Тоже Suzanne Treister и там же, но более ранняя. Software / Q. Would you recognize a Virtual Paradise? / Serv-Vel, 1993/1994

My new short piece on Berlin Art Week's highlights for Fine Art Globe : https://fineartglobe.com/exhibitions/berlin-art-week-2025-when-fashion-shines-bright/

Прочитал сборник Дэвида Фостера Уоллеса Oblivion, и поражен сразу в нескольких смыслах.

Сразу о главном – по действию это скорее современное искусство, чем литература.

Технически - поздний литературный модернизм. В рассказах, в основном, нет как такового сюжета (или он совсем не обязателен), и повествование заканчивается тогда, когда автор считает, что сказано достаточно (Mr. Squishy, The Soul is not a Smithy, Oblivion, The Suffering Channel). Текст является самодостаточным актором - все эти круги, усложненное изложение, внутри фразы скобки, длящиеся пару страниц. Another Pioneer – пересказ неназванным рассказчиком неназванным слушателям разговора двух попутчиков о событиях в джунглях, подслушанного им в самолете - и это важно, как и использование юридических латинизмов. Good Old Neon – от лица успешного во внешних проявлениях самоубийцы; это так убедительно, что становится понятно про самого автора, покончившего с собой в 2008. Ну и, конечно, шершавым языком маркетингового проспекта изложенный Mr. Squishy, где из этой бездны прорывается настоящее безумие (в других вещах тоже – как оговорка, между делом, чуть ли не на полях).

Так вот про современное искусство. Если очень общо, то в нем обычно тоже нет как такового нарратива – он может использоваться, но не является исключительно важным. Для выставки, для большой инсталляции важны части и то, как они работают на создание общего эффекта, который может быть никак не артикулирован и возникает из пустоты, из зазоров, из общей поэтики. Одновременное существование вне единого потока времени. Вот и Д. Фостер Уоллес пишет очень сложно и многословно – до тех пор, пока не насоздает достаточно тавтологичных, иногда удушающих образов, которые как-то между собой сопряжены, и это сопряжение, общая конструкция, которую невозможно пересказать так, чтобы это было осмысленно – и есть его ноу-хау. Как многоканальная видео-инсталляция, не рассчитанная на то, что зритель посмотрит все от начала до конца – этих рамок может и не быть, зрители приходят и уходят, когда им вздумается, уловив общий смысл. Я буду, конечно, читать его дальше, и не стану переживать, если брошу (Infinite Jest все-таки зубодробительный, я уже подступался). Да, Томас Пинчон, да, Брет Истон Эллис, да, Уильлям Берроуз. Только эти влияния ничего не объясняют.

Отдельно про The Suffering Channel – это как бы про художника, высирающего буквально свои произведения – навскидку, звучит банально. Был Пьеро Мандзони же. На Манифесте в Цюрихе в 2016 темой было сотрудничество художников с людьми рабочих профессий; Майк Буше (Mike Bouchet) сделал коллаб с ассенизаторами. Город производит в день 80 тонн говна, их и выставили в виде таких прессованных говнокубиков. Короче тема избитая. Но оказывается, что рассказ у Д.Ф.У. и не про художника совсем, и непонятно, это художник или фрик – а вот соковыжималка славы и повернутость на насилии – они как раз не иллюзорны, и сзади маячит 9/11 2001, дата, когда будет уничтожена редакция журнала (то ли собирающегося делать статью, то ли нет), размещавшаяся в башнях-близнецах.

Оказывается, так можно было.

Тем временем, я начал еще писать для Black Square Guide. С тех пор успел работу навестить еще раз, зеленеет не сказать чтобы бодро, но пытается https://bksq.art/events/delcymorelosmadre/