — это лучше, чем ничего.

Немного нашего деревенского вайба 🙂

Кушаем фрукты, гуляем, много общаюсь с братом и отцом, дышим воздухом. В конце недели уже выдвигаемся домой, в Москву.

Это путешествие подарило мне несколько важных инсайтов, которые я оставлю при себе, но которые мне очень важно было получить. Рад, что мы вот так вот спонтанно сюда вырвались)

Я наконец добрался до фильма «Орудия». Хотел его посмотреть с тех пор, как о нем первые слухи появились. И вот наконец дошли руки.

Завязка интригует.
В одном городке в одну ночь пропадают почти два десятка детей. Все они выходят из дома в одно время и куда-то убегают. Все они — ученики одного класса. И из всего класса не пропадает только один мальчик. Люди не понимают, что произошло, но пытаются разобраться и найти виновного (и больше всего достаётся классной руководительнице этого класса).

И вот вокруг этого разворачивается оооочень добротный хоррор. Не скажу, что он прям страшный. Но жуткий точно. И не типичный. Давно я такого удовольствия от просмотра хорроров не получал.

В общем, рекомендую всем любителям пощекотать себе нервишки.

Наше путешествие подходит к концу. Едем с пацанами домой, в Москву.

Обратно с ними ехать, как будто, сложнее. Может, потому, что едем не одни в купе. А может потому, что они понимают, что их отпуск закончился, в понедельник снова в сад, и потому капризничают)