Forwarded from Совершенно Раскрыто
Дело капитана Ендакова (часть I)
Сюжет "маленький человек против системы" довольно избит в художественных произведениях и со временем потерял свой шарм. Но стоит наткнуться на нечто подобное в реальной жизни — и он начинает играть новыми красками. А уж если речь идет о всемогущем КГБ, в котором, казалось бы, нет места бунту "винтиков" сей системы, то это вызывает неподдельный интерес.
Эту неделю Ваш покорный слуга решил посвятить обзору одного такого неизвестного доселе случая. Капитан госбезопасности Виталий Ендаков, сын известного в комитетских кругах полковника НКВД и затем МГБ Николая Ендакова (1909-1989) стал тем "винтиком", решившим действовать по-своему в плане спасения Отечества от казнокрадства и лизоблюдства, окутавшего верхи, отвечавшие за обороноспособность Страны Советов.
В октябре 1964 года старший уполномоченный Особого отдела КГБ по Ленинградскому гарнизону Ендаков вместе с коллегами собрали материалы, свидетельствовавшие о больших нецелесообразных затратах в ВМФ: принятие баснословно дорогих проектах, перерасходы в оборонной промышленности и пр. Дабы на эти материалы было обращено пристальное внимание, письма об этом были отосланы сперва в Президиум ЦК, а затем Генеральному Прокурору СССР. К слову, в обращении к последнему от 29 октября Ендаков показал, что те, кто были готовы поддержать его в борьбе за правду, "сошли с дистанции" и предпочли дальше в это не вмешиваться.
Продолжение следует...
РГАНИ, ф. 5, оп. 47, д. 462, лл. 80-84
Сюжет "маленький человек против системы" довольно избит в художественных произведениях и со временем потерял свой шарм. Но стоит наткнуться на нечто подобное в реальной жизни — и он начинает играть новыми красками. А уж если речь идет о всемогущем КГБ, в котором, казалось бы, нет места бунту "винтиков" сей системы, то это вызывает неподдельный интерес.
Эту неделю Ваш покорный слуга решил посвятить обзору одного такого неизвестного доселе случая. Капитан госбезопасности Виталий Ендаков, сын известного в комитетских кругах полковника НКВД и затем МГБ Николая Ендакова (1909-1989) стал тем "винтиком", решившим действовать по-своему в плане спасения Отечества от казнокрадства и лизоблюдства, окутавшего верхи, отвечавшие за обороноспособность Страны Советов.
В октябре 1964 года старший уполномоченный Особого отдела КГБ по Ленинградскому гарнизону Ендаков вместе с коллегами собрали материалы, свидетельствовавшие о больших нецелесообразных затратах в ВМФ: принятие баснословно дорогих проектах, перерасходы в оборонной промышленности и пр. Дабы на эти материалы было обращено пристальное внимание, письма об этом были отосланы сперва в Президиум ЦК, а затем Генеральному Прокурору СССР. К слову, в обращении к последнему от 29 октября Ендаков показал, что те, кто были готовы поддержать его в борьбе за правду, "сошли с дистанции" и предпочли дальше в это не вмешиваться.
Продолжение следует...
РГАНИ, ф. 5, оп. 47, д. 462, лл. 80-84
Минная дивизия
Photo
Livejournal
...Посодют чувствую Максима.
Алсеерз Сегодня, 20:26 Ну Опять Климов на Шевченко и СФ бочку катит. ... Хотя тот кстати молодец, уже который раз ихтиозавров задробил ... А тут тимохин с Климовым Парализовал всю работу . Вместо того чтоб экипажи готовить и новые тактические изобретать,…
¡No Pasaràn!
