Первый самолет взлетел над Пермью в 1911 году, то есть почти тогда же, когда и в мировых столицах. Управлял им знаменитый пермский поэт Василий Каменский, 135-летие которого в этом году бурно празднует вся Пермь. Он же и придумал само слово «самолет». До него летательные аппараты называли на иностранный манер – аэроплан.

Первый полет, состоявшийся на ипподроме, который раньше находился в районе ДК Солдатова, закончился конфузом: самолет зацепился за забор и позорно рухнул на землю на глазах у большого количества зевак. Но это было, как дождичек в дорогу, хорошим предзнаменованием – весь следующий век Пермь прокладывала дорогу в небо и была одним из признанных центров авиастроения, причем не только в СССР. Здесь проектировали и производили моторы – сердце самолета.

Но это было потом, через десятилетия, вначале же самолет был всего лишь любопытным аттракционом. Взлетной полосой, после неудачи на ипподроме, стал песчаный берег Верхней Курьи. Пилоты развлекались, пугая пассажиров пароходов.

Как вид транспорта, авиация пришла в Пермь в 1933 году. Первый городской аэродром располагался на Городских Горках и занимал огромную площадь, вдоль всего нынешнего бульвара Гагарина. В 1939 году был построен аэровокзал, который находился там, где сейчас школа № 112 (ул. Дружбы, 18). Старожилы рассказывают, что вплоть до 70-х на территории школы стоял огромный ангар, в котором хранили театральные декорации – все, что осталось от аэропорта и аэровокзала. Потом и его снесли.

Регулярные пассажирские рейсы и грузовые перевозки начались только с февраля 1940 года. За первый год работы пермский авиаотряд перевез двести пассажиров.

В войну, по крайней мере, на заводе Сталина, самолеты были как личные автомобили. Свой самолет был у конструктора Аркадия Швецова и директора Анатолия Солдатова, которым часто необходимо было бывать в Москве. Свой авиатранспорт был и у снабженцев: на нем летали и за продуктами в близлежащие деревни, и за деталями на заводы соседних городов, а при необходимости даже догоняли поезда. Были случаи, когда из-за срочности, садились прямо на площадь перед заводоуправлением.

Зимой идеальным аэродромами были замерзшие реки, пруды и озера. На них принимающая сторона разжигала костры и факелы и самолеты, точнее даже, самолетики, садились и в темноте.

На снимке: Транспортный самолет ПС-84 и его экипаж. Предположительно, аэродром на Городских Горках, 40-е годы. Фото из архива ПМЗ.

Городские Горки - огромный район в центре Перми - не мог оставаться взлетным полем. После войны его отдали под жилую застройку. Здесь быстро выросли новенькие кирпичные 5-этажки.

В 1957 году пермский аэродром перенесли в район станции Бахаревка – там было ровное чистое поле, идеально подходящее для взлетно-посадочной полосы.

Самолеты из Бахаревки летали не только по территории края, но в Томск, Ленинград, Москву и даже Алма-Ату.

Первый городской аэропорт, который располагался на Городских Горках, представлял из себя, скорее, избушку, на которой гордо красовалось название города «Молотов». Аэродром в районе станции Бахаревка, который появился в 1957 году, тоже можно было легко спутать с сараем.

Аэропорт Большое Савино, который приступил к работе в 1964 году, тоже поначалу имел непрезентабельный вид.

Здание аэровокзала было построено только в 1967-м. До этого пассажиры и встречающие коротали время в ожидании рейса в строении деревянного типа. Туда же доставили и космонавтов Беляева и Леонова, вывезенных из тайги в марте 1965 года. Рассказывают, что из этого сарая и докладывали по телефону космонавты Брежневу о выполнении задания.

Здание пермского аэровокзала проектировали военные в начале 1960-х годов со своими представлениями о прекрасном. Аэропорт быстро устарел – уже к середине 1970-х пассажирам в нем было тесно – расчетный пассажиропоток был превышен вдвое-втрое, не хватало места и для парковки самолетов. Уже тогда были планы построить специальную полосу для гражданских самолетов, однако, вместо нее был построен аэропорт в Березниках.

Такая деталь – транспортер для багажа в пермском аэропорту появился только после 1985 года, когда пассажиропоток стал максимальным, достигнув в 1989 году 1 млн. 217 тыс. пассажиров.

