Рублевый пузырь. Почему Центробанк перегревает российскую валюту
Медленное снижение ставки не поможет росту экономики и продолжит привлекать спекулянтов. Но выбора у ЦБ нет.
«Рубль переукреплен», его «фундаментальный курс завышен», «обоснованный уровень курса рубля должен быть ниже на n%» – такие слова российских официальных лиц цитирует пресса последние месяцы. Мотивы таких словесных интервенций понятны, новой интриги в них искать не стоит. И тем не менее важно разобраться: так ли далеко убежал рубль от «равновесного уровня» и под влиянием чего это произошло? Ведь если отклонение сейчас велико, то и отскок в обратном направлении будет резким. Каких последствий стоит ждать на этом «пути назад»?
Миф о равновесном курсе
Исходя из обычных закономерностей поведения рубля, пришлось бы констатировать: в феврале и марте 2017 года рубль ведет себя парадоксально. Его ничуть не пошатнула политика Минфина, покупающего валюту в счет нефтяных сверхдоходов. Рубль продолжил укрепляться и после объявления Центробанка о первом за полгода снижении ключевой ставки на 0,25 процентного пункта. И даже разворот нефтяных цен в марте отразился на рубле лишь небольшим снижением, исчерпавшимся в течение недели. Что же тогда управляет рублем?
Для начала придется признать: сегодня в России, как и в других странах со свободным рыночным курсообразованием, уже неактуальна железная связь курса валюты с состоянием текущего счета – балансом экспорта и импорта. Еще 30–40 лет назад, когда колебания валютных курсов были ограничены привязками к другим валютам или золоту, основные проблемы с курсом возникали из-за дисбалансов в международной торговле. Когда какая-либо из стран начинала импортировать больше, чем экспортировать, у нее возникала нехватка твердой валюты, нарастали валютные заимствования, и это рано или поздно вело к валютно-долговому кризису и девальвации.
Нечто похожее Россия пережила в кризис 1998 года. Тогда курс рубля из-за политики «валютного коридора» был необоснованно завышен по отношению к «фундаментальному» уровню, и его резкая девальвация до определенной степени помогла восстановлению экономики. Приток спекулятивных денег на рынок ГКО и последующая их попытка к бегству также имели место, но по сравнению с проблемами неуплаты налогов, невозврата экспортной выручки и вывоза капитала это была не главная причина кризиса.
Сейчас, когда валютное регулирование ушло в прошлое, вместе с ним потеряло смысл и понятие «фундаментального» курса, определяемого в процессе международной торговли. Это произошло хотя бы потому, что любой экспортер, продав нефть или пшеницу и получив валютную выручку, тут же становится финансовым инвестором – он может вернуть валюту на внутренний рынок, а может крутить ее на рынках Лондона или Сингапура. Точно так же импортеру для финансирования своих контрактов совсем не обязательно приходить на внутренний рынок с рублями и покупать необходимое количество долларов или евро. Он вполне может занять эту валюту, в том числе на внешнем рынке. Другими словами, в последние 30–40 лет влияние текущего счета на курс национальной валюты непрерывно снижалось, а влияние счета капитального в той же степени возрастало.
Две ставки
В большинстве экономик мира эти изменения привели к тому, что динамика курса любой валюты с рыночным механизмом ценообразования в значительной степени стала определяться двумя основными ставками: ключевой ставкой центробанка и среднесрочной ставкой по государственным облигациям (например, на 5 или 10 лет). Ставка ЦБ определяет краткосрочную цену денег, а ставка по госдолгу – средне- и долгосрочную.
Медленное снижение ставки не поможет росту экономики и продолжит привлекать спекулянтов. Но выбора у ЦБ нет.
«Рубль переукреплен», его «фундаментальный курс завышен», «обоснованный уровень курса рубля должен быть ниже на n%» – такие слова российских официальных лиц цитирует пресса последние месяцы. Мотивы таких словесных интервенций понятны, новой интриги в них искать не стоит. И тем не менее важно разобраться: так ли далеко убежал рубль от «равновесного уровня» и под влиянием чего это произошло? Ведь если отклонение сейчас велико, то и отскок в обратном направлении будет резким. Каких последствий стоит ждать на этом «пути назад»?
Миф о равновесном курсе
Исходя из обычных закономерностей поведения рубля, пришлось бы констатировать: в феврале и марте 2017 года рубль ведет себя парадоксально. Его ничуть не пошатнула политика Минфина, покупающего валюту в счет нефтяных сверхдоходов. Рубль продолжил укрепляться и после объявления Центробанка о первом за полгода снижении ключевой ставки на 0,25 процентного пункта. И даже разворот нефтяных цен в марте отразился на рубле лишь небольшим снижением, исчерпавшимся в течение недели. Что же тогда управляет рублем?
Для начала придется признать: сегодня в России, как и в других странах со свободным рыночным курсообразованием, уже неактуальна железная связь курса валюты с состоянием текущего счета – балансом экспорта и импорта. Еще 30–40 лет назад, когда колебания валютных курсов были ограничены привязками к другим валютам или золоту, основные проблемы с курсом возникали из-за дисбалансов в международной торговле. Когда какая-либо из стран начинала импортировать больше, чем экспортировать, у нее возникала нехватка твердой валюты, нарастали валютные заимствования, и это рано или поздно вело к валютно-долговому кризису и девальвации.
Нечто похожее Россия пережила в кризис 1998 года. Тогда курс рубля из-за политики «валютного коридора» был необоснованно завышен по отношению к «фундаментальному» уровню, и его резкая девальвация до определенной степени помогла восстановлению экономики. Приток спекулятивных денег на рынок ГКО и последующая их попытка к бегству также имели место, но по сравнению с проблемами неуплаты налогов, невозврата экспортной выручки и вывоза капитала это была не главная причина кризиса.
Сейчас, когда валютное регулирование ушло в прошлое, вместе с ним потеряло смысл и понятие «фундаментального» курса, определяемого в процессе международной торговли. Это произошло хотя бы потому, что любой экспортер, продав нефть или пшеницу и получив валютную выручку, тут же становится финансовым инвестором – он может вернуть валюту на внутренний рынок, а может крутить ее на рынках Лондона или Сингапура. Точно так же импортеру для финансирования своих контрактов совсем не обязательно приходить на внутренний рынок с рублями и покупать необходимое количество долларов или евро. Он вполне может занять эту валюту, в том числе на внешнем рынке. Другими словами, в последние 30–40 лет влияние текущего счета на курс национальной валюты непрерывно снижалось, а влияние счета капитального в той же степени возрастало.
