Есть такое понятие, как "Логика Сна."
У него нет однозначной трактовки, но суть его сводится примерно к одному и тому же: в жизни мы ведём себя сознательно, следуя определённым социальным нормам и принципам. Речь об изначально стабильных людях, да.
В то время, как во сне, в дело вступает подсознание, которое высвобождает на волю всё тёмное и потаённое, без разбора. Желания, нежелания, страхи, случайные мысли.
Оригинальный вариант т/с Twilight Zone был довольно-таки эээ вольнолюбивой антологией, которая смело говорила о том, что считалось, конечно, не табу, но достаточно спорными моментами. Скажем, в невыпущенном пилоте 1958 года главный герой это мужчина крайне невротичного вида, который пришёл к психологу для решения своих проблем со сном. Пятьдесят восьмой это всё ещё пасторальная Америка с открыток из видеоигр серии Fallout: идеальные жёны в фартуках в горошек, мужчины с Мэдисон-авеню с белоснежной улыбкой и идеально причёсанный пригород одноэтажной Америки. А тут, значит, этому всему дан бой.
Всё-таки вышедшая в 1959 году "Сумеречная Зона" успела претерпеть ряд изменений, обзавелась характерным вводным нарративом от автора идеи Рода Серлинга, и, в целом, следовала достаточно чётко прописанным правилам. В каждой серии TZ зритель погружался в мир, который похож на наш, но при этом изрядно от него отличался. Большинство событий следовало вышеупомянутой "логике сна." На волю выпускалось всё потаённое и страшное. Это было какое-то околокошмарное марево, это было королевство кривых зеркал, где всё то же, что и у тебя под боком, но искажённое - и от того более пугающее. Это была неамериканская Америка, она была глобальная, это были всеобщие проблемы. Немалую роль сыграло то, что писали Зону, лучшие фантасты (да и не только) эпохи. В сумме это был идеальный кошмар, от которого можно было проснуться с неприятным послевкусием во рту. Как и должно быть.
О наследии "Зоны" можно говорить много, можно плеваться в Black Mirror, который уже скатился до одномерного мема (загуглите: black mirror in a nutshell), а можно сказать пару слов о реинкарнации 2019 года.
Конечно, говорить о целом сезоне на основе 7 серий из 10 не слишком корректно, но раз это антология, то можно попробовать. Выводы получаются удручающие. От тонкого и осязаемого кошмара не осталось и следа, от полунамёков перешли к лобовому повествованию, а единственным светлым пятном является нарратив Джордана Пила. Ну и, пожалуй, переделка классической истории Ричарда Мэтисона "Кошмар на высоте 20 000 футов." Что же засбоило? Понять трудно. Но ясно то, что это уже никакая не параллельная Америка будущего, прошлого или настоящего. Это обычная Америка эпохи Трампа. И в этом вся беда. Тут нет вечных проблем для каждого, тут есть проблема, существующая "здесь и сейчас." Здесь нет искажений, есть лобовое объявление, кто виноват и неизвестно, что с этим делать. Нет "логики сна." Логики вообще НЕТ.
Скорее всего, переделывать эпохальную Twilight Zone нужно было не дешёвым сценаристам мультсериалов о пубертате и вечернего шоу на канале NBC. Хотя кошмар-то, чего врать, остался. Только это кошмар наследия Рода Серлинга, а не кошмар внутри его "духовного последователя."
Хочется думать, что в конце десятой серии выйдет собранная нейросетью голограмма Рода Серлинга и своим фирменным прокуренным голосом объявит, что эти десять часов были фигментом воображения зрителя, который пребывал в трансе и видел слишком реальные сны здесь... в Сумеречной Зоне.
У него нет однозначной трактовки, но суть его сводится примерно к одному и тому же: в жизни мы ведём себя сознательно, следуя определённым социальным нормам и принципам. Речь об изначально стабильных людях, да.
В то время, как во сне, в дело вступает подсознание, которое высвобождает на волю всё тёмное и потаённое, без разбора. Желания, нежелания, страхи, случайные мысли.
Оригинальный вариант т/с Twilight Zone был довольно-таки эээ вольнолюбивой антологией, которая смело говорила о том, что считалось, конечно, не табу, но достаточно спорными моментами. Скажем, в невыпущенном пилоте 1958 года главный герой это мужчина крайне невротичного вида, который пришёл к психологу для решения своих проблем со сном. Пятьдесят восьмой это всё ещё пасторальная Америка с открыток из видеоигр серии Fallout: идеальные жёны в фартуках в горошек, мужчины с Мэдисон-авеню с белоснежной улыбкой и идеально причёсанный пригород одноэтажной Америки. А тут, значит, этому всему дан бой.