1967 год. Открытие аэровокзала.

23 апреля 1958 года Пермский телецентр, построенный на Горках, выпустил в эфир первую телепередачу - кинофильм "Поджог рейхстага". До этого телевидение в Перми уже было – работала небольшая антенна в районе ДК Сталина, установленная заводом имени Сталина. Мощность ее была небольшой – и передачи могли смотреть только те, кто жил рядом, в основном, работники завода.

В апреле 1958 года, по сути, началось вещание и на область – по крайней мере в Кунгуре единственный обладатель телевизора «Рубин», работник радиомастерской артели «Передовик», через неделю после пуска в экспериментальном режиме Пермского телецентра, смог принять его сигнал.

Регулярное вещание началось 8 июня, которое и считается днем рождения телевизионного вещания в Пермском крае.

Телевизионное вещание продвигалось по территории Пермской области не спеша. Если первые телепередачи в Перми можно было посмотреть в 1958 году, то в Красновишерске - только в 1988 году! Путь занял примерно 30 лет.

Cигнал на экраны телевизоров попадал благодаря радиорелейным линиям, которые еще нужно было построить. В итоге, черно-белые телепередачи по телевизору возможно стало смотреть в Березниках в 1961 году, в Верещагино в 1962, в Ильинском в 1967, в Чернушке и Чусовом в 1968, в Кизеле, Уинском и Сукусуне в 1970, в Октябрьском в 1971, в Чайковском, Сиве и Частых в 1978, в Большой Соснове и Северном Коммунаре в 1984 году.

Фото из архива Григория Барабанщикова

В чердынском музее истории веры между первым и вторым этажом находится старинная роспись. Долгое время она была скрыта - в рамках антирелигиозной пропаганды ее покрыли зеленой краской. Чтобы расчистить ее, приехали студенты. Но сделать это долго не удавалось - изображение намертво прилепилось к старому покрытию. Тогда поступили радикально: раз спасти роспись не удается, ее закрасили белой краской. На следующее утро сотрудники, придя на работу, застыли в изумлении: краска сошла сама, обнажив картину Страшного суда! Произошло это 11 сентября 2001 года, в день, который разделил мировую историю на "до" и "после".

В апреле 1928 года слились камнерезные артели села Красный Ясыл и деревни Сходской в Горно-Иренское камнерезное товарищество. Считается, что именно это стало началом комбината «Уральский камнерез». Когда-то это было мощнейшее предприятие. Его цеха были расположены в деревнях Павлово, Вторые Ключики и Сходненская, а головная контора, вплоть до 1970-х, – в бывшей церкви села Красный Ясыл.

Во все времена здесь жили сложно: дедовское оборудование, бедность и нужда. Но при этом пели песни и такую продукцию выдавали, что критики не уставали восхищаться. «В цехах – пол из не струганных досок, но тут же – ящики с поставками на экспорт на острова Зеленого Мыса», - изумлялся писатель Владислав Семенов, написавший об «Уральском камнерезе» великую книгу.

Камнерезы «Уральского камнереза» гремели на весь мир. Это была школа, в основе которой лежали принципы, заложенные мастерами фирмы Фаберже – они работали здесь в 1930-е годы. Изделия расходились как горячие пирожки по всему Советскому Союзу. Англия, Япония, Франция, Голландия, США стояли в очередь за птичками, яйцами, лисами, совами из селенита и ангидрита. Был у комбината «Уральский камнерез» столярный цех в Ашапе, который делал знаменитые деревянные ложки. Кроме того, селяне шили матрасы и выпускали кисель.

Сейчас камнерезный промысел откатился на век назад: в Красном Ясыле продолжают работать, по сути, артели и индивидуальные мастера. Но здесь, как и раньше, создают работы музейного уровня.

#чудеса

Однажды, довелось мне на вертолёте лететь с руководством ООО “ЛУКойл-Пермнефть” на дальние скважины. Дорога дальняя, компания хорошая. Ну и разговорились на разные темы.

