Давно не было записей, извините. Работа слишком нервная на данный момент, редко бывают моменты, когда я нахожусь в здравом уме. Но сейчас я чувствую себя хорошо, ибо эпицентр раздражения сейчас где-то далеко от меня и я могу расслабить мозги. Завалилась на морпеха и пытаюсь переварить свежие эмоции, а так же негодование по поводу Анджелики.

На сей раз эта чудо дива закатывает постоянные сопли. Каждый раз, когда ее отправляют в составе команды на миссию - начинается. 'Как же я устала, давайте вернёмся раньше? когда уже перерыв?'

Это началось ещё с тех пор, когда миссии не были напряжёнными, а мясо, матюки, убийства отсутствовали.

Домой хочет каждый из нас. Но это наша работа - рисковать жизнями ради других. И ее смущает не факт риска своим существованием, а скорее страх испортить свою внешность. О боже.

Просто надеюсь, что её отстранят от работы. Возможно у вас, как и у меня, возникает вопрос: 'А как она вообще попала в ЦРУ с таким отношением к работе?' Я сама гадаю. Но вот вам ещё одна цитата из невышедшего поста (с отсылкой на более ранний пост):

Анджелику назначили на какую-то должность, в понедельник был скандал по этому поводу, поэтому нас Хадсон оставил дома. Я так понимаю, что она попала сюда по связям, ибо он намекал на это в разговоре. Нужно найти ее личное дело когда-нибудь, глянуть...

Эта теория начинает подтверждаться все больше и больше, потому что даже работа Хадсона, как психолога, не приносит плоды. Речь идет не о каком-то внушении, авторитетности начальства и переубеждении ее... Попытки понять ее не венчаются успехом. Зачем она вообще пошла сюда работать, даже если по связям? Почему именно в секретные операции?... (не удивлюсь, если она передаст нас)

Что ж... Я наверное буду отсыпаться ближайшие дни. Миссия далеко не заканчивается, но время на передышку у меня есть, чему я очень рада.

Я устала. Неофициально, но операция подходит к концу. После гениальной фразы Френка на поле боя "А кровью то зачем брызгать?" (обращение к убитому противнику), мой мир не будет прежним (мне правда было в моменте смешно). Оказывается с адреналином в крови мои соратники — те ещё комики.

Извините, что мало постов, мне сейчас довольно тяжело, после активных боевых действий, я сама не своя. Мне нужно время, чтобы прийти в себя. Возможно я буду делать маленькие пометочки, когда вернусь на гражданку или в Лэнгли — в ближайшее время ничего глобального не ожидается, надо будет лишь разгребать последствия этой операции. Меня ждёт около-"отдых" по причине, о которой я уже говорила ранее, я — агент-оперативник, что-то между этими категориями, и буду вынуждена таскаться в штаб. Но, я думаю, папа даст мне время отдохнуть, да и сам переведет дух перед бумажной волокитой и возможными дополнительными выездами... сюда. Как только все официально закончится, я вас просвещу.

Видимо это уже закономерность. Если четкого режима сна у меня нет в принципе, никакая операция этого не сломает, то вот приемы пищи... Все летит на дно. Мало того, что гормональные сбои, цикл, отсутствие режима и так плохо сказываются на моем желании и возможности есть, так тут ещё сверху на меня падает жуткий стресс и отсутствие нормальной пищи. Наконец могу говорить вам о своих перемещениях. Мы вернулись на базу. И нам нужно было повторно пройти мед. обследование и сдачу всех анализов. За эти 16 дней я потеряла приличное количество веса, от чего получила чаполах от двух вышестоящих дядей - начальника и наставника.

Теперь мне нужно набирать эти килограммы обратно, чтобы поддерживать мышечную массу, мээээээ.... Самое главное, чтобы Френк не потащил меня в фастфудные рестораны, меня начинает рвать от большого количества жира в пище. Мне нужно есть что-то сбалансированное, иначе я так только больше потеряю. Но он не дурак, я думаю, все будет хорошо...