Две ставки
В большинстве экономик мира эти изменения привели к тому, что динамика курса любой валюты с рыночным механизмом ценообразования в значительной степени стала определяться двумя основными ставками: ключевой ставкой центробанка и среднесрочной ставкой по государственным облигациям (например, на 5 или 10 лет). Ставка ЦБ определяет краткосрочную цену денег, а ставка по госдолгу – средне- и долгосрочную.
В результате мы постоянно видим, как валюты развитых стран остро реагируют на ожидания поднятия или снижения ключевой ставки их центральных банков. Труднее наблюдать влияние на курс второго, более медленного механизма – состояния дефицита бюджета и связанного с ним изменения ставок по государственным облигациям. Государственные облигации – инструмент финансирования государственного долга, привлечения инвесторов: чем слабее экономические показатели страны, тем выше должны быть ставки по облигациям, чтобы компенсировать риски. Обратная сторона растущей доходности – снижение номинальной стоимости бумаг. А падающая доходность, наоборот, повышает их стоимость.
Зависимость курса валюты от состояния госдолга легче всего проследить на примере США. При Клинтоне дефицит бюджета непрерывно снижался и вместе с этим рос доллар, затем Буш после событий 11 сентября 2001 года начал войну в Ираке, резко увеличил дефицит бюджета, и все эти траты привели к снижению доллара вплоть до кризиса 2008 года. Затем, пережив кризис 2008–2009 годов, Обама добился улучшения состояния бюджета к 2014 году, что привело к началу резкого роста курса доллара. Сейчас на ожиданиях больших бюджетных трат курс доллара готовится к снижению, даже несмотря на обещанный рост ставки ФРС.
В России курс рубля также во многом повторяет поведение бюджета – падает, когда растет дефицит, и растет, когда бюджетная ситуация начинает улучшаться. Но, так же как и в США, существенные коррективы вносит поведение ставки Центрального банка. В отличие от большинства других стран она у нас сохраняется на высоком уровне. Более того, как следует из официальных и неофициальных заявлений представителей Банка России, если ключевая ставка и будет снижаться, то медленно. В итоге оба фактора подталкивают рубль вверх.
Российский керри трейд
То, к чему приводит такая ситуация на финансовых рынках России, описывается термином «керри трейд». Выгоду этого инструмента сейчас легко недооценить, она неочевидна из простого сравнения ставок.
Напомним механизм керри трейда: инвестор заимствует на западном рынке доллары под 2% годовых, продает их за рубли, хеджирует риски обратной покупки на год под 9%, то есть тратит 11% годовых – в то время как доходность по пятилетним облигациям российского Минфина, которые он покупает на эти рубли, – около 8%. Итог: –3%. В чем смысл?
На деле эти цифры нужно дополнить следующими:
во-первых, основные западные инвесторы покупали российские долги еще в 2016 году, когда ставки по облигациям были 9–10% (+1–2% к 8%);
во-вторых, снижение доходности по государственным облигациям примерно повторяет путь снижения ключевой ставки Банка России, то есть при снижении ключевой ставки на 2 п.п. доходность бумаг постепенно тоже сократится на 2 п.п. Это объясняется тем, что от ключевой ставки напрямую зависит ставка по депозитам; это – прямой конкурент облигаций, и по законам рынка их доходности изменяются одинаково;
в-третьих, снижение доходности облигаций на 1 процентный пункт повышает цену этих облигаций примерно на 5% годовых дополнительно.
Просуммировав все «надбавки», мы получаем: на снижении на 2% в год ставки ЦБ (с 10% начала 2017 года до 8%) иностранные покупатели могут заработать 10–12% в долларах США, не неся при этом практически никакого риска. Такой доходности при таком риске на западных рынках получить практически невозможно. В итоге иностранный капитал продолжает стремиться в рублевые облигации, попутно укрепляя курс российской валюты.
Эти деньги не долгосрочные инвестиции. Они поспешат уйти из России, зафиксировав прибыль, при любом неблагоприятном сигнале или просто по достижении ключевой ставкой определенного уровня. Приведенные выше цифры показывают: этого можно ждать при ключевой ставке 5–6%, но процесс может начаться и раньше.
Зависимость курса валюты от состояния госдолга легче всего проследить на примере США. При Клинтоне дефицит бюджета непрерывно снижался и вместе с этим рос доллар, затем Буш после событий 11 сентября 2001 года начал войну в Ираке, резко увеличил дефицит бюджета, и все эти траты привели к снижению доллара вплоть до кризиса 2008 года. Затем, пережив кризис 2008–2009 годов, Обама добился улучшения состояния бюджета к 2014 году, что привело к началу резкого роста курса доллара. Сейчас на ожиданиях больших бюджетных трат курс доллара готовится к снижению, даже несмотря на обещанный рост ставки ФРС.
В России курс рубля также во многом повторяет поведение бюджета – падает, когда растет дефицит, и растет, когда бюджетная ситуация начинает улучшаться. Но, так же как и в США, существенные коррективы вносит поведение ставки Центрального банка. В отличие от большинства других стран она у нас сохраняется на высоком уровне. Более того, как следует из официальных и неофициальных заявлений представителей Банка России, если ключевая ставка и будет снижаться, то медленно. В итоге оба фактора подталкивают рубль вверх.
Российский керри трейд
То, к чему приводит такая ситуация на финансовых рынках России, описывается термином «керри трейд». Выгоду этого инструмента сейчас легко недооценить, она неочевидна из простого сравнения ставок.
Напомним механизм керри трейда: инвестор заимствует на западном рынке доллары под 2% годовых, продает их за рубли, хеджирует риски обратной покупки на год под 9%, то есть тратит 11% годовых – в то время как доходность по пятилетним облигациям российского Минфина, которые он покупает на эти рубли, – около 8%. Итог: –3%. В чем смысл?
