— Господин жрец! Скорее! — она сделала еще несколько широких шагов и остановилась возле служителя, переводя дух. — Я не знала, к кому еще обратиться!
Григ непонимающе на нее уставился, но не спешил вставать с места.
— Да что случилось-то? Ты можешь нормально объяснить?
— Исху хотят сжечь!
Тут уж служитель вскочил, будто каменная скамья превратилась в раскаленную сковороду.
— Что ты имеешь в виду? — растерялся он.
Вопреки обыкновению, он целый день провел у себя в комнатушке, читая книги, и не слышал последних новостей.
— То и имею! Целая толпа идет к ее дому. С факелами!
Забыв о приличиях, та схватила служителя за руку и потащила к выходу.
— Да постой же ты! — уперся тот. — Объясни нормально, что случилось!
Но Сэя, не замечая сопротивления, ломовой лошадью тянула мужчину вдвое крупнее себя вперед.
— По дороге расскажу, — пообещала она, перекрикивая недовольный писк снова давшего о себе знать младенца.

Их двоих можно было отличить друг от друга только по ожерельям, звенящим на шее: на полуобнаженной груди Велиала лежали бусы из пере- плавленных золотых монет, а на груди Осилиала — из серебряных

Я затаила дыхание и замерла.
Мне впервые за все время нашего общения удалось увидеть у него такое разнообразие эмоций. Будто он все время показывал мне лишь половину себя. Ту половину, которую не так-то просто задеть.
Но сейчас он был цельным. Был самим собой, настоящим человеком, а не роботом с отточенными движениями и заготовленными ответами на все вопросы.
И я была впечатлена. Я была очарована и пыталась не подать виду, что мне это нравится.