Разве можно такие фотки выкладывать? Ведь выдают позицию врагам. На заднем плане видно строение нежилое, его можно вычислить
По большому счету это просто апофеоз ТРЕША и ДИЧИ с "ОРГАНИЗАЦИЕЙ" ПВО Москвы (и "центральных объектов") ... Более неэффективное решение сложно себе представить и это четко говорит о НЕкомпетентности лиц принимающих решение по ПВО ... Полное отсутствие даже самых дешевых (грубо за 50) тепловизионных прицелов на пулемете это уже "вишенка на тортик"
Forwarded from China army
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
@china3army
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from ПриZрак Новороссии
Никому уже не надо рассказывать, кто такой Тимур Иванов, бывший заместитель главы МО РФ, закрытый за огромные хищения в аккурат накануне перехода Шойгу в Совбез. Крупная чистка проворовавшихся персоналий в верхах ведомства не может не радовать, однако меня, например, очень смущает один момент в этой частной истории, который свидетельствует о проблеме системного характера.
Как известно, несколько дней назад защита экс-чиновника заявила, что он якобы готов отправиться на СВО прямо со скамьи подсудимых, чтобы воевать в качестве штурмовика. То есть человек, буквально годами находившийся на топ уровне принятия решений в российской системе военного управления, воспринимает штурмы в качестве наказания. (Только лишь он один?)
Это ведь принципиальный момент. У нас в штурмах воюют парни, многие из которых это делают не по неволе, а системно, продумано искренне и геройски. Некоторые годами и без ротаций. Но Иванов и ему подобные персонажи заведомо ассоциируют штурм с чем-то исключительно негативным, даже карательным. Билетом в один конец.
Почему?
Да ведь суть в том, что они и выстраивали такую систему, в рамках которой штурмовик не достойный и ценный боец с ответственной миссией и высоким потенциалом, а просто расходный материал. Можно забить на его обучение и обеспечение, не париться нормальной постановкой задач, налаживанием связи, логистики, прикрытия или его эвакуацией. Его дело, в понимании коллективного Иванова, — быть одноразовым расходником.
Специально подчеркну для бойцов и офицеров штурмовых подразделений, где ценят людей, а также охранителей, стремящихся задушить любую рефлексию, заглядывая в рот любому начальству (и до определенного времени самому Иванову), — конечно, так обстоит не везде и не всегда. Но и фактов, свидетельствующих о зачастую безалаберном и откровенно преступном отношении к личному составу, тоже вполне хватает, правда? Ни для кого не секрет.
Так что, как по мне, Иванова надо конкретно и показательно судить. Судить и наказывать по всей строгости законов военного времени. Но никак не выписывать ему индульгенцию просто за готовность пойти в штурмовики. Такие, как он как раз и создали ту парадигму, где наступление считается неблагодарным и гиблым делом. Нам ее еще менять...
Менять продумано, системно, рефлексируя текущий опыт (свой и противника), исправляя ошибки и масштабируя грамотные решения, при этом не замыкаясь на повторах, когда от них начнет уже отталкиваться противник.
Как известно, несколько дней назад защита экс-чиновника заявила, что он якобы готов отправиться на СВО прямо со скамьи подсудимых, чтобы воевать в качестве штурмовика. То есть человек, буквально годами находившийся на топ уровне принятия решений в российской системе военного управления, воспринимает штурмы в качестве наказания. (Только лишь он один?)
Это ведь принципиальный момент. У нас в штурмах воюют парни, многие из которых это делают не по неволе, а системно, продумано искренне и геройски. Некоторые годами и без ротаций. Но Иванов и ему подобные персонажи заведомо ассоциируют штурм с чем-то исключительно негативным, даже карательным. Билетом в один конец.
Почему?
Да ведь суть в том, что они и выстраивали такую систему, в рамках которой штурмовик не достойный и ценный боец с ответственной миссией и высоким потенциалом, а просто расходный материал. Можно забить на его обучение и обеспечение, не париться нормальной постановкой задач, налаживанием связи, логистики, прикрытия или его эвакуацией. Его дело, в понимании коллективного Иванова, — быть одноразовым расходником.
Специально подчеркну для бойцов и офицеров штурмовых подразделений, где ценят людей, а также охранителей, стремящихся задушить любую рефлексию, заглядывая в рот любому начальству (и до определенного времени самому Иванову), — конечно, так обстоит не везде и не всегда. Но и фактов, свидетельствующих о зачастую безалаберном и откровенно преступном отношении к личному составу, тоже вполне хватает, правда? Ни для кого не секрет.