На деле эти цифры нужно дополнить следующими:
во-первых, основные западные инвесторы покупали российские долги еще в 2016 году, когда ставки по облигациям были 9–10% (+1–2% к 8%);
во-вторых, снижение доходности по государственным облигациям примерно повторяет путь снижения ключевой ставки Банка России, то есть при снижении ключевой ставки на 2 п.п. доходность бумаг постепенно тоже сократится на 2 п.п. Это объясняется тем, что от ключевой ставки напрямую зависит ставка по депозитам; это – прямой конкурент облигаций, и по законам рынка их доходности изменяются одинаково;
в-третьих, снижение доходности облигаций на 1 процентный пункт повышает цену этих облигаций примерно на 5% годовых дополнительно.
Просуммировав все «надбавки», мы получаем: на снижении на 2% в год ставки ЦБ (с 10% начала 2017 года до 8%) иностранные покупатели могут заработать 10–12% в долларах США, не неся при этом практически никакого риска. Такой доходности при таком риске на западных рынках получить практически невозможно. В итоге иностранный капитал продолжает стремиться в рублевые облигации, попутно укрепляя курс российской валюты.
Эти деньги не долгосрочные инвестиции. Они поспешат уйти из России, зафиксировав прибыль, при любом неблагоприятном сигнале или просто по достижении ключевой ставкой определенного уровня. Приведенные выше цифры показывают: этого можно ждать при ключевой ставке 5–6%, но процесс может начаться и раньше.
Ответ Центробанка
Основной залог процветания российского керри трейда – максимально медленное и, главное, предсказуемое снижение ключевой ставки. Это именно то, что делает и планирует делать Центробанк. В конце марта он обозначил политику «мелких шагов» – впервые за полгода снизил ключевую ставку на 0,25 процентного пункта, дав понять, что дальнейшее снижение будет идти так же плавно – намного медленнее, чем снижается инфляция.
Но есть ли у Банка России выбор? Если он за короткое время снизит ставку до уровня, когда керри трейд потеряет смысл, мы увидим бегство спекулятивного капитала, рост процентных ставок и ощутимую девальвацию рубля. Этот вариант для Центробанка в его нынешней логике действий исключен: за падением рубля неизбежно последует всплеск инфляции и, значит, новое ужесточение ключевой ставки. Это будет воспринято как неудача антиинфляционной политики ЦБ.
Остается только тот путь, который мы видим сегодня на практике, – снижение ставки маленькими шажками по 0,25 и не более 1 процентного пункта в год. Но неизвестно, что хуже. При всей своей надежности и целенаправленности такая тактика провоцирует притоки спекулятивного капитала, которому все равно, каков курс рубля сейчас – 60, 55 или 50 рублей за доллар – и насколько он далек от «равновесного». Она ведет к ползучему росту курса рубля до той поры, пока ставка – рано или поздно – не достигнет 5–6%, после чего начнется отток «горячих денег».
Заплатить за годы керри трейда придется в любом случае. Но если при быстром варианте под вопросом оказалась бы антиинфляционная политика ЦБ, то при медленном цена вопроса – сохранение высокой кредитной ставки для бизнеса и замораживание инвестиционного процесса в экономике, а также отодвинутая на будущее резкая девальвация рубля.
Основной залог процветания российского керри трейда – максимально медленное и, главное, предсказуемое снижение ключевой ставки. Это именно то, что делает и планирует делать Центробанк. В конце марта он обозначил политику «мелких шагов» – впервые за полгода снизил ключевую ставку на 0,25 процентного пункта, дав понять, что дальнейшее снижение будет идти так же плавно – намного медленнее, чем снижается инфляция.
Но есть ли у Банка России выбор? Если он за короткое время снизит ставку до уровня, когда керри трейд потеряет смысл, мы увидим бегство спекулятивного капитала, рост процентных ставок и ощутимую девальвацию рубля. Этот вариант для Центробанка в его нынешней логике действий исключен: за падением рубля неизбежно последует всплеск инфляции и, значит, новое ужесточение ключевой ставки. Это будет воспринято как неудача антиинфляционной политики ЦБ.
Остается только тот путь, который мы видим сегодня на практике, – снижение ставки маленькими шажками по 0,25 и не более 1 процентного пункта в год. Но неизвестно, что хуже. При всей своей надежности и целенаправленности такая тактика провоцирует притоки спекулятивного капитала, которому все равно, каков курс рубля сейчас – 60, 55 или 50 рублей за доллар – и насколько он далек от «равновесного». Она ведет к ползучему росту курса рубля до той поры, пока ставка – рано или поздно – не достигнет 5–6%, после чего начнется отток «горячих денег».
Заплатить за годы керри трейда придется в любом случае. Но если при быстром варианте под вопросом оказалась бы антиинфляционная политика ЦБ, то при медленном цена вопроса – сохранение высокой кредитной ставки для бизнеса и замораживание инвестиционного процесса в экономике, а также отодвинутая на будущее резкая девальвация рубля.
Проживём без интернета
Россияне плохо себе представляют уровень зависимости от сети.
Новые предложения по введению ограничений в интернете, верно улавливая запретительный тренд, все заметнее отрываются от реальности. Пропаганда запретов при этом очень эффективна, россияне в большинстве соглашаются, что да, надо ограничивать, и даже в принципе готовы к тому, что власть в какой-то момент действительно отключит интернет. Такое «возвращение в Советский Союз» было бы уже настоящей катастрофой.
Конечно, депутаты и представители спецслужб видят в ограничении интернета прежде всего тему, на которой можно тем или иным способом заработать – не деньги, так политический или кадровый капитал. По свежей оценке РСПП, пресловутый пакет Яровой, принятый несмотря на отрицательные отзывы юристов, представителей интернет-отрасли, правозащитников и правового управления Госдумы, к 2019 г. обойдется бюджету в 10 трлн руб. (на момент принятия закона операторы связи оценивали затраты в 5 трлн), а его эффективность в защите от терроризма остается под большим вопросом. Тем не менее большинство респондентов фонда «Общественное мнение» летом 2016 г. поддержали его как способ борьбы с терроризмом.
Очередная инициатива депутата Виталия Милонова предполагает различные ограничения пользования соцсетями (и, конечно, создание государственного органа для контроля за соцсетями, куда ж без него). Милонова пока не поддержали ни его фракция, ни представители исполнительной власти. Как отмечает председатель думского комитета по информационной политике Леонид Левин, «инициатива труднореализуема и говорит о непонимании авторами самой сути интернета и механизмов его работы». Как будто это когда-то мешало.