Ну, ладно, я не устояла перед обаянием этого старого вояки. Ох уж этот американский менталитет, всё-таки Френк не выдержал долгого отсутствия очень жирной пищи в рационе и решил сходить покушать фастфуда. Не осуждаю его, наоборот, после такой миссии можно вообще все (я не ограничиваю его в походах в рестики быстрого питания, я знаю, как он любит эти жирные бургеры и картошку фри... он сам туда не ходит, когда я готовлю, а почему - я не знаю, может его устраивает моя стрепня на уровне готовки 10-летнего ребенка).

Я пошла с ним, потому что сил готовить у меня не было. Я всё-таки смогла выбрать в меню что-то, что не заставило бы меня свернуться в трубочку от жирности, на удивление, там такое есть. Но это не отменяет того факта, что мой ЖКТ немного умирает после этого, тяжесть в желудке в перемешку с голодом дают очень интересное и противоречащее друг другу сочетание. (похоже я буду питаться рисом и вареной курицей всю следующую неделю...)

Придя домой я навернулась на коробках, которые морпех привез из Филадельфии - я так их и не разобрала. Надо будет ими заняться, когда я приду в себя.

После откисания в ванной мои мышцы наконец смогли расслабиться. И массаж от человека с сильными руками тоже делает свое дело.

Еще хочу упомянуть вот что. После такого количества стресса я чувствую себя маленьким ребенком, который нуждается в защите и помощи. После плотного ужина у меня развязался язык. Мы с Френком просидели несколько часов в машине на парковке, пока я плакала и рассказывала ему все, что меня сейчас тревожит. Я всем сердцем благодарна, что он рядом со мной. Вряд-ли кто-то ещё сможет меня понять так же, как понимает Френк. Он будто видит меня насквозь и знает, что я скажу дальше. Сочетание физического контакта, нежного шепота и слов, которые он мне говорит, действуют слишком успокаивающе. Я смогла расслабиться, но это не значит, что я полностью отошла от, эээ, стрессового состояния? Хаха... папа сказал сегодня, что мне снова придется походить к нему на терапию, чтобы не поехать головой. Потому что он видел, что со мной происходило последнюю неделю и ему это не нравится.

Чтож, а сейчас я пойду наконец-то спать. Не знаю, когда я проснусь, надеюсь не через пару дней. Но все может быть, не теряйте.

Френк что-то приболел. Не знаю чем, не знаю как. Все анализы и медицинские показатели у нас обоих в норме, но морпех что-то слег. Второй день жалуется на головокружение. Давления нет, не могу понять, что с ним. Сказал врача не вызывать, "покружится и пройдет".

Просто бегаю вокруг него, забочусь тем или иным способом, не могу оставить его одного. Бэлл звал погулять, но я сама себя не особо чучствую, а тут ещё и старик слег.

Тяжело формулировать мысли, я сама не в лучшей форме, но знайте, что я пока что жива. Завтра постараюсь рассказать о том, где мы были все это время.

В общем и целом. Мистер президент выдвинул тейк о том, что пора бороться с преступностью и наркоторговлей. Он уже давно проявляет активность в решении этого вопроса. И вот, сейчас, из-под его пера вышел документ, по которому он назначил нашу команду на борьбу с внешней наркоторговлей. Суть следующая: наркотики откуда-то в США попадают, да? Что-то выращивают и делают в самих штатах, а что-то поставляют из-за границы. Сейчас особый всплеск внешней наркоторговли наблюдается в Латинской Америке, куда нас, собственно, и закинули. Мы виделись с Рейганом в начале года, когда Персей вновь появился на арене. После той операции, закончившейся благополучно, он решил повесить на нас столь опасное и ответственное дело, с припиской об огромном доверии именно нашим лицам, именно нашей команде.

