Она сделала это на твой день рождения? Ну это вообще по-свински с её стороны, - услышал я от одного человека.

Серь, блин, ёзно?? Подождал бы, да? Каков молодец! 🤦‍♂️
В самом деле, как неудобно, что суицид моей супруги пришёлся на мой день рождения! Как же мне праздновать-то теперь! Какое неслыханное свинство с её стороны!

А ничего, что люди не совершают суицид, чтобы поднасрать? Для этого попроще способы есть. Ну, знаете, при ЖИЗНИ. Разве не выгоднее было бы мучить меня, будучи живой, будь у неё вообще такая цель?

Ну, у меня тоже были суицидальные мысли многократно, ещё и голоса в голове, как только в фильмах бывает, - продолжал он. - Но уж на твой день рождения я бы так не поступил, подождал бы денёк. Да и вообще. Ты её так на руках носил, что я на её месте плясал бы от счастья!

А вот представь теперь, - отвечал я, - ВО СКОЛЬКО РАЗ ЕЙ БЫЛО ХУЖЕ, ЧЕМ ТЕБЕ, чтобы от ПЛЯСОК ОТ СЧАСТЬЯ ты смог дойти до СУИЦИДА. Вот именно во столько РАЗ ей и было хуже.

Ношение на руках не сделают твою жизнь полнее, если внутри тебя бездна одиночества и отчаяния! Это грёбаный стереотип. Мол, если тебя на руках носят, то ты априори должна быть счастлива каждому дню, ведь не у всех же такое есть, правда?

Боль, что испытывала Алекс, была безмерно глубокой. Каждый день она проводила в аду. Многие писали мне в личку, что она свела счёты с жизнью из-за ПТСР и насилия, но нет. Финальным аккордом было именно ПРЛ. Её посмертный пост также кричит об этом!

Некоторые люди склонны считать, что суицид - это безответственно и жестоко по отношению к близким. И это звучит похожим на правду, да. Только вот в момент, когда ты решаешься покончить со всем, тебе уже не до здравого смысла. Даже не думайте винить этих людей, потому как если вы ещё живы, то вы не проходили через то же, через что прошли они. Это то же, что винить Вас в попытке отдёрнуть ладонь от поверхности раскалённой докрасна сковороды!

Мне ещё предстоит раскрыть терзания Алекс, как я видел их изнутри. Не всё так однозначно, как может показаться со стороны.


Кто-то, кто, полагаю, не читал посты выше, упрекнул меня в том, что я не даю огласку насилию над ней. Напомню, что я и её подруга распространили сведения о насилии среди всех знакомых виновного. Тогда Саше стало чуть легче.

Оказалось, что похороны можно устроить не раньше понедельника. Быть может, кто-то пожелает попрощаться с Алекс, принести цветы или просто поприсутствовать. Если у кого-то есть намерение излить негатив на семью Саши, воздержитесь. Поверьте, они страдают достаточно сильно.

Погребение запланировано примерно на час дня в пригороде Санкт-Петербурга. Поминок не будет. Только прощание. Она была нашей Героиней. Она навсегда ей останется. И мы поддержим её наследие!
public poll

Я желаю присутствовать, но не имею такой возможности – 186
👍👍👍👍👍👍👍 83%

Я не желаю присутствовать – 20
👍 9%

Мне всё равно – 11
▫️ 5%

Я желаю и имею возможность присутствовать – 7
▫️ 3%

👥 224 people voted so far. Poll closed.

Если Вы случайно выбрали неправильный ответ (такие люди точно уже есть) или Ваши планы изменились, пожалуйста переголосуйте. Саше была бы важна Ваша поддержка. Спасибо.

В различных группах появились множественные спекуляции на тему произошедшего и наших с Алекс отношений. Громче всех, конечно, кричат те, кто ни канал не читали, ни Сашу не поддерживали. Впрочем, я и сам подлил масло в огонь, указав, что не ставил её на первое место.