Депутаты, силовики и тем более простые граждане не только плохо представляют себе работу интернета (и, соответственно, возможность его ограничить и тем более запретить), они плохо представляют себе, насколько сами зависят в своей жизни и работе от интернета в нынешнем виде.
Скажем, по данным ВЦИОМа, за запрет пользования соцсетями лицам моложе 14 лет выступили 62% опрошенных, а против всего 35%. Но еще интереснее ответы на вопросы о том, как, по мнению россиян, изменилась бы их жизнь при полном отключении интернета. В том, что это всерьез изменит их жизнь, признались всего 27% (в том числе 22% уверены, что смогут приспособиться к новым условиям), на 26% это повлияет «крайне слабо», а для 47% не изменится ничего.
То есть пока все прогрессивное человечество (в том числе и некоторые его представители в России) обсуждает четвертую промышленную революцию, big data, искусственный интеллект и налогообложение роботов, конкурирует за скорость цифровизации все новых отраслей экономики и жизни, россияне думают: «Ну, живали и без интернета и снова проживем»?
Право слово, стоило бы отключить на пару дней.
Россияне плохо себе представляют уровень зависимости от сети.
Новые предложения по введению ограничений в интернете, верно улавливая запретительный тренд, все заметнее отрываются от реальности. Пропаганда запретов при этом очень эффективна, россияне в большинстве соглашаются, что да, надо ограничивать, и даже в принципе готовы к тому, что власть в какой-то момент действительно отключит интернет. Такое «возвращение в Советский Союз» было бы уже настоящей катастрофой.
Конечно, депутаты и представители спецслужб видят в ограничении интернета прежде всего тему, на которой можно тем или иным способом заработать – не деньги, так политический или кадровый капитал. По свежей оценке РСПП, пресловутый пакет Яровой, принятый несмотря на отрицательные отзывы юристов, представителей интернет-отрасли, правозащитников и правового управления Госдумы, к 2019 г. обойдется бюджету в 10 трлн руб. (на момент принятия закона операторы связи оценивали затраты в 5 трлн), а его эффективность в защите от терроризма остается под большим вопросом. Тем не менее большинство респондентов фонда «Общественное мнение» летом 2016 г. поддержали его как способ борьбы с терроризмом.
Очередная инициатива депутата Виталия Милонова предполагает различные ограничения пользования соцсетями (и, конечно, создание государственного органа для контроля за соцсетями, куда ж без него). Милонова пока не поддержали ни его фракция, ни представители исполнительной власти. Как отмечает председатель думского комитета по информационной политике Леонид Левин, «инициатива труднореализуема и говорит о непонимании авторами самой сути интернета и механизмов его работы». Как будто это когда-то мешало.
Депутаты, силовики и тем более простые граждане не только плохо представляют себе работу интернета (и, соответственно, возможность его ограничить и тем более запретить), они плохо представляют себе, насколько сами зависят в своей жизни и работе от интернета в нынешнем виде.
Скажем, по данным ВЦИОМа, за запрет пользования соцсетями лицам моложе 14 лет выступили 62% опрошенных, а против всего 35%. Но еще интереснее ответы на вопросы о том, как, по мнению россиян, изменилась бы их жизнь при полном отключении интернета. В том, что это всерьез изменит их жизнь, признались всего 27% (в том числе 22% уверены, что смогут приспособиться к новым условиям), на 26% это повлияет «крайне слабо», а для 47% не изменится ничего.
То есть пока все прогрессивное человечество (в том числе и некоторые его представители в России) обсуждает четвертую промышленную революцию, big data, искусственный интеллект и налогообложение роботов, конкурирует за скорость цифровизации все новых отраслей экономики и жизни, россияне думают: «Ну, живали и без интернета и снова проживем»?
Право слово, стоило бы отключить на пару дней.
Почему Россия Не Эмираты
Объяснение, почему Россия беднее, чем Эмираты. Если коротко - потому что в России слишком много жителей при примерно тех же доходах от нефти. 1,5 млн человек «самых близких» к нефти и ещё 8-10 млн, которым что-то перепадает. Остальные 130 млн мало что получают от сырья.
Проще говоря, Россия - вовсе не должна быть сырьевой страной, как многие думают. Сырьё здесь может прокормить примерно те же 10 млн человек, что и в Эмиратах, остальным же надо работать, забыв о нефти и газе. Но «почему-то» не получается.
https://goo.gl/oNMYPf
Объяснение, почему Россия беднее, чем Эмираты. Если коротко - потому что в России слишком много жителей при примерно тех же доходах от нефти. 1,5 млн человек «самых близких» к нефти и ещё 8-10 млн, которым что-то перепадает. Остальные 130 млн мало что получают от сырья.
Проще говоря, Россия - вовсе не должна быть сырьевой страной, как многие думают. Сырьё здесь может прокормить примерно те же 10 млн человек, что и в Эмиратах, остальным же надо работать, забыв о нефти и газе. Но «почему-то» не получается.
https://goo.gl/oNMYPf
OpenEconomy
Почему мы беднее, чем жители ОАЭ, хотя у нас один источник доходов — нефть?
На вопрос отвечает Яков Миркин, заведующий отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН
Работа Для Всех
Хорошая статья о реальном рынке труда в России, совершенно не похожем на то, что описано в учебниках. Здесь во время кризиса вместо роста безработицы наблюдается снижение доходов работающих. В результате появляются «работающие бедные» - люди, не способные себя содержать, несмотря на наличие работы.
Вмешательство государства в рынок труда в России сильно исказило естественные процессы. Спасти ситуацию помогает неформальная занятость, с которой государство пытается бороться, но, к счастью, безуспешно.
https://goo.gl/MQM9Ch
Хорошая статья о реальном рынке труда в России, совершенно не похожем на то, что описано в учебниках. Здесь во время кризиса вместо роста безработицы наблюдается снижение доходов работающих. В результате появляются «работающие бедные» - люди, не способные себя содержать, несмотря на наличие работы.
