Только что вернулась от папы домой. Френк, пока вез меня домой, сказал, что сегодня, завтра, и в ближайшие дни я готовить не буду. Он прекрасно понимает, что я не собираюсь никого оставлять голодным, возлагая на себя ответственность по приготовлению еды для близких людей, он знает, что я буду готовить в любом случае, если ничего нет.

Сегодня он купил вкусной и вредной еды на ужин, я ничего не ела сегодня, даже несмотря на то, что приготовила еду для папы. Завтра, со слов морпеха, он сам попробует что-то приготовить, "что-то необычное". Я заинтригована, очень жду :D

А пока буду наслаждаться вредной, но, на удивление, не такой уж и жирной пищей.

Вчера с Френком словили парный тильт. Что-то как-то наступление зимы не принесло радости и веселья. Снова поднимался вопрос нашего возраста, только уже с моей стороны. Когда я гуляю с Бэллом я часто вижу парочки моего возраста, которые идут за ручки, разговаривают и хихикают.

У меня возникала мысль найти себе парня. Давно ещё. Но меня остановило две причины. Первая - я попробовала расписать себе структуру отношений, и... просто поняла, что все 'функции парня' уже выполняет Френк. Он меня любит (пусть с романтикой это никак и не связано), заботится обо мне, переживает, поддерживает, помогает в трудную минуту (и не только).

А вторая причина - вряд ли кто-то с гражданки, тем более моего возраста, поймет меня так, как это делает Френк, тот, кто знает меня всю мою жизнь и всех моих призраков из ЦРУ. Вряд ли кто-то примет мой столь нестабильный характер и непостоянную натуру. У меня слишком много проблем, о которых гражданским знать нельзя.

Возможно я смотрю на отношения как на галочку в списке, потому что для меня многие человеческие понятия настолько размытые и непонятные, что мне остаётся только сидеть и не понимать.

После очередных размышлений насчёт парня я поняла, что он мне не нужен. Ни для галочки, ни серьезно. Да, да, Френк покрывает все мои потребности целиком, даже оставляя кучу возможностей, которые он ещё может покрыть. Не было бы ему ещё 51, мы могли бы встречаться.

Я сделала для себя вывод, что я, вероятно, могу испытывать к нему романтические чувства, настолько живые и обжигающие... Это подливает масла в огонь моей ревности. Эта ревность (не только в отношении Френка, ещё папы и немного Уивера) рвет мое сердце на части, настолько, что мне больно. Папа пытается с этим совладать как психолог, но пока все тщетно. Мои проблемы с привязанностью все сносят на нет.

Я уже как-то говорила, что Френк пообещал мне, что скоро наша неопределенность со статусом отношений поменяется. Что скоро все станет на свои места. Сегодня он тоже это сказал и, при этом, назвал меня 'женой солдата'. Это прозвище я впервые получила в 11 лет, когда вернулась в Лэнгли вместе с Френком. 'Solider's wife', так меня назвали коллеги Хадсона, когда узнали, что я живу с Вудсом и с каким трепетом я о нем забочусь. Это не означало чего-то незаконного, это словосочетание всегда носило невинный характер. С тех пор эта кличка приелась, Френк сам начал меня так называть и, до моего отправления в армию, оно очень часто звучало в нашем доме.

Сейчас оно звучит, но уже реже.

Я правда надеюсь, что скоро все изменится. Я очень хочу быть вместе с этим мужчиной, будто какое-то грязное желание внутри меня вырвалось наружу.
При этом я не хочу очернять его честь своим возрастом. Очень двоякая ситуация.

Папа вышел на работу и, вместе с собой, вытащил меня. Честно? Я безответственно проспала в кабинете Адлера весь день (потому что у папы надо работать, а Рассел не отказал мне в возможности лишний раз вздремнуть, попутно шутя про мои взаимоотношения с морпехом, meh).

Хроническая усталость накатила, я не люблю вот это вот состояние под конец года, когда весь организм истощен от работы за прошедшее время, впереди праздники, а у тебя на плечах куча задач. Сегодня я, судя по всему, остаюсь в штабе на ночь, уэээ, не круто, но это цена дневного сна под монотонный бубнеж белобрысого врача без лицензии, кстати, убаюкивает очень быстро, несмотря на то, какое содержание у этого бубнежа.