Нет, речь не о том, что мне кто-то оказался дороже неё. Я говорил о том, что я не расставляю людей на первое, второе, третье места априори. Как было и с нашими родственниками, например. Нередко мы обсуждали, что кровные или юридические узы - не карт-бланш на абьюз, и что иной друг может быть ближе родственника. В этом мы были солидарны.

В последнее время Саша страдала от тотального одиночества. Таблетки, что хоть немного облегчали её тревогу, давали сильную мышечную слабость, и почти всё время она проводила в кровати. Не было сил и заниматься саморазвитием, толком. Если раньше она с упоением изучала английский и зачитывалась Симоной де Бовуар, теперь её отвлекали от одиночества лишь Sims 4, сериалы.

Около одиннадцати с лишним часов я проводил на работе и в дороге туда и обратно. Потом возвращался уставшим. Мы обнимались, проводили немного времени вместе, и я отправлялся ко сну.

Саша терзала себя за то, что все её ровесники учатся в университетах или работают. Её угнетало и то, что я почти перестал общаться с семьёй и друзьями, чтобы на выходных навёрстывать упущенное. Ей не хотелось, чтобы вся моя жизнь сводилась к заботе о ней, но в то же время, ей остро меня не хватало.

Я, как мог, старался дать ей почувствовать себя самой любимой на свете. Иногда мне это удавалось. Иногда - не очень. Случались и ссоры, в основном, завязанные на недопонимании. Саша эмоционально взрывалась, могла наговорить много неприятных и обидных вещей.

Когда я пытался исследовать и изничтожить зерно конфликта, это лишь распаляло её сильнее - ей была нужна поддержка, и она говорила об этом. Тем не менее, очень трудно утешать человека, что отталкивает тебя и кричит обидные слова. Это задевало, и иногда боль заглушала здравый смысл, и я обижался.

Иногда мне удавалось утешить её, успокоить, позволить ощутить себя в безопасности, показать, что её чувства и эмоции важны и значимы. Тогда она возвращалась к покою, и мы извинялись друг перед другом за причинённую боль.

Одно время у нас была традиция - после конфликтов мы шли в Mama Roma на свидание. Иногда же мы просто лежали вобнимку и говорили друг с другом или заказывали роллы, пиццу и смотрели сериалы, играли в настольные игры.

Мы очень любили друг друга. Никогда не хотели причинять друг другу боль. Просто нередко мы говорили на разных языках.

"Да выключи ты уже этого грёбаного рационалиста!!" - кричала она, когда я пытался объяснить, что и в мыслях не было её задеть. Бывало сложно.

В последнюю нашу ссору она так же была обижена, а я всё также пытался донести до неё, что люблю и ценю её. Что мне её не хватает. Что всё будет хорошо. Что я, как всегда, через задницу донёс свою мысль. Может, стоило помолчать и погладить её. Может, сыграть её любимую мелодию на синтезаторе. Она оттолкнула меня, и я сдался.

Утром, когда я поцеловал её на прощание, она лишь косо посмотрела на меня, и это сильно меня задело. Вместо того, чтобы задержаться и сказать добрые слова, я ушёл. Написал напоследок:

"Тебя больше не целовать на прощание?"

"Понятно"

Эти два сообщения - последнее, что она прочла от меня. Когда я вышел из метро на пути на работу, я записал ей одиннадцать голосовых, в которых рассказал о том, что она - мой ангел, что я не вижу в ней монстра, и что я хочу, чтобы мы вместе работали над отношениями и дальше.

Она их так никогда и не услышала. Если бы я только задержался дома и сказал это всё лично! Вместо этого, я позволил себе задеться и обидеться, и в этот раз это стоило ей жизни.

Я взял три дня отпуска, чтобы провести их с ней. Когда я пришёл домой, повсюду валялись блистеры от флуоксетина, фенозепама, клоназепама, ибупрофена, а на столе стояла почти пустая бутылка вина.

Я бросился делать массаж сердца и искусственное дыхание в надежде, что живу в волшебном мире, где даже холодное окоченевшее тело, успевшее покрыться трупными пятнами, можно спасти.

