Руи провёл своего старого друга до нужной комнаты в общежитии. Комната даже меньше, чем у дворецкого.

Камиширо всё ещё пытался вернуть контроль над своим телом. Но оно слушалось не больше 3–4 секунд. Ничтожно мало.

Почему это вообще происходит? нпс-дворецкого ведь не существует, ведь так? Ещё с той сделки. Или он ошибся?

Контроль вернулся. Это шанс.

Рыцарь из своих вещей достал неоткрытую бутылку

вина

. С виду ещё и дорогого.

…Никогда бы в голову не пришло, что он окажется пьяницей. «Он» — это Руи. Контроль совсем пропадёт после первого глотка.

Но, может, это лишь повод на секунду забыть об этом? Отдаться моменту. И пожить как этот нпс без забот, кроме работы.

Дворецкий, сняв свой пиджак, выкинул его на кровать. Сел с рыцарем, смотря на бутылку сверкающими карими глазами.

Кен прыснул со смеху,

открывая бутыль, будто лишь пёрышко оттолкнул. Обжигающий запах распространился в воздухе.

Длинные пальцы взялись за такое желанное лакомство, и без промедления Стратег сделал

смелый глоток из горла бутылки.

Лицо сразу озарила счастливая улыбка. Внутри всё от радости чуть ли не сверкало. Какая-либо скованность в теле и вовсе пропала. Это означает "жить"?

Спустя несколько часов парочка уже была вкрай пьяна, но счастлива.

Они стояли, смотря на звёзды из окна. Дворецкий поднял бутылку к губам, чтобы сделать ещё один глоток, как чужая грубая рука его остановила.

Стратег лёг на подоконник, стоило алкоголю ударить в голову. Мир вокруг кружился, но это не было неприятным ощущением. Мозг становился всё тяжелее и тяжелее. Мысли всё гуще и гуще, что путались и не появлялись.

Пустая голова так расслабляла.

Рыцарь забрал из рук друга наполовину пустую бутылку.

Кен взглянул на звёзды на небе.

Дворецкий посмотрел на своего друга. Он уже спустился чуть ниже, чтобы любоваться лицом стратега.

Асахи улыбнулся. Стратег смотрел непонимающим видом.

Дворецкий улыбнулся криво, пьяно, но искренне. Он больше имел в виду дружеские чувства, не думая о чём-либо ещё.

Но Асахи этого не понять. Хоть немного трезвый рыцарь уже всё решил. Шестерёнки в его голове, правда, крутились медленнее, чем следовало.

Кен потянулся к чужому лицу. Аккуратно поднял голову, направив её к себе. Его дыхание было таким горячим, что выжигало…

Золотые глаза слегка расширились от неожиданности. Но голова была слишком пуста, чтобы думать трезво.

Асахи отстранился спустя пару секунд. Он был весь красный. Щёки горели, губы опухли.

Камиширо и сам не понял, как добавил суффикс. И сам не понял, как потянулся на повторный поцелуй.

На лице была нежная, но такая счастливая улыбка.

Асахи же лишь улыбнулся шире. Глаза заискрили искренним счастьем.