Оказалось, что мне работы привалило больше, чем я ожидала. Поскольку все документы после операции в Латинской Америке составляла и подписывала я (не уверена, что они составлены правильно), как временный заместитель Хадсона... мне нужно довести это дело до конца. Тоесть сейчас основная бумажная волокита на мне. Нужно составить множество отчётов и свести их в один итоговый, с которым мне, скорее всего, придется выступить на собрании в Пентагоне. Боюсь, не хочу, не буду, но надо. И все это нужно успеть до конца года. Заседание назначено на 25 декабря. Черт.

Сегодняшняя ночь подразумевает под собой великий католический праздник - Рождество. Я не католик, как и большинство людей из моего окружения, поэтому этот день для меня не несёт особого смысла. Праздника для меня сегодня нет. Френк сказал, что он даже и не пытался верить; после своей первой службы в Южной Корее, он, смотря на таких же новобранцев, которые молились за свою жизнь в особо опасной ситуации, понял, что религия может давать надежду, но... всё-таки это не его. Надежду ему дают другие вещи, а сама концепция веры у него вызывает смешанные чувства. Я рада тому, что он неверующий, потому что у меня тоже сложилось такое мировоззрение исходя из жизненных позиций моих знакомых в первую очередь, и из моих политических взглядов, как в дополнение.

Извините, если задеваю чьи-то чувства, я ни к чему вас не призываю, просто рассказываю о себе.

Так же, собрание в Пентагоне перенесли на пятницу, на середину дня... у меня есть ещё целый день, чтобы подготовить речь и не опозориться перед кучей высокопоставленных людей.

Что ж... я пойду украшать пихту...

Позавчера все прошло отлично, я выступила с отчётом лучше, чем ожидала, папа меня похвалил и сводил в пиццерию:D.

Но финальный босс ещё впереди. В понедельник мне нужно будет сдать кое-какие бумаги, с которыми мне помогал Бэлл, пока я готовилась к Пентагону. Мне кажется, что мне сделают выговор, ибо эти документы должна была делать я лично. Их статус секретности не позволяет мне свалить их на кого-то другого, кроме моего отца (а у него у самого завал под конец года). И если эту работу отбракуют, то я лишусь отдыха в январе и буду вынуждена дополнительно что-то готовить. Тем не менее, мне просто надо, чтобы эти бумаги приняли, а если потом выяснится, что это делала не я - будет уже все равно (тем более, потом мне будет легче аргументировать что и почему).

Я не переживаю о том, что это может прочитать кто-то из тех людей, кому я должна сдавать отчёты. Папа сказал, что единственный, кто из ЦРУ мониторит мой блог - это он. Что начальство слышало об этом правым ухом левой пятки, вследствие чего, свалило это на его плечи.

Отсутствие причин о беспокойстве - ограниченность сети, внутри которой я оставляю эти сообщения. Тоесть, все, кто сейчас следят за моим блогом - люди приближенные к моей сфере деятельности. Это все очень сложно работает, но папа мне кое-что об этом рассказывал, чтобы облегчить понимание.

Сеть, в которой мы с вами находимся - 'локальная', а в будущем (как заявляют студенты и работники MIT) планируется расширение этой системы и создание такой сети, 'всемирной паутины', которая позволит людям передавать сообщения и медиафайлы вне зависимости от того, в какой части земного шара они находятся, это настолько невообразимо, что перегружает мой мозг.

Но, если не перегружать и ваш и мой разум... сегодня я пойду тусоваться с Бэллом и Уивером!! Заодно узнаю у Ткача про новогодние советские блюда хD.

Мьмьмьмь, очень душевно посидели с Уивером и Бэллом!! Григорий нам двоим как дядюшка, который постоянно рассказывает свои детские воспоминания о нашей общей родине и учит нас каким-то новым вещам. Попили чаю, поговорили о разном, Уивер помог мне кое-что реализовать, но я потом скажу что это, иначе испорчу сюрприз своему любимому человеку:(.