Когда уехали медики и полиция, что оставили меня ждать людей, которые заберут тело, я продолжил тщетную реанимацию. Из синих губ с хрипами вырывалась коричневая пена на каждый мой выдох в её лёгкие. Я не мог поверить, что это произошло. Она клялась, что никогда так со мной не поступит, что мы справимся. Но "не та Саша" свела счёты с жизнью. Это сделала её тёмная половина (мы с ней часто обсуждали свои "субличности": хорошие - и не очень)

Я чувствовал, что подвёл её. Это я здоров, это на мне лежит бОльшая ответственность за эмоциональный климат. Это я должен поддерживать её, даже когда она отталкивает, как она и просила. Но я облажался.

Я уложил голову у неё на груди, обнял её и заснул, пока за ней не приехали. Когда я остался один, я кричал от бессилия и отчаяния, зарываясь в одеяла и подушки, на которых только что лежала она.

Она и правда жила в аду одиночества. Она говорила, что я делаю её счастливой, но ей было мало меня. Я чувствовал себя спокойнее, когда у неё были полиаморные партнёры и партнёрки, которые могли уделить ей внимание, пока я пропадал на работе, и позволить ей ставить не только меня в центр её мира. Это не перекладывание ответственности на других людей. Я просто хотел, чтобы то, что я не могу дать ей сам, ей давали люди, которые это сделать могли, и все были счастливы.

Напомню, что полиамория - это не секс со всеми подряд. Это полноценные отношения, построенные на доверии, взаимном уважении и верности в отношении каждого их участника. Так было и у нас.

Ей было больно, что у всех есть друзья, дела, работа, учёба. У всех, но не у неё. Она очень старалась. Когда я уговорил её ходить на терапию дважды в неделю, а не в месяц, она впилась в домашние задания психотерапевта. Добросовестно их выполняла. В предпоследний раз он пообещал выслать задание ей на почту, но не выслал - чтобы проверить её реакцию. Это её сильно огорчило и загрузило.

Те, кто видели наши отношения со стороны, убеждают, что я делал всё, что мог. Очевидно, это не так. Я так был убеждён, что ей необходимо работать над приступами абьюзивности, что совершенно не придал значения своей работе над тем, чтобы не принимать её всплески гнева близко к сердцу.

Помните: не важно как много вы делаете для партнёра или партнёров. У меня была лишь одна Саша, и я не могу "перепройти уровень". Никогда не отказывайтесь от работы над отношениями со своей стороны. Когда Вашему партнёру сложнее всего делать шаги навстречу, делайте их сами. Забудьте о гордости, боли, обиде. Просто помогите им. Быть может, именно этот шаг отделит их жизнь от смерти. Не повторяйте мою ошибку.

Прошла ровно неделя с похорон Алекс.

Траурный зал встретил нас открытым чёрным гробом, в котором лежала она. Непохожая на себя, абсолютно неподвижная. Непривычно округлое после отравления лицо, небрежно размазанный тональный крем, безжизненно-розовая, чуть блестящая помада, которую Сашка никогда не использовала. Она лежала на атласной ткани, которую никогда бы не выбрала. Увы, это всё, что было предложено, и между одеялом с крестами и одеялом с цветами, я выбрал второе. Шею прикрыли атласным же белым платком. Разумеется, грубый работник морга заранее ни слова не сказал о необходимости скрыть шею. Алекс любила пёстрые шарфики, и, уверен, предпочла бы один из них.

Трудно было поверить, что ещё несколько дней назад мы лежали в объятиях друг друга. Кожа её лица и скрытых под одеялом рук была холодной. В ней не было жизни, её присутствие не ощущалось. Я знал, что говорю с собой, а не с ней. Понимал, что важно попрощаться. Были слёзы. Была скорбь. Было и отчаяние.

Из траурного зала работники морга устроили проходной двор, и хлопали дверями, блуждая то в одну сторону, то в другую. А я стоял над любимой и думал, что она заслужила большего, чем это. У нас были планы, мечты. Я чувствовал, что подвёл её. Один неверный шаг - и мы лишились всего бущуего, что рисовали для себя.