Вмешательство государства в рынок труда в России сильно исказило естественные процессы. Спасти ситуацию помогает неформальная занятость, с которой государство пытается бороться, но, к счастью, безуспешно.
https://goo.gl/MQM9Ch
www.kommersant.ru
Благая тень
Почему неформальная занятость полезна для экономики
Энергия — главный ресурс человечества. Точнее, электричество. В обиход оно вошло по историческим меркам совсем недавно, но уже превратилось в источник жизни для нас. Слишком много всего от него зависит: промышленность, производство пищи, водоснабжение, системы управления транспортом, городское освещение, несметное количество приборов и устройств, от лифтов и систем воздухоочистки и вентиляции зданий до вашего ноутбука и мобильника. Если завтра в розетке кончится электричество, сразу начнётся хаос и коллапс. Даже в сельской местности исчезновение электричества будет хоть и не фатальным, но весьма неприятным событием. А для средних и крупных городов это кошмарный сценарий, сравнимый с ковровыми бомбардировками. Электричество — это жизнь.
https://geektimes.ru/company/mailru/blog/287954/
https://geektimes.ru/company/mailru/blog/287954/
geektimes.ru
Если Магомет не идёт к АЭС
Энергия — главный ресурс человечества. Точнее, электричество. В обиход оно вошло по историческим меркам совсем недавно, но уже превратилось в источник жизни...
Роскошная история: после того, как активно продвигаемый Минкультуры фильм «Время первых» провалился в прокате (собрал вдвое меньше прогнозов), на сеансы решили отправить московских школьников. Этому фильму и так выдали дичайшие квоты, но что-то все равно пошло не так. Ну, хоть не солдат отправили, как на стадионах раньше делали. https://republic.ru/posts/81753
republic.ru
Московских школьников отправят на «Время первых» после провала в прокате
Фильм рассказывает о первом выходе человека в открытый космос
В итальянской Вероне на международной выставке вина арестовали продукцию из незаконно аннексированного Крыма. Об этом сообщил 11 апреля глава оккупационной администрации Сергей Аксенов.
«Это хамство. На выставку ряд крымских предприятий повезли свою продукцию, но итальянская полиция вчера по непонятно каким причинам арестовала всю продукцию на выставке», — заявил он.
***
ПО НЕПОНЯТНЫМ ПРИЧИНАМ
«Это хамство. На выставку ряд крымских предприятий повезли свою продукцию, но итальянская полиция вчера по непонятно каким причинам арестовала всю продукцию на выставке», — заявил он.
***
ПО НЕПОНЯТНЫМ ПРИЧИНАМ
Председатель думского комитета по безопасности Василий Пискарев («Единая Россия») и его первый заместитель Эрнест Валеев («Единая Россия») внесли в Госдуму поправки в федеральный закон «О полиции», которые, в частности, предлагают расширить сотрудникам полиции право на применение оружия.
В частности, авторы законопроекта предлагают дополнить ч.5 ст. 23 «Закона о полиции» «запрещается применять огнестрельное оружие с производством выстрела на поражение в отношении женщин» фразой «с видимыми признаками беременности».
Кроме того, законопроект предлагает дать право полицейским стрелять в толпе «в целях предотвращения (пресечения) террористического акта, освобождения заложников, отражения группового вооруженного нападения на критически важные и потенциально опасные объекты, здания, помещения, сооружения или объекты, здания, помещения, сооружения органов государственной власти».
В частности, авторы законопроекта предлагают дополнить ч.5 ст. 23 «Закона о полиции» «запрещается применять огнестрельное оружие с производством выстрела на поражение в отношении женщин» фразой «с видимыми признаками беременности».
Кроме того, законопроект предлагает дать право полицейским стрелять в толпе «в целях предотвращения (пресечения) террористического акта, освобождения заложников, отражения группового вооруженного нападения на критически важные и потенциально опасные объекты, здания, помещения, сооружения или объекты, здания, помещения, сооружения органов государственной власти».
https://politsovet.ru/54978-politika-kak-otyagchayuschee-obstoyatelstvo.html
Всё так, но тут ещё вот что надо понимать:
Политика как форма медиации человеческих интересов чужда не только Путину, но и господствующей культурной матрице как таковой. В "русской системе" власть имеет сакральную, метафизическую природу и никоим образом не выводится из жизненного мира подвластных. Российская власть - это проекция божественного в проявленном мире. Любые попытки её рационализации и интерпретации относительно интересов граждан профанируют корневые основания традиционной культуры. Отсюда столь грубая и неадекватная реакция на казалось бы безобидные попытки призвать власть к ответу. Сам факт диалога с народом срывает мистический ареол с власти, подрывая её основы (а, стало быть, и целостность культурной матрицы). А потому формирование обществом подконтрольной, подотчётной, сменяемой власти это не вопрос политических реформ в России. Это вопрос формирования принципиально иной культурной системы через переосмысление всего исторического опыта русской цивилизации и переоценку её мировоззренческих аксиом. Это формирование европейской русской идентичности на основе либерально-гуманистических ценностей: личной свободы, неприкосновенности собственности и понимания интересов государства как динамической равнодействующей частных интересов граждан.
Всё так, но тут ещё вот что надо понимать:
Политика как форма медиации человеческих интересов чужда не только Путину, но и господствующей культурной матрице как таковой. В "русской системе" власть имеет сакральную, метафизическую природу и никоим образом не выводится из жизненного мира подвластных. Российская власть - это проекция божественного в проявленном мире. Любые попытки её рационализации и интерпретации относительно интересов граждан профанируют корневые основания традиционной культуры. Отсюда столь грубая и неадекватная реакция на казалось бы безобидные попытки призвать власть к ответу. Сам факт диалога с народом срывает мистический ареол с власти, подрывая её основы (а, стало быть, и целостность культурной матрицы). А потому формирование обществом подконтрольной, подотчётной, сменяемой власти это не вопрос политических реформ в России. Это вопрос формирования принципиально иной культурной системы через переосмысление всего исторического опыта русской цивилизации и переоценку её мировоззренческих аксиом. Это формирование европейской русской идентичности на основе либерально-гуманистических ценностей: личной свободы, неприкосновенности собственности и понимания интересов государства как динамической равнодействующей частных интересов граждан.
Политсовет
Политика как отягчающее обстоятельство
«Кому это выгодно? Тем, кто заказывает подобного рода сюжеты и материалы, это, как правило, люди, у которых есть вполне конкретные политические цели. Чего добиваются такого рода люди этими
Чистый отток капитала из России в первом квартале нынешнего года вырос в 1,8 раза по сравнению с аналогичным периодом 2016 года до 15,4 миллиарда долларов. Об этом свидетельствуют материалы Центробанка.