Чтож, это было тяжело, ужасно тяжело. Морально, физически, особенно учитывая, что Анджелика постоянно нудила и доставала всех членов команды. Она, кстати, пыталась катить к Лазарю, что выглядело очень нелепо. Бедняга все ещё не может отойти от смерти подруги, тобишь Парк (что-то мне подсказывает, что они под конец операции запали друг на друга, их переговоры на Кубе были слишком флиртующими), а тут она со своими комплиментами и предложениями.

Люди в Латинской Америке какие-то дикие, это было ужасно. Меня чуть не убили больше раз, чем я могу сосчитать. Если бы не Френк, папа, Адлер и прочие - я бы сейчас не писала бы этот текст. Я получила огромное количество ранений, эти люди будто сами под наркотой, такое чувство, будто их мозговая деятельность происходит во много раз быстрее, чем моя. Было очень паршиво. Несмотря на то, что я считала себя полным нулем и беспомощной, мне пришлось положить большое количество людей, прежде чем мы закончили операцию. Нашей задачей было устранить их главаря и сжечь всю эту отраву. Мы справились. С трудом, но справились. Единственное, что смягчало углы стресса из-за смерти, которая исходила от моих рук, было то, чем эти люди занимались. Я понимала, что делаю это ради того, чтобы достичь цели, чтобы победить наркоторговлю... Мне всеравно плохо. Я сейчас пишу это и мне всё ещё плохо. Мне не жаль этих людей, я просто не могу переварить то, что я сделала. После Соловков было что-то похожее, правда там количество убийств было минимальным, моей задачей была установка взрывчатки...

Это состояние — и есть причина, по которой папа сказал мне походить к нему на терапию. Я согласна, я скоро свехнусь. Забота о Френке помогает мне отвлечься, но иногда плохие мысли всё-таки проскальзывают в мое сознание.

Мои беды с башкой прогрессируют, мне это не нравится. Я выпала в апатию, и мне стало тяжело взаимодействовать с Френком, я не знаю почему. Но он сейчас большую часть времени просто спит, поэтому пока что проблем не возникало. Надо бы всё-таки съездить к папе, но он сейчас дома, я не хочу туда ехать. Если я увижу его с его семьёй, мне станет ещё хуже. А согласится ли он встретиться на его второй квартире, я не знаю...

Вот это меня конечно в нокаут отправили. Каждый раз как в первый - апатия тянется бесконечно, будто кто-то запрещает мне чувствовать. Сегодня весь день проспала, Френк пытался меня разбудить, раздраконить, но не получилось. Мне грустно, и ему грустно из-за этого. Я не могу видеть его грустным. Это пробуждает во мне хоть капельку чувств. Ту самую крошечную частичку меня, которая постоянно разжигает огонь любви к моим близким людям. Состояние улучшилось лишь частично. Но я просто верю в то, что все будет впорядке. с начала этого года апатия меня настигала слишком много раз, потому что операция по Персею оставила на мне свой след, несмотря на 'лайтовость'. А сейчас... все ещё хуже. Но я знаю, что я справлюсь. Я знаю, что мы справимся. Френк будет рядом и все будет хорошо. Все будет хорошо. Люблю его.

Мне уже лучше.

Папа попросил меня его подменить (посидеть в его кабинете с умным видом и взять подмышку Бэлла разгребать бумаги), что-то он тоже слег, а вместе с ним ещё и Адлер. Не нравится мне все это, наверное мы всё-таки что-то подцепили, странно только то, что разболелось в нашей команде только старшее поколение. Видимо эта болезнь называется 'старость', но не буду утверждать.

Три дня гоняю на работу на метро, так ещё и пешочком несколько км по трассе, потому что морпех все ещё не в строю, пусть голова не кружится, но я вижу, как он устал, ему нужен отдых.

