⭐️⭐️🩰⭐️ㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤ ㅤㅤ 🌟
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🌟⪼ㅤㅤㅤㅤㅤ🌟

⭐️⭐️❤️⭐️ㅤㅤㅤ ㅤㅤ ㅤㅤㅤ 🕯️🕯️
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🥹⪼ㅤㅤ ㅤ ㅤ 🕯️🕯️

⭐️⭐️🤩⭐️ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ🤩
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🌕⪼ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ🤩

⭐️⭐️🌹⭐️ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ🤩
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🌟⪼ㅤㅤㅤㅤㅤ🤩

⭐️⭐️🌹⭐️ㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤㅤ ㅤ 🤩
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🎁⪼ㅤㅤㅤㅤㅤ🤩

⭐️⭐️🌟⭐️ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ👁
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🤩⪼ㅤㅤㅤㅤㅤ👁

⭐️⭐️🍵⭐️ㅤㅤㅤ ㅤㅤㅤ ㅤㅤ 🤩
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🖤⪼ㅤㅤㅤㅤㅤ🤩

⭐️⭐️🤩⭐️ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ⭐️
⭐️⭐️⭐️⭐️⪻🌟⪼ㅤㅤ ㅤ ㅤ ⭐️

Зарисовка совместно с СВРИ : Переговоры.

🤩🤩🤩
🤩Сложно было поверить что
🤩этот день настал, всё это
🤩казалось каким-то странным, в хорошем смысле, конечно же. Микаэль действительно вёл свою дочь под венец и именно ощущение её руки всё же отрезвляло и давало понять что всё реально, хотя мужчина искренне полагал что это какой-то очень хороший сон.
Скромная, но уютная церковь будто отражала атмосферу самого мероприятия. Для Священной Империи было непривычно видеть такую пустоту, особенно на свадьбе. Скамьи были почти пусты, музыки не было вовсе, а присутствующих всего четверо, кроме самого СвРИ, но настаивать на более «правильном» торжестве тот не стал, дабы лишний раз не разрушилось то, что только начало строиться. Ведя Амалию, он мельком глянул на гостей, со стороны Мишеля был Франция, который был мужчине не знаком, а со стороны Австрии - Веймарская республика, тоже мало знакомая ему, подле них двоих покоились венцы, которые были особенно значимы для самого СвРИ, в итоге серьёзный взгляд бывшего кайзера зацепился за будущего супруга и ему сразу стало понятно что тот волнуется, выглядит спокойным, но взгляд его бегает и весь он как струна натянут, это и выдавало истинные эмоции, что даже заставило его улыбнуться.
Отпустив руку дочери, священник занял своё место. Начал венчание чтением «Отче наш» и трижды осенил их головыкрёстным знамением.
— Желаешь ли ты, Мишель, взять в супруги Амалию?
— Желаю!
— Желаешь ли ты, Амалия, взять в супруги Мишеля?
- Желаю.
— Благослови, владыка! Благословен Бог наш всегда, ныне и присно, и во веки веков! Аминь.
Затем началось чтение самой длинной молитвы что будет на этом мероприятии, к которой Микаэль привык ещё как несколько веков назад.
— Благослови Владыка! Благословен Бог наш всегда, ныне и присно, и во веки веков! Аминь.
По церкви пронеслось тихое эхо, отразившее последнее слово. СвРИ мельком смотрел то на молодых пред собой, то на свидетелей, чувствуя в себе и вокруг некоторую напряжённость.
— В мире Господу помолимся. Господи, помилуй. О мире свыше и о спасении душ наших Господу помолимся. Господи, помилуй. О мире всего мира, благоденствии святых Божиих Церквей и о соединении всех Господу помолимся. Господи, помилуй. О святом храме сём и о всех, с верою, благоговением и страхом Божиим входящих в него, Господу помолимся.
Продолжая читать молитву, он смочил руки в пиале со святой водой.
— Господи, помилуй. О Великом Господине и отце нашем Святейшем Патриархе Микаэле и о господине нашем высокопреосвященнейшем митрополите Микаэле, почтенном пресвитерстве, во Христе диаконстве, о всём клире и народе Божием Господу помолимся. Господи, помилуй. О Богохранимой стране нашей, властях и воинстве её Господу помолимся. Господи, помилуй.
Кайзер перекрестился, снова намочил руки и перекрестил супругов, возложив свои ладони на их головы - не самая обязательная часть, но в том жесте проявление уважения и заботы.
— О рабе Божием Мишеле и рабе Божией Амалии, ныне обручающихся друг другу, и о спасении их Господу помолимся. Господи, помилуй. Да будут даны им дети к продолжению рода, и всё, ко спасению просимое, Господу помолимся. Господи, помилуй. О ниспослании им любви совершенной, мирной, и помощи, Господу помолимся. Господи, помилуй.
Микаэль чувствовал как сильно напряжён под его рукой француз, что, конечно позабавило его.
«Волнуется, бедный.» — Подумалось ему. — О благословении их в единомыслии и твердой вере, Господу помолимся. Господи, помилуй. О сохранении их в безупречной жизни и поведении, Господу помолимся. Господи, помилуй. Дабы Господь Бог наш даровал им брак честный и ложе непорочное, Господу помолимся. Господи, помилуй. Об избавлении нас от всякой скорби, гнева, беды и нужды Господу помолимся. Господи, помилуй.
«И правильно делает. Отец из меня может и паршивый, но французу я не позволю свою дочь обижать. Бошку откручу.»