Такой объем вывоза капитала сложился в основном за счет банковских операций по наращиванию иностранных активов, отмечает ЦБ. «В то же время прочие секторы в первом квартале 2017 года выступили нетто-импортерами капитала, нарастив внешние обязательства», — говорится в комментарии на сайте регулятора.
Такой объем вывоза капитала сложился в основном за счет банковских операций по наращиванию иностранных активов, отмечает ЦБ. «В то же время прочие секторы в первом квартале 2017 года выступили нетто-импортерами капитала, нарастив внешние обязательства», — говорится в комментарии на сайте регулятора.
Кудрин представил направление реформ для России
Без дружелюбной внешней политики и доверия значимого экономического роста не будет, посчитали в Центре стратегических разработок.
К середине 2020-х гг. российская экономика способна выйти на темпы роста 4% и выше, посчитали в Центре стратегических разработок (ЦСР), инерционный путь без реформ – это лишь 1,5-2% роста. Направления необходимых реформ, предлагаемых ЦСР, представил его руководитель Алексей Кудрин на пленарном заседании Апрельской конференции Высшей школы экономики. Стратегию экономического развития России до 2035 г. ЦСР готовит для президента Владимира Путина, и до его одобрения она обнародована не будет, говорил ранее Кудрин.
Опорой роста экономики, предлагает ЦСР, должен стать высокотехнологичный экспорт – доля машин и оборудования в экспорте к 2035 г. увеличится более чем втрое до 30%, почти сравнявшись с долей нефти и газа, которая сократится в 1,5 раза (с 52 до 37%). Для поддержки такого роста необходимы высокая производительность труда, инвестиции, а также сильное, способное фокусироваться на решении задач госуправление, - со всем этим в России пока проблемы.
Влияние санкций будет нарастать
Россия не смогла перезапустить после распада СССР процесс технологического развития – инновационность экономики не повышается, какие бы институты ни создавались, считает Кудрин: без создания непрерывного механизма технологического развития не выйти на те темпы роста производительности труда, несырьевого экспорта, инвестиций, которые обеспечат экономике конкурентоспособность. Влияние санкций, закрывших компаниям и банкам доступ на внешний рынок капитала и ограничивших импорт технологий, сейчас, в период роста, будет ощущаться все сильнее, предупредил Кудрин.
Внешняя политика должна обеспечивать экономике конкурентоспособность, считает он: «Если мы говорим, что экспорт, технологии становятся нашим важнейшим фактором роста, без которых этого роста просто не будет, - это означает, что мы должны поддерживать и расширять наше участие во всех основных соглашениях, выполнять требования международных конвенций, стандартов, чтоб быть допущенными на эти рынки». Необходимо существенно нарастить кадровый потенциал по этим направлениям, так как продавать нефть и продавать большую номенклатуру технологической продукции – это разная политика, заметил Кудрин: «Мы должны быть уважаемыми, должны быть дружелюбными в нашей внешней политике – без этого фактора мы не сможем реализовать наши планы по наращиванию темпов роста». Впрочем, расчеты ЦСР не предполагают роста доли иностранных инвестиций в структуре вложений в основной капитал: эта доля остается на уровне 17% весь прогнозируемый период. Сами инвестиции должны расти на 6% и более в год (за 2004-2013 гг. их средний темп составлял 9%).
Без дружелюбной внешней политики и доверия значимого экономического роста не будет, посчитали в Центре стратегических разработок.
К середине 2020-х гг. российская экономика способна выйти на темпы роста 4% и выше, посчитали в Центре стратегических разработок (ЦСР), инерционный путь без реформ – это лишь 1,5-2% роста. Направления необходимых реформ, предлагаемых ЦСР, представил его руководитель Алексей Кудрин на пленарном заседании Апрельской конференции Высшей школы экономики. Стратегию экономического развития России до 2035 г. ЦСР готовит для президента Владимира Путина, и до его одобрения она обнародована не будет, говорил ранее Кудрин.
Опорой роста экономики, предлагает ЦСР, должен стать высокотехнологичный экспорт – доля машин и оборудования в экспорте к 2035 г. увеличится более чем втрое до 30%, почти сравнявшись с долей нефти и газа, которая сократится в 1,5 раза (с 52 до 37%). Для поддержки такого роста необходимы высокая производительность труда, инвестиции, а также сильное, способное фокусироваться на решении задач госуправление, - со всем этим в России пока проблемы.
Влияние санкций будет нарастать
Россия не смогла перезапустить после распада СССР процесс технологического развития – инновационность экономики не повышается, какие бы институты ни создавались, считает Кудрин: без создания непрерывного механизма технологического развития не выйти на те темпы роста производительности труда, несырьевого экспорта, инвестиций, которые обеспечат экономике конкурентоспособность. Влияние санкций, закрывших компаниям и банкам доступ на внешний рынок капитала и ограничивших импорт технологий, сейчас, в период роста, будет ощущаться все сильнее, предупредил Кудрин.
Внешняя политика должна обеспечивать экономике конкурентоспособность, считает он: «Если мы говорим, что экспорт, технологии становятся нашим важнейшим фактором роста, без которых этого роста просто не будет, - это означает, что мы должны поддерживать и расширять наше участие во всех основных соглашениях, выполнять требования международных конвенций, стандартов, чтоб быть допущенными на эти рынки». Необходимо существенно нарастить кадровый потенциал по этим направлениям, так как продавать нефть и продавать большую номенклатуру технологической продукции – это разная политика, заметил Кудрин: «Мы должны быть уважаемыми, должны быть дружелюбными в нашей внешней политике – без этого фактора мы не сможем реализовать наши планы по наращиванию темпов роста». Впрочем, расчеты ЦСР не предполагают роста доли иностранных инвестиций в структуре вложений в основной капитал: эта доля остается на уровне 17% весь прогнозируемый период. Сами инвестиции должны расти на 6% и более в год (за 2004-2013 гг. их средний темп составлял 9%).
Главная проблема, требующая решения, - низкое доверие инвесторов ключевым государственным институтам – правительству, судам, Госдуме, сослался Кудрин на данные ВЦИОМа: благие программы не будут выполнены, если люди не будут верить государству. Поэтому принципиально важно, чтобы первые шаги показывали решение реальных проблем, государство должно быть в большей связи с бизнесом и населением и реагировать на обратную связь. Реформа госуправления должна включать форсированную цифровизацию, которая уберет ряд контрольно-надзорных функций, продолжил он: «Если уж мы не можем отстроить институты, где будет меньше коррупции и регулирования, то технологии дают нам шанс».