Бэлл все так же беспомощно пытался вспомнить что-то из своей биографии до того момента, как от него решили избавиться, но, увы, ничего. Адлер хорошо поработал над тем, чтобы стереть Бэллу всю память. Чтобы вы понимали, у него паспорт сделан на случайное имя, Адлер не стал долго сюсюкаться с этим моментом. Когда-нибудь потом об этом...

Выходные идут своим чередом, то Френк, то Бэлл, то Уивер, вытаскивают меня из дома погулять, поболтать и проветриться. Я рада, что провожу много времени со своими близкими, но, на самом то деле, я бы посидела дома. И не только потому что мне нужно делать и переделывать бумажки для ЦРУ, но и потому что я хочу поспать и просто отдохнуть от всего и от всех. Работа в секретных операциях не подразумевает государственных выходных. Поэтому уже с первого понедельника 1982 года я начала работу... Френк, естественно, этому не рад, и, чтобы отвлечь меня от этого и вывести за пределы дома, согласился сходить со мной в театр. Удивительно, потому что на моей памяти морпех никогда не был любителем подобного вида искусства. Но, вроде, ему понравилось. Новогодняя магия? Определенно.
Этот пост кажется каким-то незаконченным, но увы, не знаю, что еще можно добавить.

Итак, наконец у меня дошли руки разобрать коробки, стоявшие на входе. Френк мне ещё давно сказал, что взял из дома в Филадельфии все самое важное. Да, одежда на разные сезоны, различные вещи, связанные с нашими хобби, все документы и... мои детские игрушки и рисунки. Те самые, которые были у меня и которые я рисовала пока жила с ним в 70-х. Он почему-то все ещё их хранит.

Когда я у него спросила про это, он ответил, что воспоминания о том, что я у него есть, дороже ему, чем любые предметы интерьера, которые он мог увезти в коробке из-под игрушек... по сути это пыльный хлам, который я без понятия куда девать. Но я вижу, как ему дороги воспоминания о том, что нас связало, поэтому обязательно придумаю, что сделать с этими пушистыми зверушками. Может они даже когда-нибудь пригодятся, может даже скоро, потому что 'скоро' - понятие растяжимое.

Папа сказал, что я должна научиться "американской улыбке". Это... интересное заявление. Он сказал, что эта "хмурая русская зараза" передается генетически.

Когда я просто хожу с нейтральным лицом, у меня иногда спрашивают 'все в порядке? что-то случилось?'

Правда не понимаю, в чем проблема. С Бэллом такая же история, над нами будто грозовые тучи висят, все постоянно не понимают, что все впорядке.

Но аргумент папа выбрал сильный. Он сказал, что мне нужно уметь изобразить улыбку хотябы потому что мне придется мелькать на различных встречах, может даже с президентом, мое нейтральное выражение лица могут воспринять как негативное, что не особо вписывается в мой образ, когда мне нужно быть на виду у важных дядек в дорогих костюмах, чтобы произвести на них впечатление... черт бы побрал ваш американский менталитет, никогда его не понимала, пусть и выросла в штатах.

Я очень устала. Настолько, что уже даже этой самой усталости я не чувствую. Френк меня постоянно отвлекает от работы, пытаясь дать мне возможность отдохнуть, но у меня горят сроки. Я не могу сказать о какой бумажной работе идёт речь, но я должна ее сдать 20 января, за день до своего дня рождения. Если у меня не примут эту документацию, мне придется все с нуля переделывать и провести весь свой день рождения и официальный отпуск в работе.

Я более, чем уверена, что не успею, экстренно ищу способы все успеть, но вряд-ли все это дело будет успешным.

Кстати, помните, я говорила про документы, которые делал за меня Бэлл? Их приняли, даже не задав лишних вопросов, я лишь зря переживала.

Френк начал сильно нервничать последнее время. Кажется, он пытается что-то от меня спрятать. Изначально "я сам уберусь", "сиди отдыхай", вместо моих попыток навести порядок в доме, я воспринимала как акт заботы (даже могу быть уверенна, что так оно и было), но вот сейчас он начал сильно переживать из-за того, что я могу что-то дома найти, и, кажется, у него снова обострилась паранойя.