Всё-таки вышедшая в 1959 году "Сумеречная Зона" успела претерпеть ряд изменений, обзавелась характерным вводным нарративом от автора идеи Рода Серлинга, и, в целом, следовала достаточно чётко прописанным правилам. В каждой серии TZ зритель погружался в мир, который похож на наш, но при этом изрядно от него отличался. Большинство событий следовало вышеупомянутой "логике сна." На волю выпускалось всё потаённое и страшное. Это было какое-то околокошмарное марево, это было королевство кривых зеркал, где всё то же, что и у тебя под боком, но искажённое - и от того более пугающее. Это была неамериканская Америка, она была глобальная, это были всеобщие проблемы. Немалую роль сыграло то, что писали Зону, лучшие фантасты (да и не только) эпохи. В сумме это был идеальный кошмар, от которого можно было проснуться с неприятным послевкусием во рту. Как и должно быть.
О наследии "Зоны" можно говорить много, можно плеваться в Black Mirror, который уже скатился до одномерного мема (загуглите: black mirror in a nutshell), а можно сказать пару слов о реинкарнации 2019 года.
Конечно, говорить о целом сезоне на основе 7 серий из 10 не слишком корректно, но раз это антология, то можно попробовать. Выводы получаются удручающие. От тонкого и осязаемого кошмара не осталось и следа, от полунамёков перешли к лобовому повествованию, а единственным светлым пятном является нарратив Джордана Пила. Ну и, пожалуй, переделка классической истории Ричарда Мэтисона "Кошмар на высоте 20 000 футов." Что же засбоило? Понять трудно. Но ясно то, что это уже никакая не параллельная Америка будущего, прошлого или настоящего. Это обычная Америка эпохи Трампа. И в этом вся беда. Тут нет вечных проблем для каждого, тут есть проблема, существующая "здесь и сейчас." Здесь нет искажений, есть лобовое объявление, кто виноват и неизвестно, что с этим делать. Нет "логики сна." Логики вообще НЕТ.
Скорее всего, переделывать эпохальную Twilight Zone нужно было не дешёвым сценаристам мультсериалов о пубертате и вечернего шоу на канале NBC. Хотя кошмар-то, чего врать, остался. Только это кошмар наследия Рода Серлинга, а не кошмар внутри его "духовного последователя."
Хочется думать, что в конце десятой серии выйдет собранная нейросетью голограмма Рода Серлинга и своим фирменным прокуренным голосом объявит, что эти десять часов были фигментом воображения зрителя, который пребывал в трансе и видел слишком реальные сны здесь... в Сумеречной Зоне.
Guava Island (2019), #1 of 42
dir. Hiro Murai
Островок Гуава - это место вне пространства и времени. Это сразу Куба, Гавайи, Венесуэла и им подобные места. Но, в основном, конечно, Куба.
Его создали боги, чтобы на Земле был уголок, где человечество может жить без давящего гнета машин, промышленности и прочих неприятностей. Но, разумеется, время взяло своё, люди последовали его примеру и боги отвернулись от людей.
Притча Хиро Мураи будто, как и сам Гуава, живёт вне времени. Она снята в старомодном 4:3, а зерно, размером с голову воробья, создаёт эффект плёнки, которую достала из гаража несуществующая, но всё равно добродушная чернокожая бабушка. Сделала она это, чтобы рассказать сказку о том, как дух борется с обыденной нуждой, пока на стенах полуразрушенных зданий пишутся хэштеги с важными лозунгами, а спасительная музыка всегда звучит где-то вдалеке, за очередным ЗИЛом или Жигулём, оставшимся после дружбы с уже почившим Советским Союзом.
Дональд Гловер здесь человек-оркестр: и споёт, и сыграет, и спляшет, и рожу скривит. Он один из множества инструментов этого пятидесятиминутного музыкального фильма, который и про принципы Америки расскажет (This is America) и о том, что лето вокруг и никуда не уйдёт, расскажет (Feels Like Summer). Рианна здесь, конечно, не больше, чем сюжетный элемент, но, глядя на неё, легко понять, почему главный герой готов сутками сочинять и петь о любви. Как может быть иначе?
Можно искать глубинный смысл - и наверняка его найти - в вечном противостоянии плохого и хорошего, рабочего и начальника, красного и синего, любви и войны. А можно просто прислушаться к тому, что лежит на поверхности и немножечко отдохнуть. Расслабиться, в конце концов. Пожить.
dir. Hiro Murai
Островок Гуава - это место вне пространства и времени. Это сразу Куба, Гавайи, Венесуэла и им подобные места. Но, в основном, конечно, Куба.