Николай Кобяков и рассказал, как в 1987 году было произведено два ядерных взрыва на нефтяных скважинах в Пермской области. Он был главным инженером производственного объединения и присутствовал при операции. Потом, когда всё закончилось, они сели в вертолёт и полетели обратно. И тут, откуда ни возьмись, налетел снежный вихрь да такой, что никакой видимости. Едва смогли добраться до места. А дело было в конце апреля! “В Пасху потому что ядерные взрывы решили провести! В Пасху!” – повторял Николай Иванович и было видно, что и спустя десятки лет тот полёт на вертолете в снежную бурю вызывает у него массу эмоций.

В снежный катаклизм в конце апреля охотно верю – вчера в Перми была примерно такая же погода. Кроме того, справочники говорят, что 19 апреля 1987 года на скважинах 404 и 405 в Пермской области были произведены ядерные взрывы для “интенсификации добычи в нефтегазоносных формациях”. И в этот день, действительно, была Пасха.

Светлана Федотова

Пермская демонстрация 1929 года в честь первого мая вошла в историю: часть демонстрантов несла не плакаты или цветы, а бутылки с первой российской нефтью!

Пару недель назад ее открыли недалеко от Верхне-Чусовских Городков.

Фактически, она была получена «диким» бурением, случайно! Скважину бурили совсем не на нефть, а для того, чтобы оконтурить гигантское месторождение калийно-магниевых солей, которое было открыто профессором Преображенским в октябре 1925 года.

А. В. Николаев, директора института неорганической химии Сибирского отделения АН СССР, так рассказывал об этом сенсационном открытии: «После того, как первая скважина дала калий, П. И.Преображенский распорядился заложить еще две по треугольнику на расстоянии 1 км. «И вот, - рассказывал П. И., - в ВСНХ кто-то узнал об этом и шлет мне грозную бумагу – какие-де у меня основания предполагать 1,5 кв. км калийных залежей, и предписывалось прекратить бурение «дальних» скважин и заложить новые в полукилометре от первой, давшей калий. Заложили эти новые скважины, а в это время одна из дальних скважин вошла в калий. Затем вошла вторая «дальняя» и две ближних скважины. Но тут я уже стал интересоваться, где же конец калию. Где ни задам скважину, всюду калий! На карте в сторонке мне бросились в глаза Городки, ну и велел там бурить. Калия-то не оказалось, бромные воды все же нашлись, да еще окаянная нефть. Вот пропасть-то, елки-палки!»

Уже завтра!

Фото: Анатолий Зернин

Эстафета на призы газеты “Звезда”, которая сегодня, 1 мая, в 90-й раз пройдёт по улицам Перми, в советское время была больше, чем легкоатлетическим забегом. Она задумывалась как патриотическая акция – инициатором выступили физкультурники “Союза полиграфистов”. Они предложили таким образом отметить день печати – 5 мая 1930 года.

Меньше всего союз полиграфистов в то время заботило то, что начало мая в нашем климате абсолютно непригодно для массовых забегов. Бывало, и снег еще идёт! Но зачем думать о здоровье спортсменов и комфорте зрителей?

С тех пор изменилось почти всё – место старта, маршрут забега, его протяженность, лидеры, состав команд и способы их формирования. Первая эстафета стартовала в 18 часов вечера, от клуба имени Свердлова в Мотовилихе, а финиш был у редакции газеты “Звезда” на улице Карла Маркса (теперь ул.Сибирская), 8. Победителю вручили переходящее Красное знамя.

Одно время эстафета начиналась от театра оперы и балета, но вскоре старт и финиш перенесли на площадь Окулова, между улицами Куйбышева и Коммунистической. В 1954 году главные события эстафеты переместились на стадион «Центральный» (в дальнейшем - «Юность»).

После того, как в 1969 году был построен новый современный стадион «Звезда» - стартовать и финишировать стали там, но в 1980-е годы эстафета вернулась на привычное место. C 2006 года “Звезду” “приютил” стадион “Динамо”.

К 1970-80-м годам эстафета “Звезда” была хорошо работающим социальным лифтом и главным звеном в системе профессионального спорта Прикамья. Заводы и вузы города боролись за “легионеров” – победа в этой эстафете считалась престижной. Спортсменов устраивали на работу «слесарями» и они ежемесячно получали зарплату. Даже были случаи, что легкоатлетам давали квартиры от предприятий, за команды которых они выступали на эстафете. Кроме того, всем, даже совсем юным спортсменам, в рамках подготовки к главному старту сезона, выдавали талоны на дополнительное питание, а некоторых даже вывозили на сборы.