Полчаса спустя, гроб закрыли и погрузили в катафалк. Уже на кладбище, у места погребения, гроб открыли снова. Пришла лишь одна моя подруга, которая однажды встретилась с Сашей. Как позже выяснилось, был и ещё один человек, но он не решился подойти.

Теперь мы стояли среди высоких сосен. Тени играли на лице Алекс, и я почувствовал себя чуть спокойнее. Слёзы больше не накатывали на глаза. Я склонился над ней и прошептал, что ни в чём не виню её. И что, быть может, она уходит, но моя любовь остаётся с ней. Также я говорил и когда сам уходил на работу, а она не хотела меня отпускать.

Я понимал, что она не хотела такого исхода. Не хотела привнести своей смертью боль в мир. Она лишь мечтала об освобождении, и меня чуть утешала мысль о том, что больше ей не страшно.

Я смог отпустить её. Я поцеловал её на прощание.

Всеволожское кладбище #2
Заречный участок
Ряд 24
Место 5

Вчера я узнал о новых обстоятельствах смерти Саши.

Открыв Телеграм на ноутбуке, я оказался в её аккаунте. Я не намерен читать её прежние переписки. Она заслуживает уважения к тому, чем не имела намерения делиться.
Быть может, позже я найду силы ответить тем, кто пишет ей до сих пор.

Я увидел бота, через которого она отправила последнее сообщение. Увидел, что это сообщение она составила ещё ночью, сразу после нашей ссоры. Я знаю, что ночью я старался утешить и поддержать её, но она меня лишь отталкивала. Теперь лишь жалею о том, что сдался и оставил свои попытки. Как выяснилось, таймер для автопоста она запустила за пару минут до моих последних колкостей. Впрочем, то, что не они были последними каплями, переполнившими чашу, легче не становится. Я ведь мог и поддержать её. И, быть может, это заставило бы её передумать.

Её злой взгляд напоследок, полагаю, был взглядом боли и отчаяния. Не представляю каково ей было смотреть на меня в последний раз. Она всё продумала и сделала так, чтобы у меня не было шанса её спасти.

Едва ли она вообще смогла заснуть той ночью. Об этом трудно писать и трудно думать, но это важно.

Нам часто может казаться, что мы точно знаем что происходит в голове у нашего партнёра, но это не всегда так. Находите в себе силы говорить и не оставлять конфликты в подвешенном состоянии.

Я опубликую последний стих Саши. Без редакции. Думаю, он в полной мере раскроет свет её стремлений и надежд

Больше недели назад я упоминал об открытой радфем охоте на мою голову. Я считаю необходимым сделать важную оговорку.

Было категорически неправильным делать столь грубое обобщение, ведь радикальный феминизм - система взглядов. Мы с Сашей её не разделяли, но это никоим образом не повод полить её последовательниц дерьмом.

Не все радикальные феминистки ведут себя ТАК.

ТАК ведут себя не только радикальные феминистки.

Помните, что в каждой группе людей найдутся свои неадекваты. Это касается мужчин и девушек, взрослых и детей, дагестанцев и украинцев, либералов и демократов — кого угодно. Не обобщайте.

https://twitter.com/alicelaw_devil/status/1138198371473268742

Пару лет назад один друг поделился со мной образовательным ресурсом, на который я вновь наткнулся, и решил, что для многих он может оказаться полезным.

Некоммерческая образовательная организация "Академия Хана", созданная в 2006 году выпускником MIT и Гарварда Салманом Ханом, предоставляет массу бесплатных образовательных видеоматериалов по самым разнообразным темам - от математики, стереохимии и медицины до недвижимости, музыки и истории искусств.

Русскоязычные переводы представлены на сайте https://ru.khanacademy.org/

Сторонники Android приложений могут воспользоваться Khan Academy на английском языке.

Знаете, мы с Сашей отличаемся почти также как небо и земля. Одно из наших главных отличий - в терпимости к людям.

Как выше упоминалось, пограничники - это "люди без кожи". Малейший триггер способен вывести человека с ПРЛ из равновесия. Чувства ярко дорисуют картину, и категоричная печать "враг" навсегда заклеймит человека.