Его создали боги, чтобы на Земле был уголок, где человечество может жить без давящего гнета машин, промышленности и прочих неприятностей. Но, разумеется, время взяло своё, люди последовали его примеру и боги отвернулись от людей.
Притча Хиро Мураи будто, как и сам Гуава, живёт вне времени. Она снята в старомодном 4:3, а зерно, размером с голову воробья, создаёт эффект плёнки, которую достала из гаража несуществующая, но всё равно добродушная чернокожая бабушка. Сделала она это, чтобы рассказать сказку о том, как дух борется с обыденной нуждой, пока на стенах полуразрушенных зданий пишутся хэштеги с важными лозунгами, а спасительная музыка всегда звучит где-то вдалеке, за очередным ЗИЛом или Жигулём, оставшимся после дружбы с уже почившим Советским Союзом.
Дональд Гловер здесь человек-оркестр: и споёт, и сыграет, и спляшет, и рожу скривит. Он один из множества инструментов этого пятидесятиминутного музыкального фильма, который и про принципы Америки расскажет (This is America) и о том, что лето вокруг и никуда не уйдёт, расскажет (Feels Like Summer). Рианна здесь, конечно, не больше, чем сюжетный элемент, но, глядя на неё, легко понять, почему главный герой готов сутками сочинять и петь о любви. Как может быть иначе?
Можно искать глубинный смысл - и наверняка его найти - в вечном противостоянии плохого и хорошего, рабочего и начальника, красного и синего, любви и войны. А можно просто прислушаться к тому, что лежит на поверхности и немножечко отдохнуть. Расслабиться, в конце концов. Пожить.
! ВНИМАНИЕ !
ДАЛЬНЕЙШИЙ ТЕКСТ СОДЕРЖИТ СПОЙЛЕРЫ ПО ВСЕМ ВОСЬМИ СЕЗОНАМ GAME OF THRONES, ВКЛЮЧАЯ СВЕЖЕВЫШЕДШУЮ 8х05!
"Игра Престолов" это, конечно, эпохальное творение. Кому-то расчленёнкой, кому-то заговорами, кому-то сексом и обнажёнкой. Но куда интереснее посмотреть очередную вариацию одной тривиальной тропы.
Речь о Дейенерис Таргариен, матери драконов и негласном маскоте Starbucks. Закреплённая, кажется, братьями Ноланами прописная истина "You either die a hero, or live long enough to see yourself become the villain" применима и к героине миллионов преклонивших колено (и спешно это решение отменяющих). Страньше всего в данной ситуации то, что эти самые миллионы говорят, что они "такого не ожидали." А ведь к этому всё и шло.
Если последовательно раскрутить события всех восьми сезонов, то можно заметить, как Дени из робкой девочки, жившей в страхе перед братом и в его же тени, последовательно сходила с ума и водружала себе на голову, правда, воображаемую, но корону, которую так хотел видеть на себе брат.
Сперва девочка, которой +- 15 лет, против своей воли вступает в брак с Кхалом Дрого, который объезжает её, как коня. Потом этот самый муж выливает на голову её брата чан с плавленым золотом, даря ту самую корону. Потом муж умирает. Потом она садится на три камня, обгорает, выходит из огня с тремя драконьими яйцами. Потом постепенно, чаще всего по воле случая, она побеждает угнетающих и собирает вокруг себя армию. Не сказать, чтобы она не пыталась вести дипломатические переговоры, просто после первого "Дракариса" вошла во вкус и поверила в себя. Далее, плюс-минус, она идёт такой тропой смерти и выжигания вплоть до самого Севера, где сталкивается с суровой реальностью - люди её не признают. К этому моменту она успела обломать зубы с Армией Мёртвых, которые подбили её дракона (кажется, его звали Визерион, ещё один Визер, которого она потеряла), а тут ещё и недоверие простых людей, которые видят в ней лишь наследницу Безумного Короля, который, ну понятно, сумасшедший тиран. Складывая это всё воедино, приходишь к выводу, что Дени это "PTSD Warchild", то бишь, затравмированное дитя, любви почти не знавшее, только смерть и выжигание. Почти - потому что было то да сё, Миссандея, да ещё встречные-поперечные. А тут ещё и племянник решил прервать кровосмесительные традиции. Вишенкой на торте становится убийство сперва одного из двух оставшихся драконов, а потом и казнь Миссандеи, девушки, которая была с ней почти весь путь - а это недопустимо. Когда-то верившая в светлое будущее Вестероса девочка из героя становится обезумевшей матерью с жаждой убивать, анти-героем с амбициями, которому помогают, потому что ну... дракон выжжет?
