«Даже в случае продолжающей оккупации наша независимость станет реальной тогда, когда в сознании башкир произойдет понимание, что Россия — это не наша страна, Москва — не наша столица, а мы можем и должны стать независимыми и свободными.

Дальше останется только подождать удобного момента.

Если же мы будем твердить о «старшем брате», «единой судьбе» и общем бэкграунде с русским народом, если будем верить в возможность как-то договориться, попробовать построить еще одну федерацию, то так и останемся колонизированным народом с последующей неминуемой ассимиляцией.

Потому что русские никогда не поставят нас наравне с собой.

Или мы сами будем вершить свою судьбу, или мы дадим чужим решать за нас судьбу нашу и наших детей.

Если освободимся в своем сознании, то освободимся и физически. Если в сознании останемся рабами, то так и будем жить в тюрьме народов и целовать руки своим надзирателям за миску баланды»