Так что, как по мне, Иванова надо конкретно и показательно судить. Судить и наказывать по всей строгости законов военного времени. Но никак не выписывать ему индульгенцию просто за готовность пойти в штурмовики. Такие, как он как раз и создали ту парадигму, где наступление считается неблагодарным и гиблым делом. Нам ее еще менять...
Менять продумано, системно, рефлексируя текущий опыт (свой и противника), исправляя ошибки и масштабируя грамотные решения, при этом не замыкаясь на повторах, когда от них начнет уже отталкиваться противник.
Telegraph
Война требует пересмотра критериев успешности
По поводу ситуации вообще. Устав сухопутных войск Министерства обороны Российской Федерации в последней редакции написан в 2019 году. Уже тогда, по моему оценочному суждению, он не учитывал очень многих моментов. По прошествии 6 лет этот устав оказался ещё…
Минная дивизия
Photo
Кстати, замечу, что указанные "развернутые анализы" ОБОСРАВШИЕСЯ ПИНГВИНЫ (ой, извините, бравые офиСЬерИ соединений Северного флота) писали до трагедии на "Лошарике" ... Соответственно "замечательный вопрос", к нашим "замечательным органам" - а этих же самый "пИсателей" за "жабры" после случившегося почему не взяли? Конкретно за "Лион" (о котором Климов "в набат бил" еще с 2012 г.) - который ПРЕСТУПНО БЫЛ (как бы сейчас не визжали истошно обратное "бигбоссы" ОПК) на ряде (и каких!!!) "единичек" СФ! Или ОЧЕНЬ СТРАШНО было? Доложить 1 что "мы тут ... этот ... короче "новый "Курск" организовать пытались"
Forwarded from Readovka
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Как украинские БПЛА проходят ПВО России — решение этой проблемы лежит в дополнении системы защиты, а не в ее кардинальном изменении
Украинские БПЛА разных типов еще с весны 2023 года атакуют территорию России. С начала конфликта Киев модернизировал концепцию применения летающих бомб и создал более совершенные изделия, способные проходить расстояния в 1000 км и более. Однако самым массовым дроном в арсенале ВСУ можно назвать БПЛА «Лютый». Идя с крейсерской скоростью 150 км/ч, беспилотник с осколочно-фугасной боевой частью весом в 50 кг способен преодолеть расстояние до 1000 км. При этом характеристики БПЛА в сравнении с отечественными «Геранями» весьма скромные. Несмотря на то, что дежурные средства ПВО ВС РФ стали вполне эффективным средством защиты от атак украинских дронов, некоторое количество летающих бомб в состоянии прорваться через «занавес».
«Лютый» идет на минимальной высоте ниже горизонта РЛС-облучения ПВО России. Бортовая система же навигации позволяет БПЛА совершать полет по сложным маршрутам максимально, насколько это возможно, уклоняясь от перехвата. Вариантом решения подобной ситуации является постоянное дежурство вертолетов, оснащенных ракетами «Игла-В». Однако постоянное дежурство экипажей боевых вертолетов, отвлеченных на работу против БПЛА ВСУ, не отвечает тактической нише, которую занимают эти машины сейчас.
Потенциальным ответом на сложившийся вопрос может стать формирование мобильных огневых групп. Но для этого необходима подготовка кадров, выработка системы взаимодействия наблюдательных и радиолокационных постов с подвижными огневыми группами. Учитывая особенности полета «Лютых» по уже известным направлениям, мобильные огневые группы, развернутые по принципу «граблей», в состоянии дополнить дежурные средства ПВО и заполнить «игольное ушко», обеспечивающее украинским БПЛА шанс прорваться.
Украинские БПЛА разных типов еще с весны 2023 года атакуют территорию России. С начала конфликта Киев модернизировал концепцию применения летающих бомб и создал более совершенные изделия, способные проходить расстояния в 1000 км и более. Однако самым массовым дроном в арсенале ВСУ можно назвать БПЛА «Лютый». Идя с крейсерской скоростью 150 км/ч, беспилотник с осколочно-фугасной боевой частью весом в 50 кг способен преодолеть расстояние до 1000 км. При этом характеристики БПЛА в сравнении с отечественными «Геранями» весьма скромные. Несмотря на то, что дежурные средства ПВО ВС РФ стали вполне эффективным средством защиты от атак украинских дронов, некоторое количество летающих бомб в состоянии прорваться через «занавес».