В краткий пересказ прошлых событий сценаристы решили вставить фразу Тириона Ланнистера "Дети и родители - это разные люди." Возможно, и так. Но о прародителях никто не говорил. В один момент Дени говорит "Fear it will be" и последовательно плюёт на свой титул "Разрушительницы Оков", она окончательно переходит в статус поверившего в себя злодея и выжигает миллион людей в Королевской Гавани. Режиссёр Сапочник специально завершил серию молчаливым пятиминутным проходом Арьи по руинам города. Финал саги близок. Дейенерис действительно достигла своей цели. Но какой ценой?
Герой стал злодеем-узурпатором, круг замкнулся, безумие, смерть и Дракарис. Остаётся вопрос - что с этим делать. Скоро узнаем.
ДАЛЬНЕЙШИЙ ТЕКСТ СОДЕРЖИТ СПОЙЛЕРЫ ПО ВСЕМ ВОСЬМИ СЕЗОНАМ GAME OF THRONES, ВКЛЮЧАЯ СВЕЖЕВЫШЕДШУЮ 8х05!
"Игра Престолов" это, конечно, эпохальное творение. Кому-то расчленёнкой, кому-то заговорами, кому-то сексом и обнажёнкой. Но куда интереснее посмотреть очередную вариацию одной тривиальной тропы.
Речь о Дейенерис Таргариен, матери драконов и негласном маскоте Starbucks. Закреплённая, кажется, братьями Ноланами прописная истина "You either die a hero, or live long enough to see yourself become the villain" применима и к героине миллионов преклонивших колено (и спешно это решение отменяющих). Страньше всего в данной ситуации то, что эти самые миллионы говорят, что они "такого не ожидали." А ведь к этому всё и шло.
Если последовательно раскрутить события всех восьми сезонов, то можно заметить, как Дени из робкой девочки, жившей в страхе перед братом и в его же тени, последовательно сходила с ума и водружала себе на голову, правда, воображаемую, но корону, которую так хотел видеть на себе брат.
Сперва девочка, которой +- 15 лет, против своей воли вступает в брак с Кхалом Дрого, который объезжает её, как коня. Потом этот самый муж выливает на голову её брата чан с плавленым золотом, даря ту самую корону. Потом муж умирает. Потом она садится на три камня, обгорает, выходит из огня с тремя драконьими яйцами. Потом постепенно, чаще всего по воле случая, она побеждает угнетающих и собирает вокруг себя армию. Не сказать, чтобы она не пыталась вести дипломатические переговоры, просто после первого "Дракариса" вошла во вкус и поверила в себя. Далее, плюс-минус, она идёт такой тропой смерти и выжигания вплоть до самого Севера, где сталкивается с суровой реальностью - люди её не признают. К этому моменту она успела обломать зубы с Армией Мёртвых, которые подбили её дракона (кажется, его звали Визерион, ещё один Визер, которого она потеряла), а тут ещё и недоверие простых людей, которые видят в ней лишь наследницу Безумного Короля, который, ну понятно, сумасшедший тиран. Складывая это всё воедино, приходишь к выводу, что Дени это "PTSD Warchild", то бишь, затравмированное дитя, любви почти не знавшее, только смерть и выжигание. Почти - потому что было то да сё, Миссандея, да ещё встречные-поперечные. А тут ещё и племянник решил прервать кровосмесительные традиции. Вишенкой на торте становится убийство сперва одного из двух оставшихся драконов, а потом и казнь Миссандеи, девушки, которая была с ней почти весь путь - а это недопустимо. Когда-то верившая в светлое будущее Вестероса девочка из героя становится обезумевшей матерью с жаждой убивать, анти-героем с амбициями, которому помогают, потому что ну... дракон выжжет?
В краткий пересказ прошлых событий сценаристы решили вставить фразу Тириона Ланнистера "Дети и родители - это разные люди." Возможно, и так. Но о прародителях никто не говорил. В один момент Дени говорит "Fear it will be" и последовательно плюёт на свой титул "Разрушительницы Оков", она окончательно переходит в статус поверившего в себя злодея и выжигает миллион людей в Королевской Гавани. Режиссёр Сапочник специально завершил серию молчаливым пятиминутным проходом Арьи по руинам города. Финал саги близок. Дейенерис действительно достигла своей цели. Но какой ценой?