Необходимо освобождение частной инициативы – это и ментальная, и институциональная проблема, заметил Кудрин: нужны снижение доли государства в экономике, реструктуризация госмонополий, развитие малого и среднего бизнеса. Правда, заметил он, планов приватизации у государства пока фактически нет: в ближайшей трехлетке поступления от приватизации в бюджет запланированы лишь в 0,1% всех доходов.
Для роста уже все готово
Рост экономики в этом году ожидается около 2%, а спад в 2016 г. составил лишь 0,2% - благодаря усилиям правительства и в том числе всем тем решениям, которые обсуждаются в экспертном сообществе, продолжил пленарную дискуссию министр финансов Антон Силуанов, зачитав участникам конференции приветствие от президента Путина. Силуанов согласился с Кудриным, что без реформ рост будет на уровне 1,5%, но потому и стоит задача выработать программу развития, напомнил он: над ней работает и ЦСР, и правительство, в ближайшее время их предложения будут слиты в одну программу, которая ляжет в основу действий правительства, сказал Силуанов.
Смысл этих действий простой, рассказал он: основывать рост экономики на собственных ресурсах, создать необходимый для этого бизнес-климат, который активизировал бы внутренние инвестиции, и создать понятные условия для внешних инвесторов. Если в России больше рисков, это значит, что доходность от вложений в российскую экономику должна их превышать, заключил Силуанов.
База для устойчивого развития уже создана, считает он: платежный баланс крепок, инфляция снижается, дефицит бюджета ограничивается, промышленность растет, на финансовых рынках нет пузырей. «Экономика стала более здоровой», - подытожил Силуанов. Даже сырьевая зависимость, в которой все упрекали Россию, снижается – доля нефтедоходов в бюджете сокращается, как и цена барреля для баланса бюджета, сообщил министр: в 2013 г. это было $105, а в 2017 – $60. Требуется больше внимания к человеческому капиталу и повышению его качества: несмотря на значительные ресурсы, которые государство тратит на образование и здравоохранение, эти сферы еще недостаточно эффективны и их можно использовать более рационально, считает министр финансов: «У нас есть программа на этот счет».
Необходимо освобождение частной инициативы – это и ментальная, и институциональная проблема, заметил Кудрин: нужны снижение доли государства в экономике, реструктуризация госмонополий, развитие малого и среднего бизнеса. Правда, заметил он, планов приватизации у государства пока фактически нет: в ближайшей трехлетке поступления от приватизации в бюджет запланированы лишь в 0,1% всех доходов.
Для роста уже все готово
Рост экономики в этом году ожидается около 2%, а спад в 2016 г. составил лишь 0,2% - благодаря усилиям правительства и в том числе всем тем решениям, которые обсуждаются в экспертном сообществе, продолжил пленарную дискуссию министр финансов Антон Силуанов, зачитав участникам конференции приветствие от президента Путина. Силуанов согласился с Кудриным, что без реформ рост будет на уровне 1,5%, но потому и стоит задача выработать программу развития, напомнил он: над ней работает и ЦСР, и правительство, в ближайшее время их предложения будут слиты в одну программу, которая ляжет в основу действий правительства, сказал Силуанов.
Смысл этих действий простой, рассказал он: основывать рост экономики на собственных ресурсах, создать необходимый для этого бизнес-климат, который активизировал бы внутренние инвестиции, и создать понятные условия для внешних инвесторов. Если в России больше рисков, это значит, что доходность от вложений в российскую экономику должна их превышать, заключил Силуанов.
База для устойчивого развития уже создана, считает он: платежный баланс крепок, инфляция снижается, дефицит бюджета ограничивается, промышленность растет, на финансовых рынках нет пузырей. «Экономика стала более здоровой», - подытожил Силуанов. Даже сырьевая зависимость, в которой все упрекали Россию, снижается – доля нефтедоходов в бюджете сокращается, как и цена барреля для баланса бюджета, сообщил министр: в 2013 г. это было $105, а в 2017 – $60. Требуется больше внимания к человеческому капиталу и повышению его качества: несмотря на значительные ресурсы, которые государство тратит на образование и здравоохранение, эти сферы еще недостаточно эффективны и их можно использовать более рационально, считает министр финансов: «У нас есть программа на этот счет».
Люди – это не воздух
Из 7% ВВП, которые государство тратит на образование, примерно десятая часть – в «зоне неэффективности», сообщил министру финансов ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. Один из главных сбоев – в системе школьного образования, из-за чего прямые потери человеческого капитала составляют 20-25% граждан, рассказал он: это люди, не освоившие школьную программу и обреченные на низкие заработки. Похожие цифры в странах Латинской Америке, но там трудоспособное население растет, а не сокращается, Россия же потери человеческого капитала вынуждена замещать мигрантами, но вскоре и этого не будет – за мигрантов придется конкурировать со Средней Азией. Повышение человеческого капитала способно дать ВВП к 2035 г. дополнительные 10% прироста, посчитал Кузьминов: «Мы должны перестать относиться к человеческому капиталу как к воздуху, который ничего не стоит».
Нужно не только развивать человеческий капитал, но и создавать для него рабочие места и таким образом обеспечивать экономический рост и рост благосостояния населения, заметила первый зампред ЦБ Ксения Юдаева. Повышение эффективности экономики требует не только инвестиций, но и управления издержками: для этого нужно развивать конкуренцию, проводить приватизацию, развивать мобильность населения и повышение квалификации рабочей силы. Зависимость экономики от нефти никуда не делась: Россия остается подверженной сырьевому суперциклу, возразила она Силуанову, и эта зависимость еще долго останется высокой. Поэтому необходимы механизмы, которые помогали бы экономике адаптироваться к этому циклу и сохранять устойчивость – эти задачи возможно решать с помощью макроэкономической политики.