Внезапно я узнала, где все это время был Уивер. Он находился в бессрочном отпуске. И вот, он наконец возвращается в наш коллектив, вчера я познакомила его с Бэллом, они друг другу понравились; ура, наш клуб русских потеряшек наконец в сборе<3.
После работы мы просидели весь вечер у Уивера, у него дома есть свой 'русский уголок', там очень уютно! Хочу себе такой же, у меня даже есть несколько артефактов советской атрибутики, которую в США привезли как улики с миссий, но сомневаюсь, что Френк мне разрешит это сделать... капиталист несчастный. И дело даже не в законе или в том, что мы работаем на ЦРУ и подобное может подбить нашу репутацию... Просто знайте, что фотоаппарат этого антикоммуниста советский, у меня все.

Не успеваю жить, извините за отсутствие постов. Последние несколько дней мы с Бэллом работаем за наших руководителей, увы и ах, на поправку они идти не собираются... Меня это и расстраивает, и пугает. Ещё и Френк аморфный, спит целыми днями, почти ничего не ест, видимо тоже заболел тем же, чем и Хадсон с Адлером. Что это может быть?

Хроническая усталость из-за возраста и тяжести операции? Или что-то более ужасное?

Теперь я прекрасно понимаю, почему папа остаётся ночевать на работе. Времени не хватает, чтобы справляться с работой в одиночку. Я беспокоюсь за Френка, ибо я настолько устала, что вчера вечером заснула в кабинете (так ещё и с открытой дверью) и проснулась только утром, да и то, едва ли, целый день еле-еле ковыляю. Плюсом я забыла дома телефон, а может даже потеряла его, так что связаться он со мной не сможет, вероятно он очень переживает из-за моего отсутствия. Чтож, тем не менее, я забила на часть работы, не из-за неуважения к отцу, а потому что его начальник, добрый дяденька, с которым мы в хороших отношениях, в командировке, и мне приходится работать с не особо приятным мужчиной. Уже хочется домой, к морпеху, ужасно переживаю и скучаю по нему. Да, я все ещё не уехала, и да, я осталась работать ещё и в субботу...

Френк снова вернулся в строй. Всё-таки это была усталость, стресс и все, что может нас преследовать после того, что мы пережили.

Папа все ещё отходит, надеюсь у него все хорошо. Я хочу приехать и навестить его, но не хочу это делать в присутствии его семьи. Я устала от этого. Не хочу их всех видеть, мне больно и неприятно.

Адлер тоже встал на ноги, поэтому Бэлл вызвался помогать мне с бумажками Хадсона. А ещё начальник папы послезавтра вернётся из командировки, и все, по идее, наладится... надеюсь.

Очень сильно устаю в последнее время, такое чувство, что когда все выйдут на работу, я отвалюсь и буду спать целыми днями.

Френк внезапно сделал мне подарок. Он подарил мне необыкновенной красоты заколки (с цветочками). Не знаю, в честь чего, но мне очень приятно. Правда я не представляю, как мне это носить, я не делаю прически, чтобы такие заколки были уместны — они со свисающими цепочками и камушками. Надо придумать что-то удобное, возможно какие-то ещё украшения найти, которые я не ношу, но они подходят по стилю. Подобное сейчас не модно среди молодежи, такое вряд-ли можно найти в популярных магазинах, где же морпех их раздобыл?

Мне влетело за то, что я одеваюсь в штаб не по дресс-коду. Пришлось искать рубашку и галстук... Я попробовала найти у Френка подобные вещи - он такое не носит. Даже если бы я нашла, эта рубашка была бы мне слишком велика.

В итоге мы с Бэллом специально пошли в магазин. Купили самую базовую классику. Мужскую правда, ибо на женщин сейчас шьют все странного фасона, мне такое не нравится. Я нашла подходящий размер, ура.

Пришла вчера в таком виде - папин начальник заценил, осыпал комплиментами, особенно он оценил мои заколочки!

Понятия не имею, когда папа выйдет с больничного, но надеюсь, что скоро. Ужасно скучаю.

