В первом томе "Энциклопедии компьютерных игр" Сергея Водолеева помимо прочего было описание и игры Doom.

Автор не только заботливо перевёл название ("Рок"), но и кратко пересказал содержимое txt-файла с предысторией. Группу маринов подняли по тревоге, когда в лабораториях UAC что-то случилось. Протагонист охранял периметр, пока основная группа погибала в помещениях. Когда всё стихло, не осталось ничего, кроме как следовать за ними туда.

Логичность сюжета оцените сами, но тут к выживанию явно примешан компонент мести. Я вот из-за того, что начал знакомство с Doom с этого текста, а не с самой игры, воспринимал одержимых в первую очередь не как сотрудников службы безопасности UAC, а как сослуживцев протагониста.

Так или иначе, такой вот протагонист в такой вот ситуации был идеальным для того, чтобы быть игровым интерфейсом. Значение имели только навык игрока и темп игры. И как бы главный герой умело был встроен в систему программа-компьютер-игрок.

А вот с какого-то момента в серии игр Doom всё радикально поменялось. Какой-то избранный со своим уникальным местом в космологии, титулами, предназначением. Doom Slayer, понимаешь ли.

И мне это не нравится.

И я бы защищал свой взгляд не апелляцией к вкусу, которая открывала бы возможность говорить, что всё меняется, ты просто был молодой и прочие благоглупости. Я бы как всегда упирал на то, что нечестивые корпорации всё испортили.

Весь этот новый думслеер в колдовских доспехах — это про выверенную метриками идентичность франшизы и не менее выверенную сюжетную драматургию, а не ту особую анонимную жестокость, которая и сделала ранний Doom таким культовым.