Были и “шабашки”. Так, пробежать этап за чужую команду стоило 10 рублей. Большие деньги, особенно для студентов. Но столько же стоил тогда тюбик разогревающей мази финалгон, которую, наряду с дешевым апизартроном, вынуждены были применять спортсмены, чтобы не “потянуть” мышцы.

В 1990-2000-е годы, закономерно, всё изменилось. Впрочем, были и исключения. Кто-то из руководства компании «Протон-ПМ», закрывая свой гештальт, набрал в команду легионеров – призеров Олимпийских игр. Они с блеском выиграли эстафету на призы газеты «Звезда» в 2012, 2013 и 2014 годах. В 2015 команда стала второй. Ну и всё на этом.

Как бы то ни было, эстафета на призы многострадальной газеты «Звезда» продолжает оставаться главным праздником спорта в Пермском крае.

С.Ф.

Всем дружеский привет из 1954 года!

Фото: ГАПК

2 мая 1945 года вышло постановление Совета Народных Комиссаров СССР о праздновании пятидесятилетия со дня изобретения радио А. С. Поповым. Война шла к концу, победа была за нами, а радио было главным средством массовой информации. Пермь имела самое непосредственное отношение к этому празднику. Александр Попов здесь учился в Пермской духовной семинарии. Тут проявился его интерес к точным наукам, за который однокашники прозвали его «математиком». В Перми Попов подготовился и поступил на физико-математический факультет Петербургского университета. Свое изобретение он представил 7 мая 1895 года во дворе Петербургского университета. Этот день и отмечается теперь как день радио. В Молотове-Перми перечень праздничных мероприятий был объявлен еще в апреле, а специальная юбилейная комиссия под председательством профессора и ректора университета Романа Мерцлина (1903 – 1971) начала работать ещё раньше.

Центральным событием праздника стала научно-практическая конференция, которая прошла с 9 по 11 мая в университете и военно-морском авиационном училище, которое располагалось в здании бывшей семинарии. Кроме того, в театре оперы и балета 7 мая состоялось общегородское торжественное собрание.

В то же время власти города переименовали улицу Долматовскую в улицу Попова: изобретатель радио, выходец из старинного кунгурского рода священников, жил недалеко от нее. Точный адрес - Петропавловская, 71. В советское время улица получила название Коммунистическая и переименовывать ее сочли политически неграмотным. Другой адрес, связанный с Поповым где он также жил и останавливался, возвращаясь из Петербурга – Екатерининская, 74, тоже не годился. Улица уже называлась Большевистской. На этих домах решено было установить мемориальные доски. Спустя 22 года улица Попова станет одной из главных магистралей города – в её створе появится мост через Каму.

В мае 1945 года в газетах области были опубликованы многочисленные статьи о Попове. Так, орган Молотовского обкома ВКП (б), газета “Звезда”, в числе прочего, рассказала, что когда Попов жил на Петропавловской, то вместе с другими семинаристами, ставил химические опыты в принадлежащей хозяину дома бане. Однажды произошел взрыв и баня сгорела.
Это дом, к тому времени сохранился и принадлежал пермской кондитерской фабрике. Все советское время там планировали открыть дом-музей Попова, - стопятидесятилетнаяя изба с окнами на эспланаду оставалась последним деревянным строением в центре города. В начале 1990-х дом сгорел, а день радио в Перми отмечают возложением цветов к памятнику Попова на улице Попова.

На фото ГАПК - слесарно-литейная мастерская Юды Симановского (1876 – нет данных), которая располагалась на углу улиц Осинская и Пермская.

Аркадий Ют пишет: «он был успешным предпринимателем, талантливым инженером и изобретателем. Почти до середины 1980-х годов, на канализационных люках в Перми можно было увидеть чугунные крышки, на которых было клеймо отливки его мастерской. А еще в начале 1910-х годов Симановский был, как сейчас бы сказали, спонсором первой Пермской сборной футбольной команды (…) После того, как большая каменная синагога (на ул. Екатерининской) была отобрана властями, в деревянном доме Симановского много лет собирался миньян (кворум из десяти взрослых мужчин, старше 13 лет, необходимый для чтения Торы и молитв), отмечались еврейские праздники, изготовлялась маца. Деятельность этого дома, как молитвенного, была прекращена в конце 1952 года».