О нет. Мужчина, который заменял папиного начальника, подписал распоряжение о том, что нашей команде нужно вернуться в то место, где мы были на миссии. Как бы так сказать... Мы должны сделать что-то вроде фото-отчета. Может звучит странно, но нужно прикрепить к делу фото, о которых все забыли. Заодно нужно убедиться в том, что деятельность наркоторговцев не возобновилась. И, черт возьми, в том распоряжении указаны всего два человека. Я и Френк. Ну, кто бы сомневался. Где-то в ЦРУ наверное есть пометка, что мы хороший дуэт. Интересно, как это было определено? Хорошего в нашем боевом дуэте мало - максимум Френк спасает меня от смерти. Не понимаю, почему этот человек выбрал именно меня, можно было взять Мейсона. Они с Френком тоже отлично справляются. Я не хочу туда. Я не хочу обратно.

Откровенно говоря, морпех провел аналогию с новобранцами во Вьетнаме. Он сказал, что я на этих двух миссиях была чем-то была на них похожа. Обстановка похожая и моя реакция, как новичка, тоже.

Сейчас поговорила с ним, он сказал, что мы справимся, что нам больше никто не нужен. А если будет засада?... Если обобщить все мои мысли - мне страшно. Страшно туда возвращаться. Чуть ли не до трясучки. Френк сказал пройдет. Сказал, что я привыкну. Что это войдет в привычку. Надеюсь. Очень.

Nah, опять кошмары. Сплю весь день, меня отправили домой набираться сил перед поездкой в Латинскую Америку. Снова перед глазами бойня, море крови, раненный Адлер и много чего ещё. Удивительно, что подобная фигня не преследовала меня после возвращения, а активизировалась именно сейчас. Вудс попытался подбодрить меня и купил много сладостей... я объелась и теперь мне плохо. Плюсом я в плохой физической форме, я забросила тренировки, пока морпех отсыпался, а я бегала вместо Хадсона в штабе. Кстати, от него вообще ни слуху, ни духу. Нет сил и желания ему звонить, а навещать тем более, хотя я очень переживаю. Я надеюсь, у него все хорошо.

Извините, что нет постов, я забегалась в последние дни. Папа все ещё не вышел на работу, это катастрофа. Мало того, что мне нужно разобраться со всеми документами, которые связаны с ближайшей разведкой, так ещё и Вудс тащит меня тренироваться. У меня всю неделю болят мышцы, я чувствую себя овощем. А завтра утром уже отправление, надеюсь это не будет так, как в прошлый раз. Я морально не переживу.

Что ж, это было не так ужасно. Я уже дома, отдыхаю. Мы просто приехали, проверили все ли в порядке, сделали, что от нас требовалось, даже не получив пулю в затылок. Удивительно, что все прошло гладко, но это радует. Потому что я очень сильно стрессовала, пока мы добирались до пункта назначения, я все никак не могла взять себя в руки.

Теперь я беру отгул, чтобы проспаться и немного пожить гражданской жизнью, я устала, тем более скоро рождество (или же новый год). Хотелось бы где-то найти новогоднее настроение.

Проспала несколько суток, приснились очень странные вещи. Хочу, простите, проблеваться. Я о таком даже и подумать не могла. Зачем мой мозг сам себя травмирует?

Поспала ещё немного, вроде отошла. Морпех разбудил меня всякими вкусными приятностями, о да, сладкое сейчас мне нужно как кислород, чтобы объесться им и ещё несколько дней лежать отходить, но уже от передоза сладостями. Ну, лучше уж так, чем никак.

Во всяком случае, буду на днях искать Хадсона, он совсем с радаров пропал... надеюсь, он ответит на мой звонок. А то, чувствую, его (буэ) жена отключила звуки звонков на его кирпиче, ибо дозвониться до него не может даже его начальник. В крайнем случае я поеду прямо туда, в этот ад, и заберу его оттуда. Ибо если за ПОЧТИ МЕСЯЦ папа не выздоровел, значит его 'жена' плохо выполняет свои обязанности ухода за мужем, либо... не буду загадывать.