На тему оценки эффективности PR сказано много. Но, что интересно, все компании используют разные подходы и линейки, чтобы оценить эффективность коммуникационных кампаний. Лично мне всегда интересно наблюдать за отношением к Медиаиндексу. Это показатель, который оценивает качество контента в информационном поле по совокупности разных параметров. Есть компании, в которых его ставят во главу угла и используют как главный KPI. Но чаще всего, собственники бизнеса испытывают к нему странную смесь раздражения.

АКОС проводит полезный опрос среди российских пиарщиков, чтобы выяснить, какие практики и подходы используются для оценки коммуникационных кампаний. Если вы из профессии - заскакивайте в опрос. Расскажите о том, какими пользуетесь метриками и какие задачи поручили бы ИИ.

Пройти опрос можно здесь.

«Британские ученые» доказали, что публикации в СМИ разгоняют инфляцию и индекс потребительских цен. Рост инфляции на 1 пп приводит к росту ожиданий будущей инфляции на 0,7 пп.

«Индекс болтовни» об инфляции в СМИ показал, что такая корреляция действительно есть. Публикации в СМИ искажают то, как компании воспринимают состояние экономики. Даже не просто компании, а руководители этих компаний. Инфляционные ожидания становятся самореализующимися – сотрудники торгуются за большие заработные платы, компании повышают цены и т.д.

А для СМИ все просто – писать о росте инфляции журналистам гораздо интереснее, чем о ее замедлении.

Пройдите тест понимаете ли вы язык зумеров. У меня 5/13, а я вообще-то еще в теме 🤪

Выпускаю монстра

Что будет, если собрать в одном месте 99 каналов про пиар, среди которых есть отличные, хорошие, средние, слабенькие и плохие. Получится папка-монстр.

Вот она. 99 франков 99 каналов про пиар.

В ней все вышеописанные каналы + парочка журналистов, которые пишут про пиар.

БП и UnderПяр не включал. Про них и без меня все знают. Также не вошли с десяток каналов, на которые не подписан. И конечно, вот этот канал, на который я почему-то не был подписан.

Как и прежде считаю папки слабым инструментом в плане продвижения. Но считаю их хорошим инструментом в плане организации работы. Если кто-то создаст папку на 200 каналов про маркетинг, дайте знать, я её сразу себе скачаю.

Пакет с пиарщиками ☝️

Ловите царь-подборку со всеми известными каналами про PR. Их целых 99. Должна признать, что этот пост изменил мое отношение к папкам. Всегда от них отмахивалась, но количество вновь прибывших подписчиков, очень радует! Ребята, расскажите, вы прям всю папку себе бесстрашно добавили?

Обещала написать про копирование. Но сначала пусть будет история про плагиат. Мой личный.

Если что и давалось мне в школе легко, так это уроки литературы. Я читала запоем, знала наизусть море стихов, ходила на олимпиады и легко писала на заданные темы. «Евгений Онегин» был зачитан и местами заучен. Поэтому написать сочинение на тему отношений Евгения Онегина и Татьяны для меня, конечно, не составляло никакого труда.

Никакого. Если бы не Цветаева.

Она влюбилась в них, в Онегина и Татьяну. А я в ее любовь к ним. В то как она переплела их, написанные, и свою, прожитую, жизни. Я обожала каждую строчку, посвященного им признания. Им ли, гению ли Пушкина, не знаю.

И вот, когда пришла пора писать школьное сочинение, прокрутив сто раз в голове текст Цветаевой, я не смогла вставить в него ни слова. Ни одного. Так и сдала. Полностью переписав текст Цветаевой в свою школьную тетрадку.

Я получила 3. Первый и последний раз в своей жизни за сочинение по литературе.

Класс ахнул, а у меня слезы брызнули из глаз – от жгучего стыда и обиды за гений Цветаевой и немного Пушкина, за любовь Татьяны и позднюю – Онегина, за мою к ним ко всем.

И за плагиат, как он есть. За него всегда приходится платить. Спасибо школьной прививке я это знаю. Хотя тройку мне поставили не за это. Тема отношений была не раскрыта.