Герой стал злодеем-узурпатором, круг замкнулся, безумие, смерть и Дракарис. Остаётся вопрос - что с этим делать. Скоро узнаем.
Каждому известна давняя мантра ужаса. "Пугает то, что находится не на своём месте, то, чего там быть не должно физически." Клоун в лесу. Восставший из мёртвых ребёнок. Радиоактивное топливо, вытекающее из взорвавшегося ядерного реактора-РБМК, выпускающее опасные элементы и поражающее многие тысячи километров близлежащей и не очень территории.
По-хорошему, сериал Chernobyl нужно показывать единым пятичасовым сеансом во всех старших классах школы и ВУЗах всей планеты, чтобы люди понимали - ужас он не где-то далеко, он в совсем не мирном атоме, который человек так и не приручил. Когда кажется, что ты видел уже всё, что тебя не проймёт ни один зомби, ни один ночной кошмар, ничего, жизнь напоминает о катастрофе, которой уже тридцать три года, но последствия коей видны и поныне.
Неизвестно, как сериал совместного американо-британского производства, так чётко уловил тот самый советский дух, который до сих пор не вышел в большинстве городов умеревшего СССР. Это, очевидно, магия и мастерство причастных умов. Одинаковые многоэтажки, из которых выбегают люди, которым женский голос монотонно зачитывает, что совет народных депутатов просит их на время покинуть город Припять, в связи с аварией на Чернобыльской АЭС, снимались будто не в Литве двухлетней давности, а в настоящей Припяти ещё в те самые дни.
Здесь ужас кроется в каждом кадре, здесь тревога проникает в голову каждого первого персонажа "А вдруг мы ошиблись? Что делать? Что это такое, в конце концов?" Да, конечно, без некоторой драматизации никуда дела бы не было, но это уже всё мелочи производства, потому что авторы сумели сцапать тот неуловимый хтонический ужас, повисший в воздухе после аварии. Чудовище есть. Радиация. Её не видно, но она убивает. Можно от неё уехать, но от неё всё равно не сбежишь, она хуже любого убийцы, тот может умереть, а у неё период полураспада - 24 000 лет.
Это очень тяжёлый и морально уничтожающий сериал. Представьте себе, что у вас на глазах в фарш перемалывают вагон котят - именно такие ощущения оставляет каждая серия "Чернобыля." Но ты продолжаешь смотреть дальше. Ты знаешь, чем всё кончилось, но не перестаёшь впиваться глазами в разъедаемые радиацией тела, тебе интересно, что дальше. И страшно.
Как не было уже очень давно.
По-хорошему, сериал Chernobyl нужно показывать единым пятичасовым сеансом во всех старших классах школы и ВУЗах всей планеты, чтобы люди понимали - ужас он не где-то далеко, он в совсем не мирном атоме, который человек так и не приручил. Когда кажется, что ты видел уже всё, что тебя не проймёт ни один зомби, ни один ночной кошмар, ничего, жизнь напоминает о катастрофе, которой уже тридцать три года, но последствия коей видны и поныне.
Неизвестно, как сериал совместного американо-британского производства, так чётко уловил тот самый советский дух, который до сих пор не вышел в большинстве городов умеревшего СССР. Это, очевидно, магия и мастерство причастных умов. Одинаковые многоэтажки, из которых выбегают люди, которым женский голос монотонно зачитывает, что совет народных депутатов просит их на время покинуть город Припять, в связи с аварией на Чернобыльской АЭС, снимались будто не в Литве двухлетней давности, а в настоящей Припяти ещё в те самые дни.
Здесь ужас кроется в каждом кадре, здесь тревога проникает в голову каждого первого персонажа "А вдруг мы ошиблись? Что делать? Что это такое, в конце концов?" Да, конечно, без некоторой драматизации никуда дела бы не было, но это уже всё мелочи производства, потому что авторы сумели сцапать тот неуловимый хтонический ужас, повисший в воздухе после аварии. Чудовище есть. Радиация. Её не видно, но она убивает. Можно от неё уехать, но от неё всё равно не сбежишь, она хуже любого убийцы, тот может умереть, а у неё период полураспада - 24 000 лет.
Это очень тяжёлый и морально уничтожающий сериал. Представьте себе, что у вас на глазах в фарш перемалывают вагон котят - именно такие ощущения оставляет каждая серия "Чернобыля." Но ты продолжаешь смотреть дальше. Ты знаешь, чем всё кончилось, но не перестаёшь впиваться глазами в разъедаемые радиацией тела, тебе интересно, что дальше. И страшно.
Как не было уже очень давно.