В моём же случае, семейный абьюз детства (тема для отдельного поста) закалил меня. Поскольку родители меня приучили, что слово поперёк карается подзатыльником, а то и ремнём, я усвоил, то лучшей стратегией будет осознание мотивов моего собеседника. Я могу быть несогласен, но мне необязательно это озвучивать. Вместо этого я могу изучить человека и просто научиться избегать острых углов.

Так, я умудрился подружиться с очень токсичными и абьюзивными людьми, что практически никем не переносились. Каждый человек мог бы меня спросить о том, как я вообще могу общаться с кем-то столь ужасным. Что же, я научился разглядывать крупицы золота, где их не видят другие. Каждый человек может что-то дать. У каждого можно чему-то научиться. Любой говнюк имеет некие положительные стороны.

Безусловно, у меня есть свои фильтры, критерии отбора близкого круга. Если мне скучно, человек окажется за чертой (касательной). Но если человек интересен, его токсичность может мне не помешать с ним общаться.

На самом деле, когда мы с Сашей съехались, и я предпринял ряд попыток познакомить её с некоторыми друзьями, в большинстве случаев это закончилось плачевно. Подруга, что помогла с транспортировкой сашиных вещей (приняла посылки), на комплимент "у тебя такие красивые волосы" ответила "это потому что я не мажу их всякой дрянью". Нет, это она сказала неслучайно. И она ясно видела, что волосы Саши окрашены. Зря я надеялся, что моей подруге (которую я всегда называл самым ужасным человеком на планете) хватит ума придержать свою говнистость.

Бывали случаи, когда случались недопонимания, что вели к конфликтам. Недоразумения, что рушили отношения, которые Саша, как могла, выстраивала. Участники конфликтов выглядели для неё мерзкими, отвратительными существами, поддерживающими ужасные идеи, противоречащие её ценностям.

Помню наш трёхчасовой спор, где я отстаивал идею, что сексистские/расистские шутки - это ок, если смеяться в кругу адекватных людей (которые понимают, что это именно шутка). Была ссора, были крики, были слёзы. Я до сих пор благодарен ей за то, что она смогла-таки донести до меня мысль. Я был не прав. Это был тот редкий случай, когда мне удалось пройти с ней по моему пути - я убеждён, что диалог может привести несведущего человека к здравому смыслу, если он открыт для дискуссии.

К сожалению, эмоции редко позволяли Саше идти этой тропой. У неё просто не было сил сражаться с собеседником, когда тот не понимал её мысли. И, естественно, людям не было до этого дела. Они не представляли как вести беседу. И не считали, что могли что-то изменить со своей стороны.

Так, некоторые мои друзья остались за чертой. Моё взаимодействие с ними свернулось. Саша не принуждала меня к этому. Просто я знал, что ей будет больно, если после всего, что ей причинили, я буду продолжать общение.

Одна из проблем, что я испытывал, заключалась в том, что я не могу разозлиться. Вот вообще. Мало того - мой порог эмоциональной реакции гораздо выше сашиного. Помните, я говорил про закалку? Обидные слова про меня - что с гуся вода.

Когда кто-то при мне психологически причинял боль Саше, я.. не мог на это отреагировать. Не мог себя накрутить. Разозлиться и ответить. Эмпатия позволяла ощутить, что ситуация неприемлема, но мои вялотекущие мысли не давали ответ резвее, чем его находила Саша. Как следствие - в конфликтах я был не защитником, а отмалчивающимся наблюдателем. Конечно, до кучи, я не всегда был согласен с Сашей.

Было досадно слышать, что я позволяю всем "вытирать об неё ноги". Поначалу я вовсе отвечал, что в споре каждый должен отстаивать свою точку зрения, причём - своими же силами. Помимо этого, я видел что именно задевало собеседников Саши и на что они остро реагировали. Я не оправдывал для себя их поведение, но объяснял его. И понимал, что, будь я на её месте, спустил бы это на тормозах.

Когда же у нас были внутренние конфликты, и Саша заступала за порог моего эмоционального равновесия, я отвечал возмущением, повышенным тоном, негодованием, обидой, колкостями. Её безумно задевало то, что вот со своими друзьями-то я так не общаюсь! На это я отвечал, что мои друзья со мной так себя не ведут. Я мог реагировать только на то, с чем сталкивался сам.