Рост – не приоритет, а следствие
Программы ЦСР и правительства – конкурирующие, и непонятно, как их состыковать, потому что функции у них могут быть разные, заметил президент РСПП Александр Шохин: «Одна – для правительства, вторая – основа избирательной программы для кандидата в президенты». И не будет ли в связи с этим программа действий для правительства программой только лишь на год, до выборов, сомневается Шохин. Чем раньше наступит определенность, тем лучше для бизнеса, сообщил он. Обнародование программы тоже повысило бы доверие и можно было бы рассчитывать на более высокий процент реализации программы, но уже было заявлено, что обнародования не будет, констатировал он.
О повышении пенсионного возраста, которое Кудрин предлагает, он сейчас ничего не сказал, заметил Шохин: потому что до выборов говорить об этом не будут. Про налоговый маневр президент тоже велел не дискутировать – потому что маневр связан с повышением инфляции, о чем в предвыборный период вряд ли целесообразно заявлять. Неопределенность остается, подытожил Шохин: варианты выбора – либо сразу заявить о непопулярных мерах, приняв то, что роста до 2019 г. тогда не будет, - либо же вовсе забыть о них.
Драйвер экономического роста – это экономическая свобода, поэтому хорошо бы сместить KPI, считает Шохин: повышение доли частной собственности и снижение государственной может быть главным приоритетом, а экономический рост – лишь следствие его реализации. И не нужно увеличивать долю экспорта готовых товаров – надо ориентироваться на увеличение доли России в глобальных цепочках добавленной стоимости, пожелал Шохин ЦСР.
Из 7% ВВП, которые государство тратит на образование, примерно десятая часть – в «зоне неэффективности», сообщил министру финансов ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. Один из главных сбоев – в системе школьного образования, из-за чего прямые потери человеческого капитала составляют 20-25% граждан, рассказал он: это люди, не освоившие школьную программу и обреченные на низкие заработки. Похожие цифры в странах Латинской Америке, но там трудоспособное население растет, а не сокращается, Россия же потери человеческого капитала вынуждена замещать мигрантами, но вскоре и этого не будет – за мигрантов придется конкурировать со Средней Азией. Повышение человеческого капитала способно дать ВВП к 2035 г. дополнительные 10% прироста, посчитал Кузьминов: «Мы должны перестать относиться к человеческому капиталу как к воздуху, который ничего не стоит».
Нужно не только развивать человеческий капитал, но и создавать для него рабочие места и таким образом обеспечивать экономический рост и рост благосостояния населения, заметила первый зампред ЦБ Ксения Юдаева. Повышение эффективности экономики требует не только инвестиций, но и управления издержками: для этого нужно развивать конкуренцию, проводить приватизацию, развивать мобильность населения и повышение квалификации рабочей силы. Зависимость экономики от нефти никуда не делась: Россия остается подверженной сырьевому суперциклу, возразила она Силуанову, и эта зависимость еще долго останется высокой. Поэтому необходимы механизмы, которые помогали бы экономике адаптироваться к этому циклу и сохранять устойчивость – эти задачи возможно решать с помощью макроэкономической политики.
Рост – не приоритет, а следствие
Программы ЦСР и правительства – конкурирующие, и непонятно, как их состыковать, потому что функции у них могут быть разные, заметил президент РСПП Александр Шохин: «Одна – для правительства, вторая – основа избирательной программы для кандидата в президенты». И не будет ли в связи с этим программа действий для правительства программой только лишь на год, до выборов, сомневается Шохин. Чем раньше наступит определенность, тем лучше для бизнеса, сообщил он. Обнародование программы тоже повысило бы доверие и можно было бы рассчитывать на более высокий процент реализации программы, но уже было заявлено, что обнародования не будет, констатировал он.
О повышении пенсионного возраста, которое Кудрин предлагает, он сейчас ничего не сказал, заметил Шохин: потому что до выборов говорить об этом не будут. Про налоговый маневр президент тоже велел не дискутировать – потому что маневр связан с повышением инфляции, о чем в предвыборный период вряд ли целесообразно заявлять. Неопределенность остается, подытожил Шохин: варианты выбора – либо сразу заявить о непопулярных мерах, приняв то, что роста до 2019 г. тогда не будет, - либо же вовсе забыть о них.
Драйвер экономического роста – это экономическая свобода, поэтому хорошо бы сместить KPI, считает Шохин: повышение доли частной собственности и снижение государственной может быть главным приоритетом, а экономический рост – лишь следствие его реализации. И не нужно увеличивать долю экспорта готовых товаров – надо ориентироваться на увеличение доли России в глобальных цепочках добавленной стоимости, пожелал Шохин ЦСР.
Конкуренция за доверие
Для современных технологий издержки на труд не важны – это совсем другая экономика, сказал ректор РАНХиГС Владимир Мау: отсюда и вызовы реиндустриализации в развитых странах – это не возврат сталелитейных заводов в США, а внедрение технологий, в которых издержки на труд не важны. Когда издержки становятся менее значимы, страны начинают конкурировать за доверие к политическим институтам, к органам власти: основой конкурентоспособности становятся они, а не издержки на труд.
Размывается и вопрос поддержки долгосрочных инвестиций: долгосрочные инвестиции – не показатель эффективных технологий, подчеркнул Мау, можно инвестировать в скважину и качать нефть 30 лет. Поэтому вопрос не в том, где взять длинные деньги, а как доказать, что вкладывать нужно именно сюда. Проблемы российской экономики не решаются макроэкономическим манипулированием, возразил он правительственным технократам: «Макроэкономикой можно разрушить перспективы экономического роста, но нельзя его обеспечить».
Для современных технологий издержки на труд не важны – это совсем другая экономика, сказал ректор РАНХиГС Владимир Мау: отсюда и вызовы реиндустриализации в развитых странах – это не возврат сталелитейных заводов в США, а внедрение технологий, в которых издержки на труд не важны. Когда издержки становятся менее значимы, страны начинают конкурировать за доверие к политическим институтам, к органам власти: основой конкурентоспособности становятся они, а не издержки на труд.
Размывается и вопрос поддержки долгосрочных инвестиций: долгосрочные инвестиции – не показатель эффективных технологий, подчеркнул Мау, можно инвестировать в скважину и качать нефть 30 лет. Поэтому вопрос не в том, где взять длинные деньги, а как доказать, что вкладывать нужно именно сюда. Проблемы российской экономики не решаются макроэкономическим манипулированием, возразил он правительственным технократам: «Макроэкономикой можно разрушить перспективы экономического роста, но нельзя его обеспечить».