Я не в Онегина влюбилась, а в Онегина и Татьяну (и, может быть, в Татьяну немножко больше), в них обоих вместе, в любовь. И ни одной своей вещи я потом не писала, не влюбившись одновременно в двух (в нее – немножко больше), не в них двух, а в их любовь. В любовь.

Скамейка, на которой они не сидели, оказалась предопределяющей. Я ни тогда, ни потом, никогда не любила, когда целовались, всегда – когда расставались. Никогда – когда садились, всегда – расходились. Моя первая любовная сцена была нелюбовная: он не любил (это я поняла), потому и не сел, любила она, потому и встала, они ни минуты не были вместе, ничего вместе не делали, делали совершенно обратное: он говорил, она молчала, он не любил, она любила, он ушел, она осталась, так что если поднять занавес – она одна стоит, а может быть, опять сидит, потому что стояла она только потому, что он стоял, а потом рухнула и так будет сидеть вечно. Татьяна на той скамейке сидит вечно.

Эта первая моя любовная сцена предопределила все мои последующие, всю страсть во мне несчастной, невзаимной, невозможной любви. Я с той самой минуты не захотела быть счастливой и этим себя на нелюбовь – обрекла. <...>

Но еще одно, не одно, а многое, предопределил во мне «Евгений Онегин». Если я потом всю жизнь по сей последний день всегда первая писала, первая протягивала руку – и руки, не страшась суда – то только потому, что на заре моих дней лежащая Татьяна в книге, при свечке, с растрепанной и переброшенной через грудь косой, это на моих глазах – сделала. И если я потом, когда уходили (всегда – уходили), не только не протягивала вслед рук, а головы не оборачивала, то только потому, что тогда, в саду, Татьяна застыла статуей.

Урок смелости. Урок гордости. Урок верности. Урок судьбы. Урок одиночества.

Все козыри были у нее в руках, чтобы отмстить и свести его с ума, все козыри – чтобы унизить, втоптать в землю той скамьи, сравнять с паркетом той залы, она все это уничтожила одной только обмолвкой: «Я вас люблю, – к чему лукавить?».

К чему лукавить? Да к тому, чтобы торжествовать! А торжествовать – к чему? А вот на это, действительно, нет ответа для Татьяны – внятного, и опять она стоит, в зачарованном кругу залы, как тогда – в зачарованном кругу сада, – в зачарованном кругу своего любовного одиночества, тогда – непонадобившаяся, сейчас – вожделенная, и тогда и ныне – любящая и любимой быть не могущая.

Все козыри были у нее в руках, но она – не играла.

Да, да, девушки, признавайтесь – первые, и потом слушайте отповеди, и потом выходите замуж за почетных раненых, и потом слушайте признания и не снисходите до них – и вы будете в тысячу раз счастливее нашей другой героини, той, у которой от исполнения всех желаний ничего другого не осталось, как лечь на рельсы.

Марина Цветаева, Мой Пушкин
(в слегка сокращенном варианте)

Так вот, плагиат.

Великий хулиган Тарантино постоянно получает обвинения в плагиате. Да он и сам говорит, что «крадет из каждого когда-либо снятого фильма». Знаменитый танец Умы Турман и Траволты - оммаж к «Восемь с половиной» Феллини и Жан-Люку Годару. Но два Оскара, гений и все такое.

Где грань между плагиатом и заимствованием? Что делает следующую работу не вторичным продуктом, а интеллектуальным цитированием?

Переработка имеет творческую ценность, плагиат – нет. Плагиат - суть продукт лени и наглости. Это полное копирование, без указания авторства.

Если изначальный продукт вдохновения был переработан и воплощен в авторской концепции, в нем появляется творческая ценность. Если она превосходит изначальную задумку, мы готовы признать право автора на такую переработку.

Как грамотно заимствовать? Вдохновляться, а не копировать. Перерабатывать идеи не одного человека, а нескольких. Скажут, что это насмотренность 😆