«Лютый» идет на минимальной высоте ниже горизонта РЛС-облучения ПВО России. Бортовая система же навигации позволяет БПЛА совершать полет по сложным маршрутам максимально, насколько это возможно, уклоняясь от перехвата. Вариантом решения подобной ситуации является постоянное дежурство вертолетов, оснащенных ракетами «Игла-В». Однако постоянное дежурство экипажей боевых вертолетов, отвлеченных на работу против БПЛА ВСУ, не отвечает тактической нише, которую занимают эти машины сейчас.
Потенциальным ответом на сложившийся вопрос может стать формирование мобильных огневых групп. Но для этого необходима подготовка кадров, выработка системы взаимодействия наблюдательных и радиолокационных постов с подвижными огневыми группами. Учитывая особенности полета «Лютых» по уже известным направлениям, мобильные огневые группы, развернутые по принципу «граблей», в состоянии дополнить дежурные средства ПВО и заполнить «игольное ушко», обеспечивающее украинским БПЛА шанс прорваться.
Лыня🇷🇺
Ожидания и реальность @lunay14
Да, лоббистов "малых огневых групп ПВО" стало сейчас очень много ... включая желающих на этом "бабло поднять". ПроблемС в том что эффективность такого решения крайне локальна (только для прикрытия конкретных объектов, практически на нем самом), и против серьезных налетов это лишь "сладкий наркотик" ИЛЛЮЗИИ решения задачи ...
Минная дивизия
Знаю ли я? Допустим 😎. Конкретно на это - мне ПОХУЙ. Интереснее другое - то что шавка Кобелева, с некоторых пор тявкает только то что ей "рывком поводка" сказали тявкать. Или НЕ тявкать 😎
по внесению Монтян в "экстремисты" см ссылку выше, и, разумеется помои Охраноты в свинарнике к этому никакого отношения не имеют, - это ни более чем КАНАЛИЗАЦИЯ через которую льется только то что этим сучкам на коротком поводке жестко сказано (после их клеветы нахрюков в отношении Варяга)
Вопли в пустоту
#монтян #грубник #лысенко #пикта Превед
Так что там по "Гуме"? Ась, Мясорубка? Хрюкнешь или дальше будешь "памперс наполнять"?
Forwarded from Злой Морячок
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from ЧАДАЕВ
Несколько тезисов о текущем моменте.
1. В феврале-марте 22-го, "когда всё случилось", я испытывал самые мрачные предчувствия в отношении развития ситуации. Я понимал, что Система в её актуальном состоянии не способна не только выиграть войну, но даже вряд ли способна её просто вести. А те изменения, которые жизненно необходимы для того, чтобы хотя бы не проиграть, плохо совместимы с её базовой архитектурой и могут вызвать к жизни процессы, которые приведут к её разрушению.
В первую очередь это касалось именно внутриполитических реалий — я исходил из того, что те силы внутри общества, которые имеют достаточную собственную (не завязанную на власть) энергию для мобилизации на войну, будут восприниматься Системой как потенциально враждебные и опасные для неё — и во многом не без оснований. И конфликт между ними так или иначе вопрос времени. Но если к ним не воззвать — шансов вообще никаких.
На что я опирался? На тот опыт и знания внутриполитических реалий, который приобрёл за почти три десятка лет непрерывного существования в них — поочерёдно то в качестве чиновника, то в качестве вольного политконсультанта. Система не так уж слаба и плоха, как о ней принято думать, но граничным условием её устойчивости и дееспособности является перманентная демобилизация любых форм политической активности, неважно даже, анти- или провластной.
Если совсем по-простому, нужные результаты на выборах получаются только при условии, когда большинство избирателей в день голосования стоят перед дилеммой: куда вообще направляться — на участок для голосования или на дачу на шашлыки, и чаще выбирают второе. Любая мобилизация, даже формально ультралоялистская, несёт в себе потенциальные риски — и система стремится её всячески избегать.