Старик, я знаю, что ты это с каким-то шансом прочитаешь, не переживай, я даже не буду пытаться думать, что у тебя там спрятано, а искать тем более.

Вчера был мой день рождения, да... Я ничего не успела об этом написать, потому что целый день я бегала туда-сюда. К сожалению, агенты ЦРУ - очень занятые люди (пьют кофе в своих кабинетах, ага, очень занятые) и не могут покидать своих рабочих мест, поэтому сегодня был квест 'объездить всю столицу для сбора подарков'.

После того, что произошло вечером, я даже и не знаю, стоит ли мне расписывать кто и что мне подарил...

Вообще, я не хотела писать о том, о чем я расскажу дальше, но Френк попросил меня об этом. Под конец дня он отвёз меня за город на смотровую площадку и сделал то, о чем я могла лишь догадываться, но никак не ожидать. Помните, он обещал, что наша неопределенность в отношениях скоро исчезнет? Вот это то, что он имел ввиду.

Мы смотрели на город, разговаривали о разном, я делилась с ним своими мыслями по поводу будущего... Он прижал меня к себе одной рукой и начал говорить очень длинную речь, причем довольно тихо, чтобы эти слова остались только между нами. Я не буду дословно ее перессказывать, но суть была в том, что я очень ему дорога как человек, что за десять лет он очень ко мне привык и не хотел бы меня куда-то отпускать, кому-то отдавать. Что много лет назад он, будучи в безысходном состоянии, увидел во мне смысл бороться, смысл жить дальше. Он излил мне всю свою душу... Я даже не думала, что Френк может держать в себе столько эмоций, он всегда пытался сохранять холодный фасад. Даже несмотря на то, что он со мной всегда был более мягким, вчера его чувства поразили меня до глубины души... В общем, в конце этой речи он медленно достал кольцо из кармана куртки и спросил: 'Лэсрей, ты выйдешь за меня?'

Это было очень тяжёлым, но все же быстрым решением. Я даже не собиралась отвечать нет, и на то есть ряд причин.

Я очень долго думала насчёт отношений с Вудсом, насчёт того, что когда-нибудь мы, вероятно, поженимся, но наша разница в возрасте всегда ставила меня в тупик. Я хочу вам сказать, что моя ситуация - далеко не пример для подражания, и я бы ни одной девушке не посоветовала выходить замуж за столь взрослого мужчину. Мой выбор пал в пользу Френка лишь потому, что я понимаю, что мы уже друг друга слишком долго и хорошо знаем, как он сам сказал, мы привыкли друг к другу, и мы уже долгое время живём вместе, наш ежедневный быт завязан друг на друге. В принципе и в целом, с этим кольцом поменяется только статус, мои проблемы с головой (надеюсь) устаканятся. Мы будем жить как и раньше, все будет абсолютно тем же самым, как и до этого. Я понимаю, что Френк, вероятно, не испытывает ко мне сильных романтических чувств (может, это изменилось или изменится в будущем), он делает мне предложение ради того, чтобы удержать меня рядом и... я не буду этому препятствовать. Все равно ЦРУ не разрешит мне выйти замуж за гражданское лицо или кого-то не приближенного к секретным OPS.
Френк меня по-своему любит, понимает и помогает в трудную минуту, я уверена, что могу на него положиться и доверить ему свою жизнь, поэтому я и решила, что лучшим ответом для моего старого американца будет 'да'.

Оказывается я уже два года как совершеннолетняя, но узнала я об этом только вчера. Оказывается я прошла процесс эмансипации после возвращения из армии и работаю на ЦРУ официально с того момента по сегодняшний день... чтож, тогда понятно, почему Вудс со временем начал спокойно относиться к тому, что между нами происходило, он не нарушал никаких законов, кроме моральных. Во всяком случае, вся вина на мне, и я несу за это ответственность. (Френк это активно отрицает)

Похоже беготня под дудку Рейгана отменяется, я до сих пор не знаю, что там должно было быть, мне никто ничего не сказал.