Теперь, когда Саши не стало, мои прежние контакты (не все) стали возвращаться. Кто-то выразил сожаление о своём поведении. Кто-то был (совместно с Сашей) жертвой недопонимания. Те, кого она заклеймила врагами, вернулись в мою жизнь. Ей бы это не понравилось, но для меня это возможность не только урегулировать недоразумения, но и способ коснуться прошлого, ведь с кем-то из этих людей Сашу связывали и чудесные воспоминания. Эту память я и хочу удержать возле себя.

Три недели назад, в полиаморном чате я наткнулся на очень интересную антологию, объединяющую тексты ведущих западных феминисток, написанные за последние тридцать лет. Полагаю, многие найдут её интересной.

Гендерная теория и искусство.
Антология: 1970-2000 / Пер. с англ.; Под ред. Л. М. Бредихиной, К. Дипуэлл. - М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2005.

СОДЕРЖАНИЕ

5 Предисловие
Л. Бредихина

15 Почему не было великих художниц?
Линда Нохлин, Пер. А. Матвеевой

47 Выходы.
Элен Сиксу, Пер. А. Гараджи

57 Способность отрицания как практика женского искусства.
Аннмари Созо-Боэтти, Пер. А. Патрикеева

67 Боль и радость рождения заново: европейский и американский женский боди-арт.
Люси Липпард, Пер. А. Патрикеева

85 Личное и общественное: феминистское искусство в Калифорнии.
Марта Рослер, Пер. Л. Царевой

111 Женщинам креативность. Размышления на тему.
Вали Экспорт, Пер. Е. Малаховой

122 Время женщин.
Юлия Кристева, Пер. И. Борисовой

146 Текстуальные стратегии: политика художественного производства.
Джудит Барри и Сэнди Флиттерман-Льюис, Пер. А. Матвеевой

162 Спарринг-обмен: Вклад феминизма в искусство 1970-х гг.
Люси Липпард, Пер. А. Патрикеева

175 Феминистское искусство. Введение.
Марлите Хальбертсма, Пер. Е. Малаховой

180 Пересматривая модернистскую критику.
Мэри Келли, Пер. А. Патрикеева

205 Размышление о статье «Визуальное удовольствие и нарративное кино», навеянное фильмом Кинга Видора «Дуэль н а солнце» (1946).
Лора Малви, Пер. Н. Цыркун

217 Видение, голос и власть: Феминистская история искусства и марксизм.
Гризельда Поллок, Пер. И. Борисовой

260 Феминизм и определение культурной политики.
Мишель Баррет, Пер. И. Борисовой

284 Введение.
Гизела Экер, Пер. И. Борисовой

294 Дискурс других: феминистки и постмодернизм.
Крэйг Оуэне, Пер. А. Гараджи

322 Манифест киборгов: наука, технология и социалистический феминизм 1980-х гг.
Донна Харауэй, Пер. А. Гараджи

378 Технология гендера.
Тереза де Лауретис, Пер. А. Патрикеева

417 Как нам создавать свою красоту?
Люси Иригарэ, Пер. Н. Малыхиной

422 Лакан, Ривьер и стратегии маскарада.
Джудит Батлер, Пер. А. Гараджи

442 Тело, знание и становление-женщиной: морфо-логика Делёза и Иригарэ.
Доротея Ольковски, Пер. А. Гараджи

471 Почему феминизму не нужна эстетика и почему он не может игнорировать эстетику.
Рита Фелски, Пер. А. Патрикеева

495 Сексуальное различие как номадический политический проект.
Рози Брайдотти, Пер. А. Митрофановой, Е. Стариковой

528 Сокрушая препятствия.
Лора Коттингем, Пер. А. Малаховой

552 Дерзкие, нет?
Кэти Дипуэлл, Пер. А. Патрикеева

561 Каково место феминизма в киберфеминизме?
Фэйт Уайлдинг, Пер. А. Гараджи