2. Жизнь, к счастью, опровергла самые мрачные из моих тогдашних прогнозов. Выиграть, конечно, и близко не получилось, но зато получилось и "не проиграть", переведя ситуацию, что называется, "в партер".
На войну пришли только те, кто сам хотел и мог (15% "России Воюющей", по ВЦИОМу), остальные после длительного периода офигения и дискомфорта вполне себе адаптировались к новым реалиям, воспринимая СВО как относительно локальную историю "где-то там на юго-западе", атаки на инфраструктуру как разновидность природного явления ("падение обломков"), и даже курскую ситуацию как эксцесс региональной коррупции ("патамушта всё украли на стройке").
Пригожин со своим бунтом навеки вписал себя в пантеон к Разину-Пугачёву и превратился в памятник, Стрелкова закрыли "на всякий случай", внутриармейское брожение подавили в зародыше историей генерала Попова, военкорско-волонтёрская тусовка успешно дискредитировала себя сама (она это умеет, о да).
Наступила Новая Нормальность, в которой главное массовое шоу — уже даже не СВО с картами и стрелочками, а то, какую там ещё очередную херобору затвитил надысь Дональд Фредович.
И, как во всякий период Нормальности, ключевым вопросом внутриполитической жизни стал вопрос о сверчках и шестках. Here we are.
1. В феврале-марте 22-го, "когда всё случилось", я испытывал самые мрачные предчувствия в отношении развития ситуации. Я понимал, что Система в её актуальном состоянии не способна не только выиграть войну, но даже вряд ли способна её просто вести. А те изменения, которые жизненно необходимы для того, чтобы хотя бы не проиграть, плохо совместимы с её базовой архитектурой и могут вызвать к жизни процессы, которые приведут к её разрушению.
В первую очередь это касалось именно внутриполитических реалий — я исходил из того, что те силы внутри общества, которые имеют достаточную собственную (не завязанную на власть) энергию для мобилизации на войну, будут восприниматься Системой как потенциально враждебные и опасные для неё — и во многом не без оснований. И конфликт между ними так или иначе вопрос времени. Но если к ним не воззвать — шансов вообще никаких.
На что я опирался? На тот опыт и знания внутриполитических реалий, который приобрёл за почти три десятка лет непрерывного существования в них — поочерёдно то в качестве чиновника, то в качестве вольного политконсультанта. Система не так уж слаба и плоха, как о ней принято думать, но граничным условием её устойчивости и дееспособности является перманентная демобилизация любых форм политической активности, неважно даже, анти- или провластной.
Если совсем по-простому, нужные результаты на выборах получаются только при условии, когда большинство избирателей в день голосования стоят перед дилеммой: куда вообще направляться — на участок для голосования или на дачу на шашлыки, и чаще выбирают второе. Любая мобилизация, даже формально ультралоялистская, несёт в себе потенциальные риски — и система стремится её всячески избегать.
2. Жизнь, к счастью, опровергла самые мрачные из моих тогдашних прогнозов. Выиграть, конечно, и близко не получилось, но зато получилось и "не проиграть", переведя ситуацию, что называется, "в партер".
На войну пришли только те, кто сам хотел и мог (15% "России Воюющей", по ВЦИОМу), остальные после длительного периода офигения и дискомфорта вполне себе адаптировались к новым реалиям, воспринимая СВО как относительно локальную историю "где-то там на юго-западе", атаки на инфраструктуру как разновидность природного явления ("падение обломков"), и даже курскую ситуацию как эксцесс региональной коррупции ("патамушта всё украли на стройке").
Пригожин со своим бунтом навеки вписал себя в пантеон к Разину-Пугачёву и превратился в памятник, Стрелкова закрыли "на всякий случай", внутриармейское брожение подавили в зародыше историей генерала Попова, военкорско-волонтёрская тусовка успешно дискредитировала себя сама (она это умеет, о да).
Наступила Новая Нормальность, в которой главное массовое шоу — уже даже не СВО с картами и стрелочками, а то, какую там ещё очередную херобору затвитил надысь Дональд Фредович.
И, как во всякий период Нормальности, ключевым вопросом внутриполитической жизни стал вопрос о сверчках и шестках. Here we are.