Зато мне стало известно, что Адлер отправил Бэлла в отпуск, потому что тот его 'достал'. Ужас, Адлер все никак не хочет подружиться с ним, мне грустно из-за этого. Кстати, вместо Бэлла под его руководством теперь буду работать я. Меня просто нагло забрали у Хадсона. Причем 'забрали' меня на неопределенный срок... Я не знаю как мне реагировать, мои эмоции полностью закончились после заключения брака с Вудсом, у меня снова не понимаю, что чувствую, самое время для бумажной работы, можно будет остыть.

Иногда я люблю выйти рано утром погулять, когда нет никого, когда мир все еще спит. Это спокойная атмосфера, когда нет большого количества куда-то спешащих людей, которые не замечают тебя и могут сбить с ног. В такое время я люблю гулять по парку, где находится Мемориал Корпуса морской пехоты США. И да, не буду врать, это место ассоциируется у меня с моим морпехом, может поэтому меня туда и тянет. Сегодня был один из таких дней.

Меня всегда удивляло, что за свои 50 с копейками лет Френк ни разу не был женат и у него нет детей. Как женщина я могу сказать, что он довольно красивый, умный, но со своими недостатками, с которыми вполне реально уживаться. Может не всем, но я уверена, что есть люди, которые принимают грубый юмор, такие серьезные травмы, как птср и вполне могут спокойно жить с таким человеком... Но Френка такие люди обходили стороной. Или он обходил стороной их. Он мне рассказывал, что у него было три девушки. Одна до Вьетнама, другая, так скажем, в начале вьетнамской войны, а последняя уже во время. Кстати, интересная деталь, Френк зачастую вспоминает какие-то события из своей жизни по сражениям, войнам или миссиям ЦРУ, раньше я считала это странным, но теперь я начинаю замечать это и за собой, я довольно много привычек перенимаю от Вудса.

Касаемо девушек - с двумя последними он как раз расстался из-за непонимания, связанного с работой и психологическими заболеваниями. С одной из них мы случайно встретились пару лет назад, как раз после того, как я вернулась из армии, и между мной и американцем начали загораться искорки.

Френк поболтал с ней, между ними не было даже и намека на радость встречи, особенно от Френка. Он выглядел так, будто увидел призрака. Ее реакция на меня была типичной, но, до сих пор, немного гнетущей. Как только я подошла, прозвучала фраза: "Это твоя дочь?". После этих слов Френк молча развернулся и повел меня оттуда. Я не знаю, что между ними произошло, но вспоминать он этого явно не хочет.

Из-за подобных моментов я все еще не могу осознать тот факт, что этот мужчина надел кольцо мне на палец и попросил стать его женой. Именно после моего появления в его жизни он перестал искать кого-то, он сосредоточился на мне. На том, чтобы вырастить меня, дать мне то, что поможет мне выжить в будущем. И из-за этого мне кажется, что наши чувства - не совсем здоровая вещь. И он, и я прекрасно понимаем, что мы должны быть с кем-то, кто больше подходит нам по возрасту, может по интересам, но все совместные рассуждения на этот счет сводятся к тому, что друг друга по-настоящему знаем и понимаем только мы. Но тем не менее я чувствую стыд за все это. Мы не должны быть вместе. Не так. Меня это будет тревожить еще долгое время, сидеть на подкорке сознания и говорить, что я поступила неправильно, хотя головой я понимаю, что все хорошо.

Не знаю, насколько долго этот брак просуществует, но я очень надеюсь, что он будет крепким и здоровым, я, как и Френк, буду пытаться делать все для этого.

Это наверное одни из последних моих рассуждений на личные темы, скоро я узнаю детали работы с Адлером, там уже будет не до переживаний. Это отвлечение поможет мне остыть и отдохнуть.

И да, вот вам фотография мемориала, которую я сделала пару дней назад, так же утром, когда снег еще не успели до конца убрать. Сегодня я наконец смогла ее проявить. Мне кажется